Агент без прикрытия

Зверев Сергей Иванович

Половинка рубля вновь заняла место в переложенной пополам бумажной салфетке и легла под сигареты в портсигар. Портсигар Калау забросил в «бардачок» машины.

– Что ты хочешь от меня? – спросил Бондарев.

– Я устал, я не хочу возвращаться в прошлое, но я не мог пойти в российское консульство и все там рассказать, как тебе. Я согласился, взял аванс. Прилетел в Карелию, как мне и сказали. Теперь жду, когда обо мне вновь вспомнят.

– Ты прилетел под своей настоящей фамилией?

– Да. Мне никто не предложил сменить

документы.

– Дитрих Калау… – проговорил Бондарев, – досье… Все сходится.

– Ты о чем?

– О тебе, – улыбнулся Клим. – Ты решил, что я помогу тебе выпутаться.

– Именно. Но выпутаться без потерь.

– Единственное, что я могу тебе обещать, – это подумать, как это сделать. Ты сам знаешь очень мало.

– Почти ничего, – уточнил Дитрих.

– Я тем более. Вполне возможно, что тебя решила проверить и наша разведка, – усмехнулся он. – Это самый бескровный вариант. В любом случае ты сделал правильно, что позвонил только мне. Где ты остановился?

– В домике на частной турбазе. Вполне приличный поселок. Половина мест пустует. Так что еще один домик для тебя в нем найдется, я все оплачу.

Бондарев посмотрел на Дитриха так, что тот поперхнулся и пожалел, что завел разговор о деньгах.

– Я только предложил, – пробормотал он.

– Не стоит, чтобы нас видели вместе.

Последний километр до турбазы Клим Бондарев дошел пешком. Небольшие аккуратные домики растянулись вдоль реки. Они стояли на солидном удалении друг от друга прямо в лесу. Среди рыбаков и охотников попадаются и беспокойные люди, считающие, что рыбалка от охоты отличается только тем, что рыбаки пьют водку в резиновых сапогах.

«УАЗ» Дитриха стоял под сосной. Калау сидел у крыльца за раскладным столиком и пил кофе, он лишь поднял голову и чуть заметно кивнул Бондареву. Так немец мог бы кивнуть и любому другому абсолютно незнакомому человеку со снастями в руках. Поближе к дороге у добротного бревенчатого сруба, крытого цветным шифером, расположилась компания рыбаков. Двое мужчин и одна женщина. Все трое были в легких куртках. На столе лежал утренний улов, с которым один из мужчин ловко расправлялся – вспарывал рыбинам животы и тут же бросал внутренности двум мордастым котам. Те даже не пытались драться из-за дармовой добычи, по их гладкой шерсти несложно было догадаться, что еды здесь хватает. Над костром висел вместительный черный котел.

Женщина негромко произнесла, исподволь показывая рукой на Клима:

– У нас пополнение.

Мужчина, сидевший рядом с ней, поднялся, подошел к Бондареву:

– Здравствуйте. Надолго сюда?

Клим поставил на землю сумку, поверх положил снасти.

– Еще не знаю. Как рыбалка пойдет. Во времени я не ограничен.

– Из Москвы?

– Только сегодня прилетел. Что, выговор выдает?

– Говорите вы, как питерец, но питерские сюда обычно на своих машинах приезжают, как мы.

Немного поговорив о рыбалке,

мужчина взялся провести Бондарева до здания администрации, хоть тот и не просил его об этом. Через полчаса Клим уже открывал дверь в домик, расположенный по соседству с Дитрихом. При желании можно было даже перекрикиваться, стоя на крыльце.

* * *

Клим быстро обживался в новых местах, багажа всегда брал немного – самое необходимое. Уже стемнело, когда он сидел у разожженного камина и листал книгу. В окнах у Дитриха ярко горел свет. В дверь постучали.

– Не заперто. Входите, – откликнулся Бондарев и отложил книгу.

Порог рыбацкого домика переступил Дитрих, одетый в джинсы, толстый свитер и новенькие кроссовки. В руке держал бутылку вина.

– Могу же я зайти к своему новому соседу и познакомиться с ним? – Калау поставил бутылку на стол и, выщелкнув из перочинного ножа штопор, вытащил пробку.

Бондарев выставил из настенного шкафчика два бокала.

– Я подумал о твоем деле.

Красное вино заискрилось за толстым стеклом низких бокалов.

– За встречу, – предложил Дитрих.

– За то, что было. – Клим прошелся и задернул шторы на окнах.

Бокалы сошлись глухо, как два булыжника. Удобней устроившись в плетеном кресле, Клим глотнул вина.

– Место встречи тебе предложили или ты мог его выбрать?

– Предложили, у меня не было других вариантов.

– Кто-нибудь из тех, кто здесь живет, может присматривать за тобой?

– Не думаю, хотя не исключаю. Я ничего не понимаю, – вырвалось у Дитриха, – или я уже отвык быть в деле? Я не хочу нарушать закон. Раньше я знал, что за мной стоит государство. А теперь?

– Пока ничего страшного не произошло, ты просто взял деньги, которые тебе предложили, вот и все.

– Даже расписки с меня никто не потребовал.

За окном послышалось урчание мотора, свет фар скользнул по занавескам и замер. Раздались негромкие голоса, под ногами захрустели ветки.

– Их трое, – чисто машинально по звуку определил Бондарев.

– Трое, и идут они к твоему дому, – подтвердил Дитрих. – Ты ждешь кого-то?

По голосу Калау Клим понял то, что уже подозревал – Дитрих перестал быть бойцом, спокойная жизнь бюргера засосала его с головой.

– Есть кто? – послышалось из-под самого окна.

Дитрих нервно оглядывался, предоставив решать Климу. Тот приложил палец к губам и потом крикнул:

– Минутку!

Он вышел на ярко освещенное крыльцо в накинутой на плечи куртке, тут же прикрыл за собой дверь, так что ни один из трех омоновцев, подошедших к его дому, не успел заметить, есть ли кто-нибудь в доме еще. Милицейский «УАЗ» дожидался милиционеров с открытыми дверками.

– Добрый вечер, – недружелюбно произнес капитан в камуфляже, – давно здесь?