Агрессор

Нибаров Андрей

– Держись за мной. – Облачившись в экзоскелет убитого, Баталов почувствовал себя гораздо лучше. – И больше никакой самодеятельности!

Олег первый вошел в почерневший от копоти пролом в стене подрезанного гравидеструктором здания. Достаточно было перешагнуть оплавленный край пенобетона, и они оказались в зоне потенциального обвала. Салль бесшумно следовала за космодесантником.

Снаружи мелькнули в дыму, пропали две фигуры. Значит, заперли гостей. Путь назад федералу и его дикой спутнице был отрезан.

Залы типовых

имплантационных центров не отличались друг от друга по всей Галактике, так что Баталов знал, куда идти. Слева и справа стояли кабинки для персональной имплантации, только сейчас все они были сожжены практически до основания, а на полу лежали в полуистлевшем тряпье кости. Остатки металлопластика матово поблескивали в розоватом свете лампы под потолком. Ступая, Олег прислушивался к движению пола под ногами, так и есть – слабые, но явные колебания. Выступающие из стен силовые консоли несущей конструкции были перебиты измененным гравитационным лучом.

Автоматика единственного выхода из зала «персоналки» не работала, тяжелую стальную дверь Баталов откатил в сторону вручную. В обширном круглом помещении центра управления на столах как ни в чем не бывало стояли мониторы. Сюда сводилась информация с медицинских, транспортных, прочих терминалов. Открытое окошко линии молекулярного репликатора…

Салль остановилась, глядя на труп. Судя по туфлям, остаткам платья и нитке наножемчуга на шее, это была молодая женщина. Мертвые тела быстро разлагались в повышенной влажности субтропиков, да и кому придет в голову вытаскивать их, рискуя быть погребенным заживо.

– Пошли, нам нужно спуститься на пару этажей. Т-с-с… Тихо. – Олег приложил палец к губам.

Из темного коридора доносились шаги и голоса. Баталов показал соплом плазмогана на пульт контроля за операционными модулями:

– Спрячься за ним.

Их было двое. Оба отлично вооружены. В броне. Насколько точно мог определить сканер подсевшего коммуникатора Олега: бластером и лучеметом. По стенам, скрещиваясь, скользили алые нити лазерных прицелов. Шаги стихли, но Баталов знал: осмотрев соседние помещения, тигры космоса вернутся.

– Инструктор может рассчитывать на Салль.

Сжимая в руке лук, дикарка никак не хотела прятаться за пульт.

– Вот что, невеста… – Олег задумался, потом вытряхнул из медблока на ладонь шприц-тюбики с наркотиком. – Хорошо, черт с тобой. Используем эффект внезапности.

Баталов с трудом почти вырвал из рук девушки лук, потом колчан.

– Ты выйдешь к низколобым, – сказал он. – Ты покажешь им наркоту, затем упадешь на пол. Остальное сделаю я.

– Они убьют Салль огнем из трубок.

– Я не позволю. Надо, чтобы они рассмотрели тюбики в твоих руках. Ты получишь заклинание, которое парализует духов пламени, главное – не перепутай слова.

– Салль не сможет. – Хорошенькие губки упрямо сжались. Только всхлипываний не хватало…

– Ты хочешь спасти Крэкка? Хочешь

замуж? Тогда запоминай!

Баталов несколько раз повторил приготовленную для тигров космоса отвлекающую фразу.

Боевики возвращались с оружием на изготовку. В любой момент они могли открыть шквальный огонь. Салль возникла посреди лаборатории, словно привидение. Обворожительное привидение, голое по пояс.

Алые точки прицелов замерли у девушки на груди. Дикарка стояла ни жива ни мертва. Сжав шприц-тюбики в ладонях, красавица не могла вспомнить заклинание.

«Падай! – Олег вжимал приклад плазмогана в плечо. Напрасно он закинул бусы дикарки ей за спину, прекрасные формы жительницы Крикка не произвели на наркоманов никакого впечатления. Похоже, фармакология босса превратила тигров космоса в импотентов. – Ложись!»

Салль протянула вперед руки. В раскрытых ладонях белели подписанные Фармой капсулы, но что можно увидеть в полумраке?

– Задараствуй, нэ стрельяй. Я принуса наслаждене…

Салль все-таки выговорила заклинание, а потом сделала, как научил Олег: бросила наркоту боевикам на железные палки, словно горсть конфет. И духи дрогнули и затаились в страшных трубках, а их хозяева кинулись поднимать «наслаждене», раскатившееся у их ног. Девушка упала на пол, не понимая, сама она это сделала или колени подкосились.

Баталов привел в действие плазмоган. Конус белого пламени ударил ослепительным, словно пучок молний, веером. На мгновение Олег ослеп. Широкой волной пламя растворило встретившиеся на пути металл и человеческие тела. Секунда, и все было кончено, преследователи погибли. Остались ноги, головы, разрозненные фрагменты в кусках брони. Стрелять сплошным, расходящимся лучом энергетически было крайне затратно, зато упрощало попадание, вдобавок регулятор «чистого» оружия барахлил. А вообще-то бабахнуло так, что Олега качнуло.

Баталов вышел из укрытия. В глаза словно насыпали песка, слезы текли по щекам. Стрелок должен пользоваться светофильтром, иначе на встречу ветеранов дальнего космоса вместе с орденами придется захватить собаку-поводыря.

Поднявшись, Салль растерянно смотрела на плачущего чужака.

– Нужно осмотреть врачебный пост, а также… – Олег, наконец, открыл глаза. Предостерегающе пискнул коммуникатор. – Стой!

Девушка незаметно стянула со стола для имплантаций блестящий хирургический инструмент.

– Положи на место! – Нехорошее предчувствие заставило Олега выдвинуть из коммуникатора трубку радиометра. Шагнув к останкам тел, он приложил индикаторный щуп к оторванной голове. – Ого! – Олег попятился, оценивая данные с экрана коммуникатора.

Триста пятьдесят микрорентген – выброс жесткой радиации превышал допустимый почти в десять раз. Импотентами тигров космоса еще до наркотиков сделали перебитые плазмоганы с вышедшими из строя радиационными гасителями.

– Почему ты плачешь?