Агнесса. Том 1
Шрифт:
— Ты жалеешь о том, что случилось с тобой? — тихо произнесла Филлис. — Не надо разочаровываться, Агнесса, все еще будет хорошо!
Она говорила так убежденно, что, когда Агнесса подняла глаза, в них вспыхнула искра надежды.
— Ты так думаешь, Фил?
— Конечно! Я верю в тебя, Агнесса, верю! Ты будешь, обязательно будешь счастлива!
Человеку трудно без веры в него других людей, его согревают и обнадеживают искренность и сочувствие. Агнесса ощутила, как нечто, давно, казалось, затвердевшее внутри,
— Спасибо тебе. Спасибо, Филлис!
Керби убежал по своим делам, а Джессика принялась играть сама с собой, изображая то один, то другой персонаж придуманной ею сказки.
Она недолго пребывала в своем волшебном мире — во дворе появились ее давние обидчики, два мальчика из соседнего дома, и сказка мгновенно растаяла, исчезла.
На сей раз Джессика первой заметила их. Сегодня они не собирались прогонять ее, и старший мальчик ограничился тем, что, проходя мимо, сказал:
— Чего уставилась, малявка?
Джессика ничего не ответила, только по-прежнему не сводила с них взгляда.
— Надо же, настырная какая! — удивился мальчик и поинтересовался: — Давно не получала?
— Давай отлупим ее! — предложил младший, выглядывая из-за спины брата. Глазки его засветились в предвкушении удовольствия.
— Попробуйте только! — звонко воскликнула девочка. — Я позову маму, и она надерет вам уши!
Старший мальчик, подражая взрослым, презрительно сплюнул.
— Подумаешь, мамочку позовет! И мы свою можем позвать, так она твою быстро выставит отсюда!
— А я приведу Керби! Керби — большая собака, и вы сразу разбежитесь, вот! — Она торжествующе рассмеялась. В ее представлении сильнее Керби не было никого.
Мальчики на мгновение замолчали, потом старший нашелся:
— Ну, и что, подумаешь, собака! — сказал он. — Я своего отца позову, так он твою собаку камнями прогонит или выстрелит из ружья и убьет!
Джессика прикусила губку и молчала; в ее больших глазах копились слезы. Потом она, неожиданно нагнувшись, подняла ком земли, швырнула в мальчишек и пустилась наутек.
Земля угодила младшему в лицо, и он громко заревел, а старший помчался за беглянкой.
Джессика подбежала к своему дому, забарабанила кулачками в дверь, в следующий миг проскользнула в щель, и мальчик вынужден был повернуть назад.
— Откуда ты так бежишь? — спросила Агнесса, впуская ее.
— За мной гнались мальчишки! — отвечала запыхавшаяся Джессика.
— Опять?
— Да! А я одному прямо в глаз землей попала!
— Зачем же ты так? Ты девочка и не должна драться.
— Они сказали, что убьют Керби. — Губы ее задрожали. — Что их отец придет и убьет.
Джессика села на кровать и расплакалась; вытирая слезы, она с обидой выкрикнула:
— Я им покажу! Пусть только попробуют тронуть
— Что ты, родная, не надо плакать. Не слушай ты этих мальчишек, они все выдумывают.
— Да-а! — не веря, протянула девочка. — А ружье?..
— Нет у них никакого ружья.
— У них есть отец, а у отца ружье. А у нас отца нет, и ружья нет! Вот если бы у нас был отец, то он пошел бы и их всех перестрелял!
Агнесса так и ахнула, кровь бросилась ей в лицо; пронзенная невыносимым воспоминанием, она воскликнула:
— Не смей так говорить, слышишь, Джесс! Если ты считаешь, что можно так поступать, — ты плохая девочка!
— Я хорошая девочка! — Джессика. — Это мальчишки плохие!
— И ты такая, раз хочешь делать так же, как они! Нельзя быть злой!
— Я добрая! Мама, не ругай меня! — Девочка снова залилась слезами.
— Ну хорошо, хорошо, — сказала Агнесса, обнимая ее. — Не плачь и запомни: мы никого не собираемся обижать, у нас никогда не будет ружья, и стрелять мы не станем.
— Да, — согласилась Джессика. А после, помолчав, спросила: — Кто это?
— Где?
— А вот! — Девочка показала на портрет Джеральда Митчелла, который Агнесса всегда держала на видном месте.
— Твой дедушка.
— Дедушка?! Нет! Дедушки старенькие бывают! — Джессика даже засмеялась, до того нелепым показался ей ответ.
— Все дедушки когда-то были молодыми, а еще раньше детьми, вот такими, как ты.
— А где он сейчас, мой дедушка?
— Он умер, Джесс, — отвечала Агнесса. — Очень давно, когда я была еще даже младше тебя. Твой дедушка, а мой отец. Его звали Джеральд Митчелл.
Джессика смотрела на мать ясными зеленовато-голубыми глазами.
— Мама, а у меня отец был?
Агнесса вздрогнула, как от внезапной боли: ей предстояло преодолеть еще и этот порог.
— Был, моя хорошая.
— А он тоже умер?
Джессика, для которой жизнь, смерть и время еще не стали чем-то осознанным, спрашивала с обычным детским любопытством, а Агнесса вдруг почувствовала, что не может в присутствии своего ребенка (и ребенка Джека!) не только говорить, но и думать о Джеке как об умершем… нет-нет, он просто исчез куда-то… но не в небытие, бездушное и бесплотное! Говорят, некоторые люди… никогда не оставляют нас… Даже если их уже на самом деле нет.
— Я… не знаю!
— Значит, он может вернуться к нам! — обрадовалась Джессика. — Мама, давай найдем нам папу! У всех девочек есть папы, и я тоже хочу! Только пусть он будет хороший, ладно? Тогда и мальчишки меня будут бояться! Мы его познакомим с Керби…
— Твой отец знал Керби. Керби ведь старше тебя; он тогда как раз был щенком.
— Мама, — Джессика задумалась, — а где была я? Я-то откуда взялась?
Агнесса улыбнулась и, взяв девочку за руки, притянула поближе к себе.