After Ever Happy
Шрифт:
– Ты когда-нибудь чувствовал, как твоя жизнь превратилась в одну большую шутку?
– Ежедневно, - я пожимаю плечами, не уверенный, куда этот чертов разговор ведет. Даже в темноте я вижу печаль и ненависть, за этими синими, глубокими, преследующими яркими глазами, которые я так люблю.
– Ну, я тоже…
– Нет, ты позитивная, светлая. Ты одна такая счастливая. Я циничный придурок, а не ты…
– Как трудно быть счастливой, знаешь?
– Нет, действительно, - я делаю шаг ближе к ней.
– Я действительно
Я не знаю, что я могу сделать для нее, но это моя вина—все это моя вина. Несчастье у нее внутри - это только моя вина, а не ее.
Она поднимает руку, чтобы положить ее на деревянную доску перед ней, но не попадает и спотыкается, чуть не падая лицом в зонтик, лежащий на столе во дворе.
Я обхватываю рукой вокруг ее локтя, чтобы поддержать ее, и она начинает наклоняться ко мне.
– Мы можем пойти внутри теперь? Ты должна выспаться, избавиться от всего вина, которое ты выпила.
– Я не помню, как уснула.
– Наверное, потому что это больше похоже на то, что ты потеряла сознание, чем уснула… - я указываю на разбитые бутылки вина в нескольких футах от нас.
– Не пытайся ругать меня, – она отступает от меня.
– Я не… - мои руки поднимаются в невинном жесте, и я хочу кричать, потому что ирония этой гребаной ситуации смехотворна. Тесса-пьяная, а я трезвый голос разума.
– Я сожалею, - она вздыхает.
– Я не могу думать сейчас, - я вижу, как она опускается на землю и подносит свои колени к груди снова. Она поднимает голову и смотрит на меня.
– Могу я поговорить с тобой кое о чем?
– Конечно
– И ты будешь абсолютно честным?
– Я постараюсь.
Она вроде бы в порядке, и я сажусь на край стула ближе к земле, на которой она находится. Я немного боюсь того, о чем она хочет поговорить, но мне нужно знать, что с ней происходит, так что мне нужно закрыть свой рот на замок и ждать.
– Иногда мне кажется, что всем остальным достается то, чего я хочу, - она бормочет, стесняясь. Тесса будет чувствовать себя виноватой за то, что я говорю, как она себя чувствует… Я едва могу разобрать ее слова, когда она говорит,
– Это не то, чтобы я не рада за них… - я слишком ясно вижу, что слезы собираются в ее глазах.
Я не могу понять, какого черта она говорит, но пара Кимберли и Вэнса всплывает в моей голове.
– Это о Кимберли и Вэнсе? Потому что если это так, ты не должна, хотеть то, что они имеют. Он лжец и мошенник и она… - я останавливаюсь прежде, чем закончить предложение с чем-то ужасным.
– Он любит ее, так, тем не менее, – бормочет Тесса. Ее пальцы чертят образцы на бетоне рядом с ней.
– Я люблю тебя намного больше, - отвечаю я, не задумываясь. Мои слова имеют противоположный
– Ты только любишь меня иногда, - говорит она, как будто это единственное, что она точно знает в этом мире.
– Чушь. Ты знаешь, что это неправда.
– Такое чувство, - шепчет она, глядя в сторону моря.
– Я знаю. Я знаю, что ты чувствуешь себя таким образом, - могу признаться что она, вероятно, испытывает это сейчас.
– Ты будешь любить кого-то все время, позже, - что, блять, она несет?
– О чем ты говоришь?
– В следующий раз, ты будешь любить ее все время.
Она разочаровалась во мне. В нас.
– Следующего раза не будет!
– мой голос повышается, кровь кипит, угрожая разорвать меня прямо здесь.
– Есть. Я – твоя Энн.
О чем она продолжает говорить? Я знаю, что она пьяна, но какое отношение моя мама имеет к этому?
– Твоя Энн. У тебя появится Карен и она сможет родить тебе ребенка.
Тесса вытирает под глазами, и я соскальзываю со стула, чтобы встать на колени рядом с нею на земле.
– Я не знаю, о чем ты говоришь, но ты ошибаешься, – как только мои руки обвивают ее плечи, она начинает рыдать. Я не могу разобрать ее слов, но я слышу… - дети… Карен… Энн… Кен…
Проклятая Кимберли, для чего она хранит такое большое количество вина в доме.
– Я не понимаю, какое отношение Карен или Энн, или любое другое имя, имеют к нам, - она может не хотеть меня, но сейчас она нуждается во мне.
– Ты-Тесса, а я-Гарри. Конец.
– Карен беременна, - Тесса рыдает в моей груди, - У нее будет ребенок.
– И?
– я двигаю рукой вверх и вниз по ее спине, и не уверен, что сказать или сделать с этой версией Тессы.
– Я ходила к врачу, - она плачет, и я замираю.
Святое дерьмо.
– И?
– я стараюсь не паниковать.
Она не отвечает на понятном языке. Ее ответ невнятный и полупьяный, и я пользуюсь моментом, чтобы попробовать мыслить здраво. Очевидно, что она не беременна; если бы она была, она бы не стала пить. Я знаю, Тессу, и я знаю, что она бы никогда, никогда, не сделала что-то подобное. Она одержима идеей стать матерью; она никоим образом не делала бы то, что угрожало бы ее будущему ребенку.
Она позволяет мне держать ее, пока она не успокоится.
– Ты хочешь?
– Тесса спрашивает, минуту спустя. Ее тело все еще вздымается в моих объятиях, но слезы прекратились.
– Что?
– Ребенка?
– она вытирает глаза, и я вздрагиваю.
– Хм, нет, - я качаю головой, - Я не хочу ребенка с тобой.
Ее глаза закрываются, и она снова скулит. Я повторяю свои слова в своей голове и осознаю, как они прозвучали.
– Я не это имел ввиду. Я вообще не хочу детей, ты же знаешь это.