Академик

Алгранов Игорь

Иринка украдкой улыбнулась и спросила:

– А как же ты теперь без супер-пушки?

Ми-ха пожал плечами.

– Придумается что-нибудь. Кстати, завтра у тебя будет прекрасная возможность, не выходя из этого чудесного логова, увидеть самое важное событие года.

– Дай угадаю... – устало усмехнулась Иринка. – Не иначе тот самый чудо-спектакль, о котором ты так мило беседовал с этим великим и ужасным Кэптом?

– Он самый. То еще представление... Притащу тебе экран прямо к койке.

Иринка снова закрыла глаза и почти сразу провалилась в цепкое забытье. Ми-ха, увидев, что

она заснула, осторожно встал и на цыпочках вышел из комнатушки.

Ве-ни-ам,как обычно, сидел на своем катающемся стульчике и ковырялся в железках.

– Не хочешь рассказать, что у вас там за проблемы возникли? – спросил он Ми-ху, не оборачиваясь и не отрываясь от своего занятия.

Не хочу, – подумал Ми-ха, но все же ответил:

– Прости.

– За что это? – удивленно дернул плечом Ве-ни-ам.

Ми-ха тяжело вздохнул и продолжил:

– У тебя могут быть серьезные неприятности из-за нас.

– Вот как? – Ве-ни-ам обернулся, крутанувшись на стуле.

– Мы едва ушли от облавы Элитников. Во главе с cамим Ко-ри Ур-таем. Ты знаешь, кто такой Ко-ри Ур-тай?

Ве-ни-ам усмехнулся.

– Как этого можно не знать, двадцать лет прожив в Полисе? Когда последние пять из них только и слышишь о нем и его несравненной доблести на службе Правителю Ле-ону.

– Да уж... – согласился Ми-ха. – Мне хватило и тех шести месяцев, что я помню. Так вот – оказывается, он довольно давно и усердно искал встречи со мной.

– Это из-за твоих важных дел и нервных клиентов?

Ми-ха кивнул.

– А она? – Ве-ни-ам сделал движение головой в направлении двери.

– Что она? – переспросил его Ми-ха.

– Тоже из твоей клиентуры?

Ми-ха замялся, не зная как ответить. И ведь не скажешь, что нет! Самая что ни на есть клиентка.

– Почти... Сумела договориться об отсрочке.

– Понятно... – толстяк снова повернулся к столу. – Спасибо, что предупредил.

– Я видел, ты ее кровь брал, – решил сменить тему Ми-ха, глядя как Ве-ни-ам сосредоточенно изучает что-то под микроскопом. – Есть что-то интересное?

– Это у девчонки-то? – переспросил Ве-ня, не отрываясь от окуляра. – Да ничего особен...

Он вдруг замолчал и отпрянул от прибора. Потом медленно перевел взгляд с микроскопа на Ми-ху. Маленькие глазки его вдруг заметно увеличились в размерах.

– Что-то не так? – напрягся Ми-ха, внимательно следя за выражением его лица. Но Ве-ни-ам уже снова пришел в норму и стал привычно добродушен и невозмутим. Секундная слабость или все же заподозрил что-то?..

– Нет-нет, ничего, – поспешил тот успокоить приятеля. – Показалось, просто. Здоровая молодая девчонка, ну что ей сделается? Да еще с таким крутым деловым партнером, вроде тебя? – рассмеялся он и, подкатившись поближе, похлопал Ми-ху по локтю – до плеча ему было не дотянуться. – Денек поваляется, и снова поставим на ноги. Иди, отдыхай, вымотанный ты какой-то слишком... Шуток не понимаешь. Совсем себя не бережешь, Ми-ха. И травки мои не стал пить.

Он, то ли неодобрительно, то ли сочувственно, покачал головой и, откатившись обратно к столу, снова погрузился в работу. Спустя полминуты он уже привычно дергал плечами и сосредоточенно кряхтел.

Ми-ха поиграл бровями,

задумчиво глядя на жирную спину Ве-ни, затем молча вышел из лаборатории. Ему и правда не помешал бы отдых – например, часов тридцать или сорок непрерывного сна...

Глава 22. Не боись

Всполох. Шесть дней до События.

Ночь с Кай-чи была великолепна.

Но как ни хотелось Гоше растянуть до бесконечности упоительное счастье от соединения двух тел и двух душ, звучащих в унисон... Сначала накопившаяся усталость и сон далеко за полночь взяли свое. А позже, поутру, тяготы повседневных забот и трудности статуса горожанки неумолимо потянули Кай-чи за собой прочь из скромного жилища новоиспеченного воска.

— Если моя семья узнает, где я провела ночь... и с кем... — тихо ответила Кай-чи на немой вопрос Гоши. — Я даже не представляю всех ужасных последствий.

В глазах ее и правда стоял неподдельный ужас. Гоша погладил ее по щеке и аккуратно вытер пробежавшую слезинку.

– Я провожу тебя до Рельсы. Только научи меня, как звонить тебе с помощью этой штуки, — он указал на «умника». – Не могу же я, едва найдя, позволить себе потерять тебя где-то в огромном городе.

Кай-чи кивнула, и они стали собираться. До станции они шли молча и всю дорогу держались за руки.

— Ги-ор, я сама позвоню тебе, — вдруг сказала она, садясь в вагончик поезда. — Так будет лучше и безопаснее.

Кай-чи вдруг выскочила обратно на платформу, быстро поцеловала Гошу в губы и изящной стремительной ланью запрыгнула обратно в вагон сквозь закрывающиеся двери. Ошеломленный, Гоша стоял, провожая ее взглядом и долго еще не мог оторвать взор от горбатого жука-минипоезда, резво уползавшего вдаль по гигантскому извивающемуся удаву монорельсы.

Он еще не знал, что увидит Кай-чи совсем не так скоро, как надеялся...

Дорога домой стала почти привычной. Да и что там было запоминать? Пара-тройка кварталов и столько же переулков. Гоша шел по проспекту, залитому лучами утреннего солнца, нашедшего прореху в плотном частоколе высоток, и, щуря глаза от сияющей, неистово слепящей мостовой, размышлял о том, как ему выбраться из этой глубокой скользкой ямы под названием «статус воска», неожиданно и довольно крепко затянувшей его на самое дно здешнего жестко структурированного общества. Ведь, судя по рассказам Кай-чи, у восков практически не было гражданских прав и, самое главное, — почти никаких шансов выбраться из этой сладковато-приторной трясины узаконенного «ничегонеделания».

Складывалось впечатление, что правящим силам Города такое положение дел было даже на руку. Или им было настолько все равно? А может всему виной была дикая перенаселенность и высочайший уровень технологий, и потому проще было поручить большинство работ механизмам и бездушной электронике? Вдобавок, масла в огонь нарастающих классовых противоречий добавляло отсутствие у подавляющего большинства жителей доступа к натуральным продуктам питания, которые, как мимоходом уловил Гоша, были предметом роскоши как минимум со времен последней войны. Тут и без наркотиков возникнут пониженные рефлексы и общее угнетенное состояние духа и тела...