Агрессор
Шрифт:
– Что ты его рассматриваешь? В рот скорей бери!
Босс подается вперед на меня. Приставляет орудие прямо к моим губам. Надавливает блестящей головкой, заставляя их раскрыться, принять его целиком. Он берет меня за уши и начинает двигаться во мне сам, зафиксировав меня в таком положении.
– Горло, горло расслабь! – командует он сквозь шипение. – Хочешь работать, подчиняйся! И старайся!
И я подчиняюсь! Ну и стараюсь как могу! Со всей душой! Даже заводиться начинаю от этой грубости. Всё внутри пылает пожаром. И шеф это видит. Но его это не волнует. Быстрей
– Будешь работать, пока будешь со мной! Усекла? – рычит он после.
– Согласна. – лепечу, оттирая губы.
А что мне еще делать? Детей же надо тащить. Одной. Без помощи. Никто не поможет. Никому они кроме меня не нужны. Своему папе уж точно не нужны.
– Белье у тебя стремное! – ворчит босс, - сама ничего, но труселя - это жесть конечно!
– Я… постараюсь другое купить, - лепечу. – Зарплату получу и куплю.
– Сам тебе куплю! Какое мне нравится! В каком я заводиться буду с пол-оборота! Давно мечтал о такой покорной! И попробуй мне только рот свой открыть, сразу найду чем заткнуть!
– Я буду молчать, босс.
– Хорошая девочка. – самодовольно кидает он. – Вечером в магазин поедем!
– Но… дети. Они вернуться из садика и мне их не с кем оставить. – лепечу я, прекрасно зная, что могу его этим оттолкнуть. Но опять же, я – мать в первую очередь и не буду что-то делать в ущерб своим кровиночкам.
– Дети?! – удивляется он так, словно впервые слышит это слово.
Киваю и застываю с ужасом. Жду его вердикт. Сейчас он подумает, что у меня там все растянуто родами, а грудь обвисшая от кормления, хотя это не так. У меня кесарево сечение было, а значит там все до сих пор узкое, почти девственное.
– Много их у тебя?
– Двое. Мальчик и девочка.
– Сама рожала?
– Нет, с операцией.
Хорошо, что спросил. Прошаренный в этом вопросе. Себе в любовницы только самых тугих выбирает небось. Тогда я для него идеальна.
– Муж?
– Мы не вместе. Он ушел к другой.
Шеф думает. Только бы не передумал. Иначе мне конец.
– Детей есть кому оставить на вечера? Как понимаешь, проводить ты их будешь со мной!
Выдыхаю, но потом снова замираю.
– Не с кем. Они в садике с утра и до вечера, потом я забираю их по пути с работы домой.
- Бл*, какие дуры! Понарожают, а потом не знают, куда деть!
Меня задевают его слова. Всего двоих родила. Не двадцать же! В законном браке и в любви… ну по крайне мере, я думала, что в любви!
– Я мужу рожала… Он их хотел. И я хотела. Оба решили, что нам двоих надо. Для счастья.
– Хотел бы, не смотался.
Согласна. Я согласна с ним. Ну что поделаешь? В этом мире даже на мужей надежды нет. В дальнейшем буду умнее на счет всего этого.
– Няньку подыщи им. В хорошем агентстве. С репутацией. Чтобы всю ночь с ними была, пока ты меня ублажать будешь!
– Да, шеф. Но… не подумайте, что я у вас выпрашиваю что-то, но хорошей опытной няне, которая дорожит своей репутацией нужно соответственно
– Ты хорошая мать, как я погляжу! – хмыкает мужчина. – Разумеется, няньке зарплату платить буду я.
– Спасибо, шеф я буду стараться угодить вам во всем. – тихо говорю я, от души благодаря этого человека. Пусть и грубого и брутального. Но в итоге он ведет себя как настоящий мужчина. Даже вот о чужих детях беспокоится. Не сказал им самую недорогую няню найти, но с репутацией. Надежную. Денег на нее не пожалеет.
– Возможно, вскоре мне понадобиться наследник, - как бы рассуждает вслух шеф. – Возможно, его родишь для меня именно ты! Хотя есть и моложе тебя кандидатки, да только вот ветреные все. Ты же… с порезанным животом. Тоже риски. И сама не родишь уже. Опять с операцией.
Он трясет головой, отгоняя от себя неуместные в этот момент мысли.
– Ты же понимаешь, что не одна у меня. И даже не одна из пяти! Ревность запрещаю! Если почувствую что-то подобное, прогоню сразу. Мне бабские ссоры и разборки не нужны! Захочу сразу нескольких отодрать за раз, отдеру. И попробует пусть хоть одна из вас пасть открыть!
– Нет, шеф, зачем мне вас ревновать? – пожимаю плечами. – Ревнуют того, кого любят. У меня же давно иммунитет к любому проявлению этого чувства.
– Ну и отлично! Ты мой партнер по постели. Не больше. Иди, работай!
***
Мне плохо от цен в том бутике, куда привез меня шеф после работы. Но белье такое нежное, воздушное, очень эротичное.
– Вот это берем! – держит он крохотные трусики в своих огромных лапищах, и это, и вот это. Иди меряй! – приказывает он мне, швыряя кружево чуть ли не в лицо.
Грубый, нарочито грубый. При всех. Любит унижать людей, доминировать над женщинами. Самоутверждать свою власть за счет них. Но он всегда такой, и ничего особенно шокирующего для меня сейчас не происходит. Грубый, но справедливый. Имеет право с его деньгами и положением в обществе. Да он на все имеет право. На меня целиком и полностью, потому что я стерплю любой его заскок. Деньги очень нужны. И я даже не собираюсь это скрывать или как-то вуалировать!
Девушки-консультантки уводят меня в примерочную. Это – не обычная кабинка как в масс-маркетовых магазинах, а целая комната с диваном, зеркалами и плюшевыми пуфиками вокруг.
Там-то он меня и застает полностью голую, обнаженную, беззащитную перед ним.
– Не беспокоить! – рычит за дверь продавцам, и закрывает нас изнутри. – Хорошо! Отлично! – ходит вокруг меня как огромный котяра вокруг мелкой мышки, которую знает, что сожрет, и что она никуда от него не денется. Но и мышь тоже знает, что попала в лапы огромного котяры, знает что ей не избежать встречи с огромным хищником, пока она не познает все грани его злобы, все стороны и оттенки его желаний!
– Сожми их вместе! – приказывает он, кивая на мою грудь. – Вот так! Чего мелкие такие?! У тебя же вроде двое детей! Или грудью не кормила?!