Агент влияния

Щепетнов Евгений Владимирович

С этими историческими словами я зацепил с площадки горсть песка и швырнул ее в лицо противника. А когда тот схватился за лицо, протирая глаза, прыгнул к нему и дал хорошего пинка в зад:

– Вот тебе, полицейская свинья! Я буду творить, что пожелаю! Грабить и воровать! А вас, копов, видал в одном месте, каком именно – не скажу! Потому что леди и дети упадут в обморок от таких грубых слов! (вокруг начали хохотать)

Дональд ринулся на меня со скоростью экспресса и яростью атакующего носорога. Что не есть хорошо для боевой схватки. Нельзя терять разум! Если ты не берсерк, конечно. Впрочем – берсерки плохо кончали. Хмм… в хорошем

смысле. Резали их.

Он попытался ухватить меня за плечо – что было очень опрометчиво, я ведь в легкой рубашке, а не в борцовской куртке, и мое плечо хорошенько заполняет объем рубахи. То есть – нет свисающих концов ткани, а за твердое плечо цепляться просто глупо – соскользнет рука. И соскользнула. А я вот успел поймать его руку, и закрутив приемом айкидо – метнул парня через площадку носом в песок. А прежде что он сумел встать, подскочил и уселся на спину поверженного «врага»:

– Вот так, леди и джентльмены! Злодеи могут оказаться ловчее копа! Так что не рискуйте, и просто пристрелите негодяя, прежде чем он усядется задом на вашу спину! Знайте, и в тюрьме жить можно, и самое главное – из нее выходят. А вот из могилы – нет. Хотя… могут быть и зомби! Вставай, Дональд! Теперь я буду изображать зомби!

Я встал с пытавшегося подняться, начинавшего дергаться парня и отошел в сторону. А когда он поднялся, я вытянул руки вперед и утробно рыча пошел на него, скорчив самую страшную рожу из всех мной скорченных по жизни.

– Зоооммбиии!

Народ ржал. Именно ржал, а не смеялся – заливались слезами, хлопали по ляжкам, приседали. Все, кроме Дональда, который был красен, как рак, и наверное реально хотел меня убить. Или как минимум покалечить. Хмм… нехорошо с моей стороны превращать поединок в фарс, унижать этого парня. Но он переживет, возможно – еще и поработает над собой, чтобы больше не было ничего подобного. Но мне нужно шоу.

Дональд на самом деле был хорош – что-то вроде опытного самбиста, или дзюдоиста. Ведь что такое джиу-джитсу? По большому счету, это то же самое дзюдо. Ну так… если не строго подходить к вопросу. Джиу-джитсу больше работает в партере, то есть на ковре, на земле, дзюдо – в стойке. А источник у них один и тот же – японская борьба.

В принципе, для полицейского, который озабочен тем, как ловчее повязать преступника – джиу-джитсу, наверное самое то. Если только противник не вооружен, и если он не владеет другими, более «боевитыми» видами единоборств. Например, как я. Меня не учили удерживать противника, не учили закручивать руки и надевать наручники. Меня учили убивать, и я очень хорошо умею это делать. И сейчас нахожусь можно сказать в пике своей формы – так, как давно в ней уже не был. Омоложение, связанное с моим переносом в другое время, плюс тот факт, что я не оставлял физические упражнения, постоянно тренировался – в общем, Дональд мне совсем не ровня. И я это сейчас докажу. Вся сложность все-таки в том, что я хочу сделать все это в виде фарса, шоу, рискуя при этом попасться на болевой прием или удушение. Подпускать близко парня точно нельзя. Задавит!

– Уыыыэээаа! – Дональд бросился мне в ноги, как игрок американского футбола, но я успел отпрыгнуть и двумя вытянутыми руками сразу не выходя из образа зомби врезал ему по шее и по спине. Крепко врезал. А потом упал сверху, захватил его шею удушающим приемом. При этом я начал грызть выю Дональда, завывая, хрюкая и рыча.

Главное – не перестараться и не сломать кадык. Мне

смерть этого парня не простят. Даже по неосторожности. Он для них свой, я – чужой. Да и просто не заслужил Дональд Кук такой участи. Он просто инструктор полицейской академии, а не какой-то злодей, заслуживающий кары!

Он пытался освободиться, но я взял его на захват хорошо, крепко. Да и силы у меня хватает. В общем – пережатая сонная артерия и как следствие – глубокий обморок. Не смертельно. Хотя и выглядит… хмм… убийством.

Зрители хохотали, когда я грыз несчастного Дональда, а когда он затих – замолчала и толпа. Все смотрели на «мертвого» парня с такими лицами, как если бы я в самом деле обернулся злобным монстром и перекусил тому парню глотку.

Я похлопал Дональда по щекам, и он почти сразу же пришел в себя. Кратковременный обморок – ерундовое дело.

– Ты окей!? – спросил я серьезно, а внутренне ухмыляясь: всегда бесило, когда в голливудских фильмах полицейский, к примеру, спрашивает у пострадавшего: «Ты окей?!». Так и хочется крикнуть: «Дебил! Не окей! У него, сцука, ноги оторваны! Ты, осел, не видишь, что ли?! Какие океи?!»

Но Дональд кивнул, медленно встал, не глядя на меня, и уже собрался уходить с площадки, когда я пожал ему руку, похлопал по плечу и громко, чтобы все слышали, сказал:

– Ты крутой, парень! Еле от тебя увернулся! Молодец!

А потом повернулся к толпе и крикнул:

– Хорошие инструкторы вас учат, ребята! Дельные! Слушайтесь их… и не забывайте про пистолет!

Толпа снова захохотала – облегченно, как если бы ожидали неприятностей, а Дональд пошел туда, где стояли его коллеги, мрачно взирающие на меня взглядами тореадоров. Как на быка, только что запоровшего их коллегу и теперь трясущего окровавленными рогами.

– А давайте мы сделаем по-другому? – предложил я седому и начальнику академии, которые стояли рядом и смотрели на меня так, будто увидели гигантского таракана – Давайте я буду преступником, вооруженным ножом, а ваши инструкторы постараются выбить у меня из рук этот нож и надеть наручники? Только нужен судья! Беспристрастный судья! Нож-то не настоящий! Как определить, нанесена им рана, или нет?

– Я буду судить! – выбежала вперед та самая милая курсантка, которая просила меня изобразить что-то эдакое на показательном выступлении по стрельбе – Вы не против, сэр?

– Я-то не против, но как на то посмотрят ваши начальники? Им решать.

– Я сейчас спрошу! – побежала, «сверкая» обтянутым штанами задиком. Приятная девочка!

Мда. Опять гормоны! Я что, снова помолодел?! Процесс продолжается? Какого черта пятидесятилетний мужик как в юности заглядывается на все круглые женские попки, встреченные по дороге?! Какого черта ТАК кипят гормоны?!

Мда, с омоложением, конечно, это засада! Эдак и до младенца можно помолодеть. И что тогда? Кстати, могут и за мошенника принять. Мол, представляется Карповым, а он совсем не Карпов! Карпов седой мужик пятидесяти лет, в это кто такой?! Стремно, однако…

– Они согласны! – радостно пискнула девушка и протянула мне деревянный отполированный кусок палки, который по-видимому должен был изображать «хулиганский» нож. Ничего так, деревяшка! С одной стороны нанесена сетка, это рукоять, сразу понятно, с другой стороны – немного сужающийся к концу округлый «клинок». В принципе, таким ножом тоже можно нанести приличную травму – смотря куда попасть.