Афера хакера
Шрифт:
Осталось разлить джин и добавить газировки. Мы посмотрели друг на друга улыбаясь.
— Давай выпьем за тебя, Надюша, — предложил я.
— Нет-нет, лучше за тебя. Сегодня — твой день.
Не уточняя, что за день сегодня, я просто вдохнул любимый хвойный запах и отхлебнул из стакана. Хозяйка не отстала от меня.
— Это что за джин? — спросила она, кивнув на бутылку. — Переведешь?
— Да тут уж больно много… — Я снял очки и вгляделся в бисерный шрифт на желтой этикетке. — Так… Производится 225 лет… Традиции качества…
— Угодил, угодил, Валера. Спасибо.
— Все для вас, сударыня!
Я наклонился к ней и поцеловал. Она опять ответила, тепло и призывно шевеля губами. Мои руки сами собой стали гладить ее тело. Она обняла меня за шею и прижала к себе.
Я посмотрел на нее. Она отдавала мне свои губы, закрыв глаза. Какого цвета у нее глаза? — вдруг подумал я. Потом…
Мы встали и еще теснее прижались друг к другу. Я подхватил ее на руки и понес в угловую комнатушку.
Второй раз за сегодняшний день мы легли рядом — но теперь, к счастью, не на землю.
Я расстегнул ей кофточку и стал ласкать грудь. Она выгнулась навстречу моему целующему сосок рту, ее руки легли мне на голову. «Ты, чьи пальцы в моих волосах», — отдались в ушах строчки слышанной когда-то песни.
Потом она потянула меня вверх, нежно поцеловала и сказала тихим, чуть ироничным голосом:
— Соблазняешь женщину? Джином поишь, раздеваешь… А эфемериды смотреть? Одевай обратно.
— Потом. — Я попытался возобновить прежнее занятие, но ловкая девушка вывернулась, вскочила с кровати и молниеносно поправила перышки.
— Давай хоть джин допьем, — сокрушенно вздохнул я, поднимаясь.
— Пошли. — Она взяла мою руку и с ласково-насмешливой улыбкой повела обратно.
Я шел, удивляясь себе: в моем-то преклонном возрасте так безоговорочно поддаться женщине?! Впрочем, еще ведь не вечер?
Допив разлитое, мы перешли в зал, она включила свою старенькую «сотку» (еще я ставил), на ходу задавая свои профессиональные вопросы, — и вот уже замерцала синяя нательная карта Судакова, перечеркнутая разноцветными линиями и усеянная меленькими символами знаков Зодиака.
— Ректифицировать дату рождения, говоришь… — Она в задумчивости высунула кончик языка из-за своих губок бантиком. — Сейчас… погоди…
Решив использовать паузу, я сгонял на кухню и вернулся с новой порцией напитка для моей дамы.
— Спасибо. — Она рассеянно приняла бокал и тут же сделала приличный глоток. — Слушай, это твой клиент? Тогда у него с начала месяца — ну просто отвратительный период…
— Он мертв.
— А-а… И ты… понятно. Хорошая у него, в принципе, карта. Но вот эти аспекты… — Она потянулась к экрану рукой, желая что-то мне показать, обернулась и встретила мой сокрушенно-непонимающий взгляд. — Да ничего же сложного!.. Ладно, скажу по-простому. Такое ощущение, что неблагоприятное воздействие идет хоть и с одной стороны, но как-то… двоится, что ли.
— Откуда
— Имен не получишь, а в общем… работа, бизнес, деньги…
— Конкретнее можно?
— Для тех кто не успел проверить часы, повторяем сигналы точного времени… Сказала же: имен не назову, у меня — не банк данных, а творческая лаборатория. Давай лучше на тебя погадаю, король ты мой. — Надя взялась за «мышку», открыла файл с моими данными и принялась со вкусом описывать грядущую жизнь В. Б. Мареева.
Меня, ясное дело, ждали опасности и приключения. Не новость, увы!
— Помощь тебе идет отовсюду, и отовсюду — опасность, — вещала моя прорицательница, беспорядочно водя «мышкой». — Вокруг тебя множество людей, их влияния перемешаны, каждый может принести и добро, и зло… Очень у тебя сейчас обоюдоострый период, Валера. — Она серьезно поглядела на меня, оторвавшись от экрана.
— Ладно, прорвемся, — буркнул я. — Спасибо за ясные и недвусмысленные предначертания, гадалка моя.
— Не за что, драгоценнейший. Чем еще могу служить?
— Можешь, не сомневайся. — Я успел перехватить ИСКОРКУ в ее взгляде. — Но сначала — дай-ка я свяжусь кое с кем… может, мне «мэйло» пришло… не против?
— Давай, давай. — Она пересела в ближайшее кресло и взяла в руки потрепанный том каких-то своих таблиц.
Я, естественно, хотел было связаться с Приятелем, но тот не отзывался. «ВЫЗЫВАЕМЫЙ МОДЕМ ОТКЛЮЧЕН. ИЩУ ЭЛЕКТРОННУЮ ПОЧТУ ЖДИТЕ», — сообщила программа связи.
«Отключен модем? Кем?..» — удивился я и тут же сообразил: «Кем?! Да мной же, вместе с компом! Балда!»
Кажется, последнее слово я произнес вслух, потому что вдруг ощутил затылком прикосновение мягких ладоней, и потеплевший голос заметил уже почти без насмешки:
— Ну, не такой уж ты и балда…
Я забыл обо всем, обернулся — и наши губы, как пишут в женских романах, встретились.
«Кажется, моя надежда сбывается», — успел скаламбурить я в уме, а потом этот самый ум впал в дремотную эйфорию…
Мы снова оказались на ее узкой жесткой кровати. Надины руки прижимали меня, гладили, забирались под рубашку. Я не отставал, лаская ее лицо, шею, руки, плечи, покрывая поцелуями грудь, нежно впиваясь в затвердевшие бледно-розовые соски небольших упругих грудей.
Когда мы раздели друг друга, Надя попыталась сдернуть с кровати покрывало, но я помешал ей, скользнув ладонью по ее животу и лобку дальше, в манящую жаркую влажность. Она глубоко вздохнула, взяла мой член обеими руками, потянула к себе — я не смог сопротивляться.
Каким-то чудом наше слияние не завершилось бурно и быстро. Мы ныряли в звенящую, стонущую стихию восторга и желания, выныривали, на миг застывали, снова погружались в сладостную пучину. Наконец наши горящие тела судорожно выгнулись, словно желая прикипеть друг к другу, и меня всего пронзила долгая, сладкая красно-желтая вспышка…