Адвокат
Шрифт:
– Защитный купол должны запустить в ближайшее время, – пробормотал Пьер, не особо заинтересованный этим вопросом.
– Да, совет города очень быстро принял решение о нём, – раздражённо буркнул водитель. – Видимо, их совсем не смущают прогнозы экспертов об этой, типа, «защите».
– Излучение купола не доказано, – ответил Пьер, вновь углубляясь в изучение материалов свалившегося на него нового дела.
– А вот проблема озоновых дыр неоспорима, – закончил шофёр лозунг разработчиков купола, который уже въелся в подкорку сознания жителей. – Вас это совсем не беспокоит?
– Дэнис, –
– Чёртовы ублюдки, – раздражённо ответил Дэнис, но продолжать дискуссию всё же не стал.
Оставшуюся часть пути они провели в тишине. За это время Пьер успел ознакомиться с материалами нового дела и пришёл к выводу, что так просто главный юрист бюро отпускать его не намерен.
После раннего звонка секретаря Экельса, молодой адвокат был вынужден прервать выходной и приехать в офис, где его ждал не долгий, но весьма утомительный разговор с начальником.
– Я ведь ещё не поздравил тебя, друг мой, – приветливо усадив подчинённого в кресло и присев на край своего рабочего стола напротив, Экельс улыбнулся. Главный адвокат был не старше Пьера, а вёл себя хоть и по-дружески, но всё же надменно-снисходительно. – Вчерашний триумф весь день обсуждали на юридических пабликах и форумах, а потом ещё и большую часть ночи. Только за прошлый вечер я получил кучу предложений о твоём перекупе, – начальник рассмеялся собственной шутке.
Пьер лишь слегка скривил губы, его чувство юмора было далеко от того, к которому обычно прибегал Экельс.
– Я так горд и счастлив, что такой талант, как ты, работает именно на меня, – продолжил тем временем начальник. – Что скрывать, когда я отдавал тебе дело Жерара Пейрана, от него отказались все мои юристы. Ты в буквальном смысле был моей последней надеждой. И я не ошибся. Ты сделал невозможное! Никто даже не надеялся на полное снятия обвинений. Как тебе вообще пришло в голову проверить этих паршивцев? Откуда ты знал, что там не всё так чисто?..
– Николя, – остановил поток лживой похвалы Пьер, – ты вызвал меня в первый выходной за полгода, чтобы расспрашивать, чем я руководствовался, отрабатывая все возможные тактики защиты?
– Ну да, ну да, – рассмеялся начальник и, подавшись вперёд, дружески похлопал его по плечу. – Резонно подмечено! Да! Я вызвал тебя не просто так. Твоя победа в деле Пейрана дала надежду многим людям, оказавшимся по ту сторону закона. Ещё вчера меня завалили просьбами. О! – многозначительно подмигнул юристу. – Ты бы знал, сколько людей теперь верят в твою непобедимость!
– Это не могло подождать до завтра? – нахмурился Пьер.
– Это дело, – Экельс сделал акцент на слове «это» и усилил его выразительным взглядом, – не может ждать. Я признаюсь, собирался и сам взяться за него, но после такого триумфа, что ты устроил в суде вчера, не могу остаться в стороне и хочу закрепить авторитет твоей репутации.
– Николя, – твёрдо возразил Пьер, – я думаю, что мой авторитет никогда не сможет сравниться с твоим. И если клиент обратился в «Дефенсорис», значит, он хочет
– О-о, – протянул начальник и вновь похлопал юриста по плечу, – ты скромничаешь. У нас с тобой одно время старта карьер, так что не увиливай. А у тебя, что скрывать, есть свежий подход, ясный взгляд. Ты видишь куда больше такого закостенелого консерватора как я.
Пьер хотел, что-то возразить, но начальник повысил голос, а в интонации добавил веса. Теперь говорить с ним стало ещё сложнее:
– К тому же, де Корте, клиент просил предоставить ему в защиту именно тебя.
– Похоже, ты не дашь мне возможности выбора, – мрачно проговорил Пьер.
– Выбора? – удивился Экельс. – Ты талантливый юрист. Тебе напомнить, кто на курсе был лучшим? Ты! К тому же успеваешь ещё и покорять вершины семейного успеха. Или об этом так не говорят? – А потом громко рассмеялся, как ему показалось, забавной шутке.
При упоминании семьи Пьер нахмурился. Экельс редко прибегал к манипуляциям, но именно сейчас он решил использовать то, что бывший однокурсник предпочитал держать от него подальше.
– Да, согласен, – став вновь серьёзным, насколько у него это получалось, продолжил Экельс, – за эти полгода ты, вероятно, сильно отдалился от своих родных. Я всё это понимаю и, поверь, через это тоже прошёл. Не так успешно, как ты. Мой-то брак закончился разводом. Мне бы уже надо начать тебе завидовать, – он снова рассмеялся. – Но я не такой человек. Я хочу помочь тебе подняться! Поэтому схвати Фортуну за юбку и не отпускай, чтобы заработать себе имя. Ты уже проявил себя, теперь должен закрепить результат и утвердиться на юридическом поприще. А потом твоё имя будет работать на тебя. Послушай совет старшего товарища, тебе нужно ещё одно дело.
Пьер мог продолжить стоять на своём, и неоднократно он поступал именно так. Но каждый раз всё заканчивалось тем, что Экельс выматывал его долгой и утомительной беседой, чем вынуждал согласиться, в противном случае, этому разговору не было бы конца.
И вот теперь он ехал в место временного заключения на востоке Каффура, чтобы встретиться со своим подзащитным.
– Проклятый Экельс, – тихо ругался Пьер, так чтобы его не слышал шофёр, – он хочет похоронить мою карьеру. Это дело нельзя выиграть. К тому же оно освещается СМИ. Каждый юрист, кто возьмётся за него, рискует получить чёрное пятно на репутации. В случае проигрыша или маловероятного выигрыша, пресса раскатает защиту по асфальту катком.
– Знаю, последние месяцы ты был занят, – удовлетворённо мурлыкал Экельс, когда-таки добился согласия Пьера, – но всё же не мог не слышать о взрыве в торговом центре «Атлантик».
Пьер похолодел. Дальнейшие разъяснения были ни к чему.
– Ты хочешь, чтобы я защищал Моро? – от возмущения, он попытался встать, но начальник твёрдой рукой усадил его обратно.
– Вот видишь, ты уже наполовину в курсе, – с широкой улыбкой, не сулящей ничего хорошего, промурлыкал Экельс.
– Общественность не любит террористов, – тихо бормотал Пьер теперь, когда находился на пути к своему подзащитному, а вдалеке показались мрачные стены тюрьмы.