Агенты Синлара
Шрифт:
В тот самый, исторический для него, день, он сидел за клавиатурой у себя в комнате и играл в очередную «пулялку». Потом экран внезапно покрылся геометрическими фигурами немыслимых цветов и возникла диковинная, объемная картинка: берег высохшего моря желто-золотистых тонов и вычурные скалы на горизонте. Всему этому сопутствовало необычное и очень тревожное чувство. Значительно позже он перестанет его бояться — эффекта чужого присутствия. Руки его онемели, лицо тоже, пошевелиться он не мог, и совершенно неожиданно, безо всякого перехода он оказался ТАМ, на безжизненном, каменистом берегу перед уходящим за горизонт дном, усеянным галькой, и тусклым, матовым солнцем в мерцающей, красноватой дымке. Ощущение было невероятно острым и реальным, он будто бы в самом деле, в своей домашней пижаме и босиком, стоял на колючей крошке и дышал очень холодным и сухим воздухом. Ноги начали стыть, его била дрожь. Как часто раньше, в своих мечтах, он хотел переместиться за экран, в нарисованную картинку, а теперь
Причем только самое начало той, другой, реальности, которая постепенно станет его настоящей жизнью.
Осталось уточнить кое-какие детали, но лучше это могли знать Нат и Лерни. К последнему я не стала бы обращаться ни за какие коврижки и потому отправилась на «Цветок». Мисс Джордан — домоседка, когда есть шанс отдохнуть, она нежится в вычурной роскоши своего корабля. Но на всякий случай я позвонила.
— Конечно, Кен, приходи, — пригласил ее вкрадчивый, задушевный голос.
Я подумала, что ЭМ-СИ иногда используют свои навыки просто бессознательно, как и другие маги. Но кое в чем она была оригиналкой. Например, жила в основном на корабле в ангаре Базы, а не в собственных аппартаментах, которые у нее, как и у меня и прочих землян, находились на 35 789-м уровне Терминала. Непонятно, чем ее не устраивали три огромных помещения, которые можно оборудовать по собственному вкусу. Конечно, она сделала из них жилище в стиле «техно-си» и «металлика», но обитала в интерьерах земного европейского посольства XIX века на «Цветке».
Я пересекла на «летающем квадрате» (плоский гравикар, лифт и средство доставки одновременно) гигантскую территорию ангара и спрыгнула на верхнюю палубу ее корабля, к приветливо открытому люку. Нат в домашней пижаме в золотую розочку выглядела просто умилительно. Однако в собранности ей не откажешь. Не более получаса назад я ей звонила, а она уже подготовила все свои материалы по Гшамм. Мы расцеловались в щечку, и она тут же перешла к делу:
— История, этнография, законы, обычаи?
— Возможно, я просто хотела… — Но тут мой взгляд уперся в стенку. Там, на стереофото, в самом натуральном виде, висела отдельно взятая голова инсектоида со Склерота! Причем среди звезд.
— А это что такое?!
Моя приятельница среагировала на мое изумление прежде, чем я выпалила эту фразу, и тоже обернулась.
— Это? — Нат хихикнула: — Я оставила это на память. Я привела «Глорию» временно в такой вид для задания.
— Для чего?
— Понимаешь, гшаммцы поклоняются богу в виде этого монстра и называют его К'Тааг… Кстати, а что это такое?
Тут уж и я поразилась. Воистину, у всякой эрудиции есть пределы:
— Ты никогда не видела изображения склеротов?
— Скле… В самом деле, — она немного смутилась. — Но ведь я же не специалист по жизненным формам, как ты! И моя дипломатия не распространяется на пауков.
Конечно, если быть более точным, склероты по типу строения ближе к Hymenoptera, то есть перепончатокрылым. Но в данном случае это не важно.
— У тебя есть еще изображения их богов, связанные с этим?
— Разумеется.
За считанные мгновения она развернула передо мной целую стереогалерею, которая, вне всяких сомнений, содержала около пяти базовых инсектных форм Склерота с очень незначительными изменениями. Я сказала об этом Нат.
— Значит, Гшамм был заражен Склеротом, отсюда и его проблемы, заключила ЭМ-СИ. И затем попросила: — Слушай, Кен, не в службу, а в дружбу — прочитай мне лекцию. Я, конечно, могу послать много запросов в СИНЛАР…
— И долго разбираться с горой пришедших данных. Не напрягайся, я легко тебя просвещу. По крайней мере, в основах. Тем более что у меня есть и личный опыт.
— Да?!
Изумление моей подруги было понятным: мало кто мог похвастав, что столкнулся со Склеротом и выжил. Но в моем случае это было истинной правдой.
К настоящему моменту Лерни уже достаточно повидал, чтобы понять, что не имеет права судить Нат по собственным меркам.
Интересно, а каким бы он был, если бы с самого начала видел кругом себя местную супертехнологию, а Землю — только как один из гуманондных миров, причем даже не самый развитый? Наверное, он сейчас был бы уже Т-2, а не Т-4 по классу. Впитанные с детства заблуждения поначалу сильно ему мешали. Например, он никак не мог поверить, что ничего похожего на Большой Взрыв, придуманный земными астрофизиками, во Вселенной никогда не происходило, или что в СИНЛАРских программах есть ответственность, но нет дисциплины в его, земном, понимании. Он еще помнил времена, когда полагал, что новейшие земные танки — самые могучие машины разрушения. Сейчас он смотрел на них едва ли не как на палку-копалку австралийских аборигенов. Возможности Терминала позволяли вывести из строя и превратить в неподвижный металл такую конструкцию за тысячные доли секунды, прежде чем кто-либо или что-либо успеет среагировать. Именно сверхтехнологии Базы и ошеломили его поначалу, тогда как осознание настоящей разницы между внутрипланетарным и космическим мышлением пришло гораздо позже.
Мы разместились в шикарной гостиной «Цветка» за накрытым столом с травяным чаем и пирожными, вкуснее которых я давно не пробовала. Такое гостеприимство, помимо дружбы, еще больше обязывало, и я старалась, как могла. Хотя воспоминания были не из приятных.
Все происходило тогда, когда я уже училась на мага-специалиста по жизненным формам, но еще работала, как поначалу и все волонтеры с Земли, обычным порученцем. Это вообще политика СИНЛАРа для отсталых планет вроде нашей. В Метагалактике нет энергетического кризиса, а технологии Терминала делают вопрос о планетарных ресурсах бессмысленным. При желании можно собрать из астероидов пару аналогичных Земле планет. Но это чисто количественное решение, тогда как в любом мире важно именно его развитие, эволюционный уровень. Так или иначе этот уровень проходит через активные элементы, которые по сию пору на Земле называют душами, личностями или еще — монадами. Именно индивидуальные сущности берут на себя роль проводников и преобразователей единства мира в его многообразие. Они несут эволюционную нагрузку, и, если развитие планеты происходит неправильно, им же приходится это исправлять. СИНЛАР готов помогать слабым мирам только за эту единственную, нужную ему плату — работу для других, еще более отсталых, планет, где собственные сущности еще и близко не достигли уровня, пригодного для планетарного сознания. На Земле, впрочем, таковых так же немного. Но База помогает нашей цивилизации только при условии работы части людей на Терминале. Именно поэтому мы здесь, и это наш способ помочь развитию Земли.
Тогда, много лет назад, от небольшой гуманоидной станции перестали поступать сигналы связи. Местные аборигены послали две экспедиции — обе пропали, не дав никаких новых сведений. После этого на Терминал пришел запрос, и мы отправились для выяснения проблемы. Порученцы — еще не маги, это просто исполнители. С ними нередко посылают андроидов — в помощь и для связи с Базой. Нас было трое: я, как начинающий специалист и эмпат-универсал (то есть человек, способный воспринимать состояние и настроение любого живого существа, а не только гуманоидов), девушка-технарь (будущая коллега Лерни) и парень — знаток систем связи и информационных структур. Кроме нас, живых, еще два андроида двухметрового роста для тягловых нужд. Станция по земным меркам была огромной: с оранжереей в центре, искусственным освещением сверху, большим бассейном и четырехъярусными галереями, где тянулись ряды дверей, ведущих в каюты и подсобные помещения. Для Базы же это был бы очень маленький фрагмент. Было пусто и тихо. Оглядываясь, мы прошли до рубки, постоянно снимая показания. Датчики не давали никаких наводок: атмосфера была обычной для гуманоидов человеческого типа, подозрительных примесей, следов пожара, борьбы или технических неисправностей не было. Просто «Мария Селеста» какая-то. Но мы, как начинающие маги, ощущали энергоследы смерти, страха, безумия, словно бы наполняющие воздух. И они были точно смазаны, не давая четкого голографического отпечатка. Все приборы на пульте были отключены, на полу были разбросаны огромные разрисованные и раскрашенные листы из белого пластика. Парень отправился к передатчикам, и мы услышали его голос: