Агония
Шрифт:
– Что вы имеете в виду?
– насторожился госсекретарь, понимая, что они подходят к сути разговора.
– С вами никто не будет торговать. Вам никто не будет помогать. Америке будет объявлен полный бойкот.
– Бросьте, Алексей, - снисходительно хмыкнул Морисон, - Бойкот? Америке? C какой стати? Не смотря на ваш скепсис, у нас в мире еще достаточно веса и друзей, которых не отпугнут, даже ваши выкрутасы "Кентукки".
– Не переоценивайте свои возможности, господин Морисон. Долларовая система, державшая у ваших ног свору послушных шавок, разрушена. У вас больше нет средств, чтобы
Китайский министр достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги и протянул его госсекретарю со словами:
– Почитайте. Думаю, вам будет интересно.
По мере того, как Морисон быстро читал текст, его лицо заметно мрачнело. Он дошел до конца страницы, медленно поднял глаза и долгим, немного испуганным взглядом посмотрел на своих собеседников. Затем, нервно покусывая губу, перечитал текст еще раз.
– Это фальшивка, господа. Дешевая фальшивка, - наконец, неуверенно проговорил он и, видя как снисходительно покивал головой министр Шэнь, а Павлов грустно улыбнулся в ответ, бессильно обмяк в своем кресле.
– Твою мать! Этого просто не может быть!
– Тем не менее, это правда, - тихо сказал китайский министр.
– Это первая страница заключительного доклада по проекту "Лунный Свет", который ваша страна запустила тридцать лет назад. Даже из того, что вы прочитали ясно, что целью проекта является глобальный геноцид человеческой расы. Нет, глобальный геноцид с применением генетически модифицированного риса - это средство. Цель проекта - создание ничем неограниченной мировой гегемонии США ценой четырех миллиардов человеческих жизней.
– Это всего лишь одна страница. Вам никто не поверит, - немного помолчав, возразил Морисон.
– Нам поверят все, - уверенно сказал Павлов, - У нас есть весь доклад, с описанием деталей проекта. Через него наши китайские коллеги смогли вычленить боевую генетическую конструкцию и реплицировать процесс ее сборки и трансфера от зерна риса к человеку. Мы знаем, кто изобрел генетическую конструкцию, где она была доработана, схему, по которой модифицированный рис распространялся по миру и логистику, которая при этом использовалась.
– У нас есть свидетели, работавшие на проекте на всех его этапах, - подхватил китайский министр.
– У нас есть источник, через который мы впервые получили этот документ и который подтвердит, что проект санкционирован лично американским президентом и курировался на самом высоком уровне. Нам даже известен план, который Америка собиралась применить в случае утечки информации о проекте.
– Свидетели? О чем вы?
– Морисон выдавил скупую улыбку.
– Если проект такого уровня и существовал, в чем я сильно сомневаюсь, у него должен быть такой уровень
– Тем не менее, свидетели есть. И вот вам доказательство, - Павлов достал из небольшого кожаного портфеля тонкую пластину планшета, коснулся нескольких иконок, включая видеозапись, и передал его госсекретарю.
– Это только один из них. Кстати, бывший офицер армейской разведки США. Но фрагменты его опроса дают представление насколько все серьезно.
Плотно сжав губы, Морисон взял планшет. На экране застыла заставка "Опрос свидетеля по делу 0031/7 (проект "Лунный Свет"). Проводится старшими следователями специальной комиссии ООН по преступлениям против человечности... Запись от..." Дата и имена агентов были затушеваны. Он дотронулся до иконки просмотра, и на экране появилась миловидная женщина средних лет.
– Сообщите нам ваше настоящее имя. Попросил один из агентов, оставаясь за кадром.
– Марта Гесс, - спокойно ответила она, глядя прямо в камеру.
Запись шла десять минут. Все это время Морисон молчал, вглядываясь в экран, будто стараясь разглядеть там какой-то скрытый подвох. Наконец он отложил планшет и тяжело вздохнул.
– У нас есть свидетельские показания ученых, оперативников, политиков. Наши доказательства убедительны, свидетели надежны, а линия обвинения против США выстроена безукоризненно.
– Господин Шэнь прав, - поддержал коллегу российский министр, несмотря на то, что тот откровенно блефовал.
– Хотя я уверен, что до разбирательства на международном уровне дело не дойдет. Как только мы предъявим миру "Лунный Свет", Америка станет изгоем, врагом всего человечества, на руках которого, уже сейчас два миллиарда не родившихся детей. Под давлением общественности от вас отвернуться даже те немногие союзники, которые пока не решаются сделать это открыто. Вас будут ненавидеть все и не только снаружи, но и внутри страны. Если о "Лунном Свете" узнает мир, я не дам за режим Лэйсон и ломаного цента.
Госсекретарь долго молчал, глядя на лист бумаги, на котором перед глазами стояли даты проекта, миллиарды людей и имена. До боли знакомые имена тех, кто вел проект все эти годы, с кем он работал, жил, кого приглашал на день рождения и Рождество. Он вдруг почувствовал резкий приступ тошноты, потянулся за стаканом воды и сделал несколько судорожный глотков.
– Признаюсь, мне самому было не по себе, когда я первый раз прочитал этот документ, - Павлов встал из-за стола, подошел к небольшой стойке, на которой были сервированы напитки, плеснул в стакан немного виски и, бросив в него несколько кубиков льда, поставил перед госсекретарем.
– Выпейте, Алан, это поможет.
– Теперь все становится на свои места, - Морисон растерянно отодвинул от себя стакан с виски.
– Удары модулей корейской станции - это не случайность. Это ваша месть.
– Я бы не хотел обсуждать сейчас корейские модули. Это может увести нас далеко от темы разговора, - чуть громче, чем обычно сказал Шэнь, словно пытаясь вернуть собеседника к реальности.
Морисон поставил локти на стол и закрыл лицо руками. Было видно, что он изо всех сил пытается подавить нахлынувшие эмоции.