Ахульго
Шрифт:
Хватаясь за арбу, шла рядом плачущая женщина.
– Чтоб вы подавились! – стенала она.
– Придержи язык! – орал нукер.
– Чтобы мое добро у вас носом пошло! – не унималась женщина.
– Прочь! – Нукер отгонял женщину нагайкой.
– Пока я не отправил твоего мужа чистить ханские конюшни!
Серпантин дороги сделал очередной поворот, и повозки остановились. Перед ними стояли мюриды.
– Салам алейкум, – сказал Шамиль.
– Ва алейкум салам, – растерянно ответил
– Вы кто такие?
– Мусульмане, – сказал Юнус.
– А ты – тоже правоверный? – спросил Шамиль, сощурив глаза.
– Шайтаны они, а не мусульмане! – запричитала женщина.
– Последнее отняли! Все им мало!
– Мы взяли только то, что причитается, – оправдывался нукер.
– Кому причитается? – холодно спросил Шамиль.
– Хану! – приосанился нукер.
– И никто не смеет посягать на его права.
– Человек имеет право только на то, что создал своими руками, – сказал Шамиль.
– А грабителям причитается наказание.
– Сами вы грабители! – заорал нукер.
– Хан с вас шкуру сдерет!
– Как этот мужлан разговаривает с имамом? – удивился Султанбек, кладя свою огромную руку на рукоять сабли.
– Может, ты и имам, – осклабился ханский нукер.
– Но здесь владения хана.
Юнус выехал вперед и схватил коня нукеру за уздечку.
– Я научу этого раба почтению.
Поняв, что дело плохо, нукер пришпорил коня, надеясь вырваться из окружения. Но крепкая рука Султанбека вырвала его из седла. Подоспевшие мюриды скрутили сборщика, а юноша, который привел помощь, снял с нукера оружие. Перепуганные возницы слезли со своих ароб и поклонились Шамилю.
– А заодно отучите их кланяться, – велел Шамиль мюридам.
От удивления женщина перестала плакать и побежала обратно в аул, размахивая руками и крича:
– Вай! Люди! Имам идет! Люди! Шамиль идет!
Когда имам и мюриды с возвращенным добром и связанным сборщиком податей въехали в аул, их никто не встретил. Все будто вымерло. Только блестели то тут, то там испуганные глазенки мальчишек.
Шамиль немного подождал, а затем крикнул:
– Мусульмане! Разве так в горах встречают гостей?
– Это имам Шамиль! – кричал юноша.
– Не бойтесь!
– Уходите! – донесся откуда-то старческий голос.
– Не могу поверить, что вы испугались, – кружил на коне Шамиль.
– Не надо меня бояться! Не надо бояться ханов! Бойтесь Аллаха, который не велит нам быть рабами и платить подати кому бы то ни было!
– До Аллаха высоко, а хан близко, – ответил тот же голос.
– Вы – плохие мусульмане, если так думаете, – говорил Шамиль, обращаясь к закрытым воротам и окнам.
– Аллах ближе, чем вы думаете, и ангелы его пишут сейчас о вашей трусости. А это – грех!
На
– С приездом, имам. Но ты уйдешь, а хан пришлет Хаджи-Мурада, и он разорит наш аул.
– Пусть попробует! – сказал Султанбек.
– А могут и солдаты из крепости прийти со своими пушками, – продолжал старик.
– Разве Аллах не сильнее их пушек? – спросил Шамиль.
– Сильнее. Но сын говорил, что эти пушки стреляют железными яблоками. Он видел. А есть, которые стреляют целыми арбузами.
– Они не придут, – сказал Шамиль.
– Я заключил мир с их начальником.
– Их пушки про твой мир не знают, – качал головой старик.
– Что вы за люди, – развел руками Шамиль.
– Если каждый будет дрожать за свою саклю, пока грабят соседа, вы никогда не станете свободными.
– Свобода, – кивал старик.
– Она хороша для орла. Высоко летает и берет что хочет. А люди живут на земле.
– Разве это жизнь, отец? – кричал в ответ юноша.
– Другой у нас нет, – вздохнул старик.
– Если вы боитесь, уходите, – сказал Шамиль.
– Многие аулы так уже сделали.
– Уйти? – не понял старик.
– Оставить все и уйти?
– Здесь вы оставите только страх.
– Эта падаль больше не будет вас обирать, – сказал Юнус, бросая на землю связанного сборщика.
Разгневанный юноша решил покарать грабителя и уже занес над ним кинжал, но Шамиль остановил его:
– Не торопись, на все есть свой порядок.
Юноша с сожалением вложил кинжал в ножны.
– Пощадите его, – попросил старик.
– Он – плохой человек, но это лишь пыль у ног хана.
– Вы хотите, чтобы они и дальше пили вашу кровь? – удивился Шамиль.
– Они требовали дров для крепости, которую построили в Хунзахе, – объяснял старик.
– По вязанке с дома. Но у нас леса не растут. Вот они и похватали, что нашли. Мол, продадут и купят дрова для солдат.
– Вы должны кормить своих детей, а не служить ханам, – говорил Шамиль.
– Вы обязаны быть свободными людьми, если не хотите божьего наказания.
– Может, и так, – сомневался старик.
– Зато наш аул цел, а твои Гимры и Ашильта лежат в развалинах.
– И с вами будет то же, если не скинете ханское ярмо, – сказал Шамиль.
– Выпрямите свои спины, не терпите унижений! Будьте горцами, будьте людьми!
– Забирайте свое добро! – кричал Юнус.
Но никто не решался это сделать. Тогда Юнус вдруг встал на седло и снял с крыши босоного мальчишку.
– Где мамин кувшин?
– Вон он! – показал мальчишка.
– Забирай и неси домой. И не бойся, мы тебя в обиду не дадим.