Академия Акм 2
Шрифт:
— Анни, в твоих книгах все это — признаки влюбленности.
— И что? Даже простудой все по-разному болеют. А уж любовью…
Селия покачала головой.
— Ты считаешь, что я его люблю?
— Сели, милая — голос Анны-Лизы был непривычно мягким. — Ты из нас троих самая рациональная и серьезная. Подумай сама, как может выглядеть твоя любовь? Ты не так легкомысленна, как я, не так импульсивна, как Линда. Ты ко всему подходишь очень серьезно. Так почему твоя любовь должна
— Я об этом не думала.
— Так подумай. Мы все разные, и любим по-разному, и выглядит это по-разному… есть люди, которые приносят избраннице под окно корзины с розами, а есть те, кто смотрит на девушку и предлагает одеться, чтобы она не замерзла. Кто-то дарит бриллианты, пуская пыль в глаза, а кто-то не подарит золота, нет у человека на это денег. Но встанет ночью к ребенку, принесет тебе воды, когда ты заболеешь… Мы разные, Сели! Нельзя всех стричь под одну гребенку, кстати, не самую ровную, а потом удивляться, что все не так. Конечно, не так!
— Ты стала мудрой, Анни.
— Сели, ты говоришь глупости.
— В кои-то веки?
— Конечно! Подумай сама, вы с Линдой набиваете свои шишки самостоятельно, а я — на чужом опыте.
И в доказательство Анни помахала новой книжкой, которую ей привезла Селия.
— Розабелинда?
— Ага… хорошо пишет!
— О чем?
— Я этот роман еще не читала.
— А прошлый?
— О том, как несчастный граф влюбился в инеистую деву.
— Извращенец. Он себе ничего не отморозил?
— Она потом растаяла…
— В процессе? Эммм… любви?
— И оказалась огненной.
— Отмерзло — или поджарилось, неважно, но детей там точно не будет.
— Язва ты, Сели, все опошлишь!
— На том стоим, — согласилась подруга. Возвращался Грон, и приступ откровенности следовало прекращать. — Ну что? Ждем?
Анни коснулась кошелечка. Открыла, посмотрела на лист бумаги.
— Можно не ждать. Готово?
— Да.
— Тогда я начинаю напитывать линии.
— Валяй.
Селия отошла в сторонку, чтобы не мешать. Огненная и водная магия антагонисты. Они способны работать вместе, но не так, чтобы долго. А если речь идет о напитке символа, лучше не мешаться. И не поможет Селия, с ее пятью единицами. И конфликт сил может случиться… ждем!
Линии треугольника и руны в нем начинали медленно светиться, пульсировать, и в такт им зашумели горы.
Дрогнули.
Загудели протяжно и насмешливо.
Нахальные девчонки!
Но… дорогу все же открыли.
Глава 2
Не кабинет.
Каминная. Небольшая,
Светло-коричневые тона обивки кресел и дивана, темно-коричневый паркет и такой же здоровущий пушистый ковер, бежевые стены и бежевые же шторы.
Очень уютная комната.
Очень мужская.
Далларен сюда вписывался идеально.
Простой серый костюм, темные волосы стянуты лентой в недлинный хвост, в руках бокал с вином.
Рональд же…
Ярко-алый костюм дополнялся ядовито-зеленой рубашкой и фиолетовыми чулками. Фиолетовые кружева и ярко-зеленые сапоги из кожи неведомой ящерицы удачно гармонировали со всей остальной одеждой. А громадный бант, стянувший волосы мужчины, был для разнообразия, голубым. Захотелось.
Среди каминной Рональд был…
Ужасен!
Но Далларен так не считал, и гостя разглядывал весьма доброжелательно. Рональд поклонился, отчего у императора даже слегка в глазах зарябило — стразы, стразы…
— Ваше императорское…
— Рональд, не зли меня.
— Слушаюсь, государь, — Рональд послушно расположился в предложенном кресле и потянулся к бокалу с вином. Легким, ежевичным.
Да, Далларен мог смаковать арденские вина и с видом знатока рассуждать об их вкусе, цвете, насыщенности, запахе…
Но любил он простое ежевичное вино. Кстати — по мнению Рональда очень вкусное, хотя малиновое было бы лучше. Ежевика в чистом виде Рональду все же не нравилась.
— Как дела?
— Потихоньку, государь.
— Как супруга? У меня тут на днях родители твои были, с визитом…
— Жаловались?
— Угадал.
— Государь, я же сказал…
Далларен поднял руку, останавливая подданного. Или — друга?
— Я сказал им то же самое. Что моя воля. И пусть не лезут в ваши семейные отношения. Обижусь.
Рональд перевел дух.
— Не хотелось бы с ними ссориться. Но… Селия и так уже прячется по углам от матери. Вот, в горы удрала.
— В горы?
Интерес Далларена был понятен.
Арцит. Земляное масло. Союз с орками.
Из этих трех пунктов каждый ему был кровно близок. Свое, родное… что ближе всего к сердцу?
Вот у императора ответ был прост.
Казна.
Она, родимая и любимая. Остальное пока его не так трогало, а вот финансовый вопрос…
Известно же, в богатой стране и жить приятнее. Там и народ меньше бунтует, и люди императором довольны… Далларен старался.
— Селия сказала, подруга возвращается.