Афера

Фрей Стивен

Как и Алексис, Кассандра вошла в его жизнь внезапно, хотя в этом случае совпадений никаких не было. Фэлкон убедился, что она действительно работает в «Файнэншиал кроникл». И специально позвонил ее боссу, подтвердившему, что газета собирается опубликовать посвященный ему очерк. И не поленился зайти в городскую библиотеку и полистать подшивки «Кроникл» – материалы Кассандры регулярно появляются на ее страницах. А раньше она печаталась в «Миннеаполис стар трибюн». Фэлкон даже отыскал ее фотографию в ежегоднике университета Эмори за 1984 год, который заказал через «Федерал экспресс».

Все, что Кассандра рассказывала ему о себе, подтвердилось.

И тем не менее, Кассандру тоже могли заарканить. У этих людей слишком много возможностей, в этом Фэлкон не сомневался.

– Извините, что все так получилось, но, видите ли, я попал... э-э... в скверную историю. Очень скверную. И хоть выглядит это, наверное, по-идиотски, я должен быть очень осторожен.

– А то я не смотрела весь день телевизор, по вашему, кстати, совету.

– При чем здесь телевизор?

– Вы что, ничего не слышали?

– Нет.

– Сегодня утром в Балтиморском суде взорвалась бомба.

– Давайте-ка я попробую угадать, кто ее сбросил. – Фэлкон улыбнулся. – Наверняка Тернер Прескотт из адвокатской конторы «Кливленд, Миллер и Прескотт».

– Точно. Так, выходит, все-таки слышали?

– Да нет же, говорю. – Фэлкон покачал головой и указал на сумку, стоявшую у него в ногах. – Тут все. О недвижимости уже все известно? А о тринадцати миллиардах, которыми Южный Национальный частично кредитовал не того, кого нужно, а частично вложил в «Пенн-мар»? И еще о шести миллиардах, отпущенных в кредит ненадежным товариществам по торговле недвижимостью? И о том, что с потерей девятнадцати миллиардов Южный Национальный фактически прекращает свое существование?

Кассандра уставилась на Фэлкона.

– Сказал же, не надо смотреть на меня.

Кассандра поспешно отвернулась.

– Эта информация тоже обнародована?

– Ну да, только вам-то откуда все это известно?

– И Южный Национальный идет ко дну, так? – Фэлкон словно не слышал ее вопроса.

– Говорят, да.

– Ну и финансовые рынки, естественно, тоже трещат по швам?

– Индекс Доу Джонса упал сегодня к двум часам на 700 пунктов. Это рекорд. Когда я примчалась на биржу, подумывали даже, не стоит ли закрыться пораньше. Другие показатели тоже резко пошли вниз. Поговаривают о крахе всей денежной системы страны. Южный Национальный не может сбалансировать свое валютное положение, выполнить обязательства по обменам активами, выплачивать вклады. А вкладчики стремятся взять все, будто конец света настает. Но не получается. У Южного Национального нет денег. Поговаривают, будто другие банки тоже испытывают серьезные трудности. Особенно те, что пошли на совместные риски с Южным Национальным. Даже Си-эн-эн не поспевает за событиями. Все прилипли к экранам. Никто не работает. Просто не верится. Такое ощущение, словно вот-вот начнутся массовые самоубийства и единственное, что услышишь, – звук падающих на мостовую тел. Говорят, в четыре тридцать ожидается выступление президента.

Эндрю недоверчиво посмотрел на Кассандру.

– И что же, ФРС не предпринимает никаких шагов, чтобы стабилизировать положение?

–

В том-то и дело, что нет. Си-эн-эн уже вой подняла – где, мол, ФРС. Ходят слухи, что по кабинетам Южного Национального шныряют люди из нью-йоркского отделения ФРС, но о стабилизации положения банка или всего рынка пока не сказано ни слова. Бред, чистый бред.

– Разумеется, не сказано. – Фэлкон вспомнил Филипелли, утонувшего в водах Бигхорн-Ривер.

– Что?

– Ничего. – Фэлкон снова настороженно обшарил взглядом ближайшие деревья и кусты. – Да, руки у них длинные.

– Извините? У них? Кто это – они?

– Группа людей, называющих себя «Семеркой». – Фэлкон пристально посмотрел на Кассандру.

– «Семеркой»?

– Да.

– А кто это такие?

– Подробности оставим на потом, а суть такова: это небольшая группа очень влиятельных людей с весьма большими связями.

– И насколько же они влиятельны?

– А как вы считаете, руководитель нью-йоркского отделения Федеральной резервной системы – влиятельный человек? Или, например, старший партнер инвестиционного банка «Уинтроп, Хокинс и К°»?

– Разумеется, но... – Кассандра остановилась на полуслове. Она вдруг сообразила, к чему клонит Фэлкон. – Вы шутите?

– Отнюдь.

Какое-то время они молчали. Фэлкон в очередной раз принялся настороженно оглядывать тени деревьев. Но обнаружил только парочку влюбленных.

– Насчет Резерфорда и Хендерсона выяснить что-нибудь удалось?

– Что касается первого, – кивнула Кассандра, – все еще отыскиваю концы. А с Хендерсоном все ясно, никаких проблем.

– Как это? – Фэлкон быстро перевел взгляд на Кассандру. Очень странно прозвучал ее голос.

– Хендерсон – мой босс. Это президент и главный редактор «Кроникл».

Фэлкон не сводил взгляда с Кассандры, переваривая услышанное.

– Что?! – У него словно кость в горле застряла. Смерть, возможно, ходит где-то рядом. Быть может, девушку используют втемную. Телефон Кассандры прослушивают. Или, того хуже, она участвует в облаве на него. Впрочем, это подозрение Фэлкон тут же отбросил. В таком случае, он, скорее всего, уже был бы мертв.

– Поможете мне, Кассандра? – Фэлкон снова повернулся в сторону парка.

– Конечно.

– Только имейте в виду, вы подвергаете себя большой опасности.

– Как это?

– По-моему, этим людям известно, что я узнал об их планах.

– С чего это вы решили?

– Посмотрите на меня, Кассандра. – Фэлкон повернулся к ней.

– Вы ведь не велели этого делать.

– Посмотрите на меня!

Она повиновалась.

– Ну, и что дальше?

– Послушайте, мне ведь хоть кому-нибудь надо верить. – Фэлкон вгляделся в темно-карие глаза девушки. – Вы с ними?

– Что-о? С кем – с ними?

– С «Семеркой». – Глупый вопрос, конечно, но Фэлкон был абсолютно убежден, что способен читать по лицам. К тому же она все еще называет его «Эндрю», а не «Фэлконом»

– Вы в своем уме?

Не слова убедили его в том, что Кассандра говорит правду. Глаза. Она ни разу не отвела их.

– Неужели вы действительно способны заподозрить меня?