Агент Кэт
Шрифт:
Кэт так и не поняла, кого имел в виду мистер Уиллби — шотландских мстителей или собственную охрану.
***
То, что произошло после — шокировало Кэт гораздо сильнее, чем заменившая торги резня.
На побоище прибыло местное полицейское начальство. Затем — высшие чины из администрации Сан-Рикардо вместе с целым полком юристов и адвокатов. Они говорили с гостями, пока парни в гражданском заворачивали трупы в пластиковые мешки. Через час после кровавой бани — в воздухе запахло химией. Команда уборщиков начала скоблить полы и мыть стены.
Никакого
Никакой полицейской суеты на улице.
Никакого судмедэксперта, фотографа, или детектива.
Происходящее не укладывалось в голове. Власти острова решили скрыть кровавую баню, дабы не подпортить репутацию самого безопасного курорта на Фуэго-Браво. Агенту Смит потребовалась вся сила воли, чтобы удержать язык за зубами и не обрушиться на местных. Она помнила о миссии.
Трясущиеся гости покидали здание. Все они — состоятельные люди. Что им пообещали за молчание? Здесь требуется что-то посерьёзней, чем месячный абонемент в спа.
***
Перси ведёт себя странно.
То трясётся от шока, то расплывается в счастливой улыбке. По какой-то причине, уничтожение шедевра стало для художника источником чистого восторга. Он снова и снова повторяет — «Лора будет в ярости, Лора будет в ярости, все Бройдфункели будут терять дерьмо от ярости». И смотрит на Кэт с таким одобрением, с такой благодарностью, что она уверяется — Перси окончательно съехал.
Неверный вывод.
Впервые за долгие годы, Персиваль Росс почувствовал, как лопнули звенья незримой цепи. Увидев лужи крови и изорванный холст — он пережил прозрение.
Он узнал, как скоротечна человеческая жизнь.
Он понял, как быть со своей жизнью и своим ремеслом.
Никакой мазни. Никакого дерьма. Никакого «Неонового Санчеса».
Отныне — он посвятит себя настоящему искусству. Предмету, о котором мечтал всю жизнь — но не решался придать форму пленительным образам. Не решался взяться за кисть. Отныне только мулатки, зелёная листва джунглей, змеи, тигры и попугаи!
Пусть узколобые снобы от него отвернуться. Пусть закроются двери галерей. Пусть новые работы украсят кабаки в Тихуане. Он лишится денег — зато обретёт мир в сердце.
Лора поймёт. Должна понять, если испытывает к нему хоть что-то, кроме веры в талант художника.
***
Перси беседует с чинушами. И отправляется в отель, не выказывая признаков тревоги или беспокойства.
Кэт ждёт, когда подойдет её очередь для обработки. Так и случается. Словно джин из бутылки, рядом возникает чиновник в костюме мышиного цвета. Мужчина не называет департамент. И даже не представляется. Его голос вежливый — но твёрдый.
— Госпожа Альдау?
— Собственной персоной. Вы действительно собираетесь по-тихому разгрести это дерьмо? Кажется, у вас получается. Знаете, всё это нанесло мне непоправимую душевную травму. В последнее время задумываюсь о покупке яхты. Понимаете, о чём я?
Чиновник не обращает внимания на гневные взгляды.
— Госпожа Альдау, мистер Уиллби просит вас уделить ему время. Он в послеоперационной палате. Частная клиника на Палм-Роу. Прошу
Подозрительный тип. Ночная поездка неизвестно куда. Неизвестно с кем. Но речь идёт о единственном шансе попасть в «Кок-Дель-Мар». Следует пойти на это — или отказаться от миссии. Какое решение может выбрать настоящий федерал?
Дорога не занимает много времени.
***
Пациент недурно выглядит для человека, получившего нож под рёбра. Лихого рубаку прооперировали, зашили, перелили кровь и накачали ревиталайзерами. Возле его койки толпятся копы, местные чиновники, юристы, директора из «Уиллби Груп». Очнувшись после наркоза — мистер Уиллби плотно занялся, говоря языком бизнеса, «компенсацией и урегулированием».
На экстренном совещании председательствует пожилая медсестра. Жестом римского сенатора, она даёт команду «всем заткнуться». Прижимает кислородную маску к лицу Уиллби. Тот делал несколько глотков — и совещание продолжается.
Доставивший Кэт тип протискивается сквозь толпу. Наклоняется к джентльмену. Шепчет на ухо. Старина Джеймс приподнимает голову. Кивает Кэтти, словно старый знакомый. И обращается к окружающим.
— Господа… прошу меня извинить… дайте нам пару минут.
Мужчины покидают кабинет, следуя мимо Кэт. Понимающие взгляды, сдержанные приветствия, вежливые жесты. Один из серых пиджаков аккуратно пожимает ей руку.
— Не волнуйтесь за Джеймса, мы сделаем всё возможное! Всё возможное!
Щёки Кэт вспыхивают. Кажется, её приняли за любовницу Уиллби.
***
Дверь закрывается. В палате повисает тишина, нарушаемая лишь писком медицинской техники. Кэт готовится к словам благодарности, к очередной порции восторгов и комплиментов. Она ошибается. Джеймс Эллиот Уиллби начинает с главной темы.
— Кто вы, Катерина?
Кэт холодеет от ужаса! Что это значит? Неужели в ФБР произошла утечка?! Она раскрыта?! Знает ли мистер Уиллби ответ на свой вопрос?!!
Она встречается с тяжёлым, испытывающим взглядом англичанина.
Знает! Наверняка знает! Это её просчёт! Она не позаботилась о слезах и позах при виде трупов и луж крови!? Неужели этого хватило, чтобы Уиллби сделал выводы — и начал копать!!?
— Не бойтесь, Катерина. Откройтесь мне.
Агент Смит лихорадочно перебирает варианты. Не стоит делать непонимающий вид — Уиллби может плохо отреагировать на игры и ложь. Выход лишь один. Полуправда! Полуправда или провал!
— Джеймс, я работаю на частную организацию.
— Общество Семи Архатов? Группа Форберга? Зонтракс? Общество Асторха? Лондонская Ложа? Сайго? Орден Белого Семени Христова? Кто-то из Тихоокеанского Сектора?
Кэт старается не показывать удивления. За время работы в ФБР, она не слышала и половины этих названий. У неё слишком низкий уровень допуска? Это банды или тайные общества? Так или иначе, вопросы не кончатся ничем хорошим. Необходимо изменить ход беседы. Необходимо атаковать!
— Это не имеет значения. Вы слишком наблюдательны, Джеймс. Похоже, я себя раскрыла… увлёкшись спасением вашей задницы!