Агрессор
Шрифт:
Двигаясь к лаборатории, Баталов срезал двух боевиков перед ангарной стеной. Оба были в экзоскелетах, но Олег резанул из пулемета по ногам, а затем просто задолбил, разломал неподвижные цели «крупным калибром». В стороны летели куски брони, бетона. Для верности Баталов щедро полоснул по встающим в тумане очертаниям ближайших строений. Вылетали стекла, рамы, крошился кирпич, лопались колпаки видеокамер, летели в стороны кронштейны, сочленения, защитные козырьки. Брызгали осколками плоскости солнечных батарей. Баталов не жалел патронов, гильзы фонтаном сыпались к ногам федерала. Трассирующие пули имели и психологический
Из окна здания справа высунулся с автоматом боевик. Направив на стрелка ствол пулемета, Баталов бил в цель, пока голова в стальном шлеме не слетела с плеч, подпрыгнув, словно футбольный мяч.
Олег бухал в перечеркнутое дождем пространство перед собой из аннигилятора, резко ухудшая видимость, затем добивал, «лакировал» область разрушений из крупнокалиберного пулемета.
Туман то и дело озаряли вспышки, грохотало так, что оглушало через шлем. В ответ боевики открыли шквальный огонь. У подручных Зимина тоже имелся пулемет, и не один. Стреляли справа и еще откуда-то… Олега ударило в плечо. Он никак не мог определить, где стрелок. Олег бросился к ближайшей стене, прижался к ней, но от стены тут же полетели куски. Били плотно, обрабатывая определенный сектор. Угол пристройки к лаборатории дымился и напоминал швейцарский сыр. До цели – два шага. Олег огрызнулся вслепую, ответил одновременно из излучателя и пулемета. Уничтожив одноэтажную казарму перед собой, обрушив наполовину еще какое-то здание, Баталов понял, что ошибся: прогрохотал, так и не задев пулеметчиков, зато обозначил: вот он я!
Сверху на плечи вновь посыпались куски бетона. Пули с титановыми сердечниками – допотопное, но грозное оружие. Пригибаясь, Баталов двинулся вперед. По шлему со звоном ударило, оставив глубокую вмятину. Крупный калибр есть крупный калибр, сталь выдержала, но от удара Баталов на какое-то мгновение потерял сознание – осел, застыл, привалившись спиной к стене. Кое-как пришел в себя. С пулеметом и поврежденным левым шасси, Олег потерял маневренность. Нужно было выбираться, скидывать что-то из оружия.
«Где ты, Рома? Добрался? Оттяни их на себя!»
Последовали удары в грудь, в голову, в плечо. Аннигилятор вывалился из рук Баталова. Пятна фонарей почернели, все покрыла тяжелая тьма.
…Открыв глаза, Олег увидел стоявшие перед ним фигуры. В первые секунды, машинально выставив перед собой бластер, Баталов не мог понять: белая пелена рассеивается среди домов, или это проясняется только у него в голове.
Туман действительно таял. На груди Баталова горело алое ожерелье – точки лазерных прицелов. Боевики видели, что в руках гостя только BL-0,8 и не проявляли особого беспокойства.
– Бросай оружие, – сказал кто-то из тигров. – Отвоевался.
Боевики вытолкнули вперед Салль без экзоскелета и Романа, у которого все лицо было в крови.
Живой щит. Ясно, на что они рассчитывали. Олег взглянул на бластер и улыбнулся. Ничего другого от террористов он и не ожидал. Допуск у него был. Он мог попытаться избавить себя и своих спутников от посещения лаборатории Фармы и прочего гостеприимства… До цели – менее трех метров, единичный максимальный выброс плазмы уничтожит всех.
Нет, самоубийство отпадало. Боевикам достанется «Троян» и нейрошлем к нему, допустить этого Олег не мог.
– Я
Олег не раз видел голограммы великого физика, правда, молодого. Если он будет уверен, что перед ним Штейер, то сразу выстрелит.
Ночное небо над головами залило электричество. Столбы света ударили вниз, и Олег увидел вертикально снижающийся дестроер. В широко раскрытых глазах Салль читался ужас. Дикарка так и не заплакала, но она все поняла. Дух, которого они пришли укрощать, выбелил небо огнем и теперь опускался на них, готовый раздавить.
– Олег Баталов, – услышал Олег в наушниках голос Фармы. – С тобой говорит борт «Троян». Ты еще сомневаешься? – Зимин покачал крыльями. – Отличная, скажу тебе, птичка!
Устранение Гюнтера потеряло смысл.
– Держите. – Нажав на шкалу сбоку от панели плазменного накопителя, Баталов бросил оружие под ноги боевиков. Из ствола бластера пошел дым. Теперь и сотня Гюнтеров не сможет его перебить. – Девчонка и этот недоумок здесь ни при чем. Я их запугал.
Индивидуальная десантная капсула плюхнулась на полосу выгоревшей земли в тридцати метрах от опустошенной базы «Тигров космоса». В отличие от челноков, капсулы незаметны, менее уязвимы и могут приземляться куда угодно. Поврежденный Олегом радар не смог отследить гостя с орбиты, и сейчас к капсуле бежали боевики, которые бурили гнезда под столбы нового ограждения.
Люк капсулы откинулся. К тиграм космоса вышел человек в экзоскелете, со шлемом в руках.
– Ребята, кто это вас так поджарил? – Человек надавил ногой на гребень спекшейся земли, тот захрустел под подошвой, ломаясь. – Мое имя – Марек. Где Фарма? Что со связью? Я слышал, что Крикк – заповедник перебитого оружия всех времен и народов, но никак не ожидал, что здесь перестреливаются из аннигиляторов!
Марек рассмеялся. Он мог себе это позволить: смеяться на Крикке. На боку у гостя сверкал на солнце стальным корпусом плазмоган последней модели.
В скором времени к капсуле на флаере подлетел Зимин. При виде гостя у главы боевиков возникло неприятное чувство: на Крикке появился тот, кому Фарма должен подчиняться.
– Постреляли немного, – сказал Зимин, обнимая брата по оружию, соратника в борьбе за свободный от допуска мир. – Но сейчас у нас тихо и безопасно, словно в райском саду. Добро пожаловать!
– Вы многого добились. – Марек похлопал Фарму по плечу. – Честно говоря, мне не терпится взглянуть на дестроер.
Зимин пригласил гостя во флаер. Подлетая к корпусу лаборатории, одиноко белевшему посреди пепелища и остатков строений, Марек заметил распятый на фонарной мачте труп:
– Этот стрелял?
Фарма отрицательно мотнул головой:
– Свой.
Ранее «человек с Земли» уже видел дестроер-трансфомер, правда, только экспериментальную модель – двадцатиметрового антропоморфного робота. Было это более десятка лет назад. Вскоре подобные экземпляры навсегда отошли в разряд «тупиковых», после того, как на первых же полевых испытаниях опытную модель человекоподобного трансформера остановила простая электромагнитная мина, а его тяжеловооруженного собрата расстреляли из полуавтоматических бластерных пушек, словно мишень, два новобранца, перебив перед этим роботу коленные сочленения.