Ах ты... дракон!
Шрифт:
– Господин ручник! Смотрите, сигнал второй руки - с той стороны! Передают: "Вижу цель"...
– Вижу. Расстояниие... двести шагов... Сетеметы, товсь.
Снять рукавицы, торопливо размять пальцы, подтянуть решетчатую трубу с чарованной сетью, нащупать печать, предохраняющую спуск. Если дадут команду, все, что останется - нацелиться на дракона и сорвать печать. Спуск произойдет сам. Даже если драконье пламя зажарит заживо, сеть долетит.
А семье выплатят "смертные".
Сильно
Помоги, Ульве...
– Печаааать...
– сдавленно процедил ручный.
– Не спешите. Только не спешите.
Пальцы трясутся...
– Господин ручный!
– разведка вылетела из-за пригорка так, будто за ними по пятам гналась толпа разъяренных заимодавцев.
– Драконов за пригорком...
– Бей!
– рявкнул ручный.
Вразнобой стукнули спусковые пружины, зажужжали, взвиваясь в небо, серые сети, разворачиваясь в полете, потрескивая, наливаясь сполохами антимагической защиты.
– ...не обнаружено...
– по инерции договорили разведчики.
Сссссвип!
Долетевшие сети увесисто хлестанули по деревьям и снегу. Синеватые разряды полыхнули и потухли, ненадолго подвесив перед глазами тающие тени. Незадачливые драконоловы замерли, ожидая неизвестно чего. Но дождались лишь доклада разведчиков о том, что на поляне обнаружены только снежные бабы в количестве трех и драные мужские штаны.
– А драконы?
– Кусты заметенные, сыздаля и правда за драконов принять можно.
Облегченный выдох стряхнул снег с ближайшей сосны. Не подвел Ульве, слава ему!
– А пар?
– не торопился верить хорошей вести старший.
– Родник незамерзающий...
И тут же за пригорком взвился нечеловеческий крик.
– Дракон?
– выдохнул молоденький стражник.
– Сеть!
– спохватился кто-то из разведчиков.
– Никак схватило кого?
– Придурок, - лаконично высказался старший.
– Пошли, глянем.
Поляна представляла собой живописное зрелище. Сети, все еще просверкивающие синими сполохами, устлали подножие пригорка, незамерзающий родник - тот активно сопротивлялся и парил почем зря - и особо неудачливые кустики. В воздухе висела снежная пыль, сети потрескивали, плотно сжимая в своих объятиях подвернувшиеся жертвы...
А прямо у родника, судорожно цепляясь за нее обеими руками, болтался на ветке "советчик" и раскачивался, в последний момент выдергивая ноги из пелен еще одной сети. Чуя живое, сеть хищно
– Что тут происходит?
– поинтересовался старший, не особо, впрочем, торопясь на помощь.
– Поймал!
– гордо доложил советчик.
– Я йго... пымал. Видели?
– Кого?
– Во!
– кое-как извернувшись, доблестный драконолов пнул дерево, на котором висел, - Его! Улететь пытался, гад.
И бухнулся вниз.
Макс.
Почему мне было не по себе, не знаю. Все так удачно складывалось. И с грабежом этим, и следы на снегу, там, на поляне так хорошо замаскировали. И Штуша у нас есть теперь, и вообще.
Но ощущение "гроза будет" осталось.
...нервную компанию я завидел издалека - дети с жаром что-то обсуждали, а три-четыре утешали рыдающую девчонку лет десяти.
– Бросила-а... пропадеееет... Дура я...
– ревела девчонка.
– Эй, парни, не поможете?
– А чего надо?
Объяснять не пришлось. Штуша тихонько свистнул, садясь девчонке на плечо, и в тот же миг на меня посмотрели глаза. Самые светлые и чистые на свете глаза.
– Максик!!!
Янка!
Янка, наша малявка!
– Слав, за магом следи, - только и успел попросить я... а через секунду на меня уже обрушился тайфун под названием Янка. Тайфунчик с размаху боднул меня головой в живот и обнял так, что даже через тулуп почувствовалось.
А я... я застыл. Янка всхлипывала, вжималась лицо куда-то мне под ребра, стискивала руки,- мелкий котенок, потерявший своих. Она мочила слезами мой тулуп, а я стоял, как пень, как манекен в бутике и почему-то даже слова не мог сказать. Совсем. И руками пошевелить не мог. Они так и замерли - на ее плечах...
И я не мог вспомнить, как я их туда положил.
Надо было обнять ее. Или по голове погладить. Но ладони как прикипели. Не двинешь и не оторвешь. Дрожат...
– Живой...
– бормотала она.
– Живые, вернулись, нашлись...
...Она была в другой шубке, не той, что я покупал, а покороче и более темной, и мехового мешочка на руках не было. Но заплаканные глаза счастливо блестели.
– Максик... ой, мы тут так переживали... Где вы были? Мы думали, вас убили!