Аккорд
Шрифт:
И даже не потому, что не хочу быть убитым Эбигейл Уильямс.
А потому что после секса я никогда не вспоминал о том, как кончала девушка. Обычно после того, как я кончил, у меня пустые не только яйца, но и голова.
Но с Джессикой все… по-другому. И это вводит меня в ступор.
Слишком явный намек, что пора пресекать происходящее.
Выхожу из машины и направляюсь ко входу в студию. Открываю тяжелую металлическую дверь красного цвета и оказываюсь в небольшом холле. Как я и предполагал, Джо уже отчалил, поэтому
Меня мучила жажда с той самой минуты, как я кончил.
Дьявол, долго я еще собираюсь вспоминать секс с Джессикой?
Невыносимо.
Подхожу к микшерному пульту и сажусь на крутящийся стул. Облокачиваюсь на подлокотники и откидываю голову назад, наслаждаясь тишиной.
Все-таки есть определенная атмосфера в студиях звукозаписи. Акустика, запах, приглушенный свет… Все это лишь добавляет удовольствия во время трекинга, заставляя мое сердце биться чаще. Невозможно не получить удовольствия от того, как на твоих глазах создается очередной шедевр.
Я всегда мечтал о подобном месте, где мог бы в абсолютной идиллии с самим собой писать тексты и сочинять гармонии. Будучи студентом Гарварда, я сутками зависал в университетской студии звукозаписи, пытаясь самостоятельно обучиться сведению, сэмплированию и, конечно же, мастерингу. Мне хотелось стать частью чего-то… великого. Не просто вкладывать деньги в музыку. Хотелось вкладывать душу. Хотелось прикоснуться к прекрасному.
С годами это желание куда-то исчезло, и теперь я страдаю какой-то чертовщиной. Например, хожу на сомнительные вечеринки. Занимаюсь случайным сексом. Много пью. Хотя с куда большим удовольствием я бы проводил время на своей собственной студии.
Это единственное место, где я могу снять все маски и побыть собой. Здесь мне… спокойно. Тепло. Хорошо.
Мне идеально.
Всю ночь я провожу в попытках написать вокальную мелодию, но безуспешно. Не могу выбросить из головы то, что происходило между мной и Джессикой две ночи подряд.
Да, эта блондинка горячая и чертовски сексуальная, вот только она меня презирает, хотя при этом все равно хочет. Выглядит так, будто у нее биполярка.
Я вообще уверен, что хочу с ней работать? Вдруг в ней уживается несколько десятков личностей, как у Билли Миллиган?
Впрочем, пофиг. Это был лишь секс. И я все еще думаю о ней лишь потому, что меня прикончит Эбби.
Дерьмо.
Я ведь обещал себе не заниматься с ней сексом больше. И все равно трахнул ее.
У меня, кажется, тоже биполярка.
Здорово.
Ну вот. Подумал о Джессике, и член встал. У него тоже биполярка?
Внезапно входная дверь хлопает, и я поворачиваюсь на звук.
– Ты чего здесь делаешь? –
– Хотел что-нибудь… написать.
– И как успехи?
– Никак, – пожимаю плечами и поправляю стояк в брюках.
– Я тебе помешала? – вскидывает бровь Мелани, намекая, что я тут онанизмом собрался заниматься.
– Не хочешь помочь мне с этим? – усмехаюсь я.
Мел закатывает глаза, а затем, усмехнувшись, шагает ко мне. Она опускается передо мной на колени и помогает спустить штаны вместе с боксерами.
Да, я трахал своего менеджера. И не один раз.
Обычно я не сплю с тем, с кем работаю, но если это никак не влияет на рабочий процесс, то почему нет?
Она любит секс. Я люблю секс. И это никак не мешает нашим рабочим отношениям.
Провожу кулаком по налившемуся члену, и Мелани облизывает губы. Прежде чем она мне отсосет, запускаю руку в ее каштановые кудрявые волосы и притягиваю к себе для поцелуя. Немного поддаюсь вперед и кусаю за нижнюю губу, но, в отличие от одной стервы, Мел не кусает в ответ. Лишь слюняво касается своим языком моих губ. Не разрывая поцелуя, она обхватывает пальчиками мой член и начинает жестко водить по всей длине.
Приятно.
Отрываюсь от губ Мелани и облизываю свои. Отодвигаюсь, откинувшись на спинку стула, и пристально слежу за тем, как она вновь облизывает губы, не переставая работать рукой.
Смотря мне прямо в глаза, она наклоняется вперед, но перед моими глазами лишь Джессика.
Дерьмо.
Мой член по-прежнему тверд, но я… не хочу, чтобы минет мне делала Мелани. Я хочу трахаться с Джессикой. Ну или одна из моих личностей этого хочет. Не столь важно.
– Мел, стой, – выдыхаю я, когда она собирается слизать каплю смазки, появившуюся на головке.
– Что не так?
Провожу рукой по волосам.
Все не так.
Ты не блондинка.
У тебя не голубые глаза.
И ты не посылаешь меня к черту.
– Я не кончу, – произношу вместо этого.
Мелани сводит брови к переносице.
– Мысли просто не здесь, Мел. Прости.
– Ничего.
Она поднимается с колен, и я вижу на ее лице недоумение.
Натягиваю одежду и упираюсь локтями в колени, опустив голову и потерев переносицу.
Что за дерьмо?
– Хочешь поговорить? – интересуется Мелани, упершись плечом в стену.
Точно не о Джессике.
Лучше о том, что я пишу ублюдские песни.
Если хотите, называйте это творческим кризисом. Очень затянувшимся творческим кризисом, учитывая, насколько я никчемен.
– Я мудак?
Она вскидывает брови:
– Да, ты редкостный мудак. Никогда не говори девушке, которая собирается тебе отсосать, что ты не кончишь.
Издаю смешок:
– Мел, я же извинился.
– Я шучу. Почему ты решил, что ты мудак?
– Я хорош в постели?
Вскидывает бровь: