Агент сыскной полиции
Шрифт:
И тотчас кто-то навалился на него сзади всем своим весом и спустил обруч на плечи. Теперь Алексей едва мог шевелить руками, но дотянуться до лежащего во внутреннем кармане револьвера был уже не в состоянии. Изо всех сил он рванулся вперед, пытаясь освободиться от удерживающих его рук, но тут из темноты со скоростью летящего с высоты камня перед ним мелькнул чей-то кулак, из глаз посыпались искры... За первым ударом последовал второй. Боли он не почувствовал, только свет, возникший перед его глазами, вспыхнул вдруг ярче солнца и ослепил его. И ничего уже, кроме этого света, не было. Потом
– Алексей Дмитрич! – Кто-то ухватил его за нос и не совсем учтиво несколько раз дернул.
Он открыл глаза и тут же увидел знакомые кустики бровей. Никита смотрел на него сверху вниз, и, судя по легкому подрагиванию кожаного сиденья, на котором полулежал Алексей, они находились в коляске и куда-то ехали.
– Эка вас угораздило! – с укоризной пробормотал Никита и покачал головой. – Теперь уж непременно не сносить вам головы!
Алексей молча посмотрел на него и попытался принять более удобное положение. Голова гудела, как церковный колокол. Прижав пальцы к вискам, он осторожно выпрямился и сел. И тут же увидел Лизу. Девушка сидела напротив.
Встретившись с ним взглядом, она сердито фыркнула и отвернулась. Алексей заметил свежую царапину у нее на руке и оторванную оборку на платье. Хотел спросить, что это значит, но тут увидел, что коляска миновала будку городового, через несколько мгновений она свернет за угол... А как же Вавилов? Он же не знает, что Алексей возвращается на коляске Тартищевых, и будет высматривать извозчика...
Высунувшись из коляски, Алексей обвел взглядом сквер. Вавилова не было. «О дьявол! – выругался он про себя. – Куда Иван подевался?» Но тут кучер взмахнул кнутом, лошади повернули за угол, и коляска быстро покатила по Миллионной улице. Никита, удостоверившись, что с Алексеем все в порядке, перебрался на козлы к кучеру.
Алексей осторожно ощупал свое лицо. Судя по тому, что на правой скуле была изрядная ссадина, а нос заметно увеличился в размерах, отходили его солидно. На рубахе все еще видны были следы ржавчины, а на открытой груди – влажные бурые пятна. Очевидно, набежало из носа, а то из разбитой губы. Алексей дотронулся до нее пальцами и обнаружил, что она до сих пор кровоточит. Он прижал к губе тыльную часть ладони и поймал брезгливый взгляд Лизы. Она вытащила из крошечной сумки кружевной платочек и бросила его Алексею на колени.
– Что, не нравлюсь? – произнес он неожиданно хриплым голосом и усмехнулся. – Видно, хорошо меня ваши поклонники отделали, душу отвели, повеселились?
– К вашему сведению, это не мои поклонники, а цирковые служители. Они приняли вас за конокрада, – произнесла Лиза сухо. – И благодарите Стефана, что он не дал вам бока намять как следует и в участок сдать.
– Это что ж за Стефан такой? – весьма галантно справился Алексей. – Уж не тот ли красавчик гусар, которому вы цветы подарили на представлении?
– Негодяй! Мерзкий шпион! – Лиза смерила его ненавидящим взглядом. –
– Нужно мне больно за вами следить! – произнес Алексей с пренебрежением. – Я ответственное задание выполнял и провалил его по вашей милости.
– Ах, ах, ах! – Лиза всплеснула руками и скривилась в презрительной усмешке. – Корчите из себя... А на самом деле небось дрожите сейчас как заячий хвост, потому что не знаете, как Федору Михайловичу объяснять будете, откуда взялись сии замечательные украшения. – Она ткнула ему под нос небольшое зеркальце, и Алексей разглядел вдобавок ко всему довольно впечатляющий синяк под левым глазом.
Лиза с торжеством посмотрела на него и убрала зеркальце в сумочку.
– Ну и как оправдываться будете, Алексей Дмитриевич? Вы ведь, кажется, под домашним арестом находитесь?
– Я скажу, что, пока я спал, вы залезли в окно, сбросили меня с кровати, а потом огрели по голове поленом. – Алексей смерил ее сердитым взглядом. – И Федор Михайлович, зная ваш вздорный нрав, вполне мне поверит.
– Только чушь не городите! – рассердилась Лиза. – Отчего мне вас бить поленом?
– А отчего ж тогда вашим приятелям вздумалось принять меня за конокрада? Да еще и отметелить как следует?
– Ну, не знаю, – произнесла Лиза слегка нараспев и с недоумением посмотрела на Алексея. – Это мне Стефан так объяснил.
– Стефан... – прокряхтел Алексей, занимая более удобное положение на сиденье. – Он что, венгр?
– Говорит, что венгр, – пожала плечами Лиза, – из древнего княжеского рода Калошей, но вынужден скрываться в России. Я точно не знаю, но там какая-то романтическая история с наследством...
– Ну да, – усмехнулся Алексей, – сказочный принц на белом коне. Кажется, я об этом где-то читал. Там еще была хрустальная туфелька или красная шапочка?.. В общем, то, что вешают на уши таким легковерным дурочкам, как вы, Лиза!
Щеки девушки пошли красными пятнами. Она сжала кулаки.
– Вы еще больший негодяй, чем я думала. А я еще... – Дыхание у нее перехватило, и она отвернулась.
Алексей закрыл глаза и подумал, что на этот раз он, кажется, одержал победу в словесной перепалке с этой негодной девицей. Только не испытал при этом никакого удовольствия.
Из зеркала на него смотрела до жути отвратительная рожа. Синяк под глазом придавал ей чисто злодейский вид, а ссадины на скуле и подбородке подтверждали тот факт, что получены были в схватке, где перевес сил был явно не на стороне их хозяина.
Алексей приложил ладонь к подбитому глазу, примериваясь, насколько возможно использовать черную повязку для сокрытия бесспорных свидетельств его недостойного поведения.
И тяжело вздохнул, представив реакцию Тартищева, когда тот увидит его в образе адмирала Нельсона. И самое главное, он до сих пор не мог подобрать приличного объяснения своему неосторожному решению пренебречь приказом Тартищева.
Побег из-под домашнего ареста... Драка в цирке... Сорванное наблюдение за Носатым... Необъяснимое исчезновение Вавилова... Грехов он нацеплял, как репья на собачий хвост! И все потому, что мозги у него работают во вторую очередь.