Адмирал Ушаков. Том 3
Шрифт:
неотступные требования, чтобы непременно тот же час послать
ескадру к Мальте. Как может войско бегать взад и вперед на
столь дальнее расстояние? Потребно время, чтобы они сюда
возвратились на ескадру. От меня тотчас повеление туда послано
и в скорости войск оттудова и из Ливорны ожидаю, и как скоро
придут,— отправлюсь. За все мои выполнения замечаю одну
неприятность, но все исполняю я, как должно, неупустительно.
В ескадре моей состоит теперь здесь 6 кораблей и 3 фрегата,
них фрегаты, а может быть с ними и один корабль, останутся
в Неаполе для содержания спокойствия и для поправления их от
худостей. Со мною, кроме оных, только пять кораблей; как из
них отделять можно, кроме как иттить со всеми. И необходимо
надобно на них забрать войско, что я и исполняю немедленно.
Португальский господин контр-адмирал маркиз де-Ница, как
значит по письму его к господину статскому советнику и
кавалеру Италийскому, уповаю, меня там дождется. Судно, от него
ко мне присланное, и теперь еще здесь, ответ мой к нему готов,
но командир судна закупает здесь, в Неаполе, для него
надобности и пойдет к нему, а за ним и я в скорости отправлюсь.
В прочем с наивсегдашним моим почтением и совершенной
преданностью имею честь быть.
По полученному от вашего сиятельства ордеру, в котором
предписываете вообще с лейтенантом и кавалером Ратмановым
быть в совете у генерала австрийского при заключении
капитуляции, куда мы немедленно и отправились, генерала Фрелиха
не нашли в кампаменте, для чего ожидали его более 3-х часов.
Когда же оный приехал, приказали о себе известить, что мы
приехали для пользы союзных держав с его превосходительством
посоветоваться], но он, г[осподин] генерал Фрелих, отказал нам
свидание, формально сказал, что он с нами говорить ни о чем
не хочет, а ежели есть какие письменные дела, чтобы мы отдали
его адъютанту, который нам отвечал [бы]. Мы оному объяснили,
что капитуляция, которую генерал делает без нашего согласия,
мы должны знать пункты оной. Но господин генерал и вторично
нам отказал, сказывая чрез того адъютанта, что он послал в
крепость для утверждения капитуляции майора, и когда будет
кончена, оную к вашему сиятельству пришлет. Но как господин
генерал Фрелих отказал[ся] с нами видеться, за сие мы просим
вашего сиятельства защиты и в обиде, нам причиненной им, куда
следует представить, о чем и подписуемся.
До получения письма вашего высокопревосходительства]
31 августа извещены уже мы были здесь о приключениях в Па-
лерме ескадры турецкой и об отплытии оной к островам.
Министерство здешнее с похвальным благоразумием приписало всю
вину своевольству галонджиев г. Султан в хатти-шерифе2 своем
называет происшествие сие постыдным для Порты
Оттоманской, приказывает учредить следствие за возвратом ескадры
в Кон[стантинополь] и виновных наказать строго, желает притом,
чтобы присланы были, если отыщутся, показанные пропавшими
поданные его в Палерме.
Касательно употребления ескадры вашего высокопр[евосходи-
тельст]ва в Неаполе, намерении потом итти к Римской области
и возможного по причине очищения уже оного обращения
ескадры к Мальте взял я вместе с неапольским посланником
предосторожность, дабы все сие могло быть почитаемо
сделанным по желанию самой Порты, и следственно, дабы
продовольствие вспомогательной российской ескадры могло без всякого
затруднения остаться на прежнем положении, сходственно с
требованием в письме в[аше]го в[ысокопревосходительства] от 2
сентября 3. С моей стороны покорнейше прошу вас уже знакомым4,
и взять меры, чтобы провиант впору был доставлен до места
пребывания ескадры, или же, что гораздо для него легче будет,
в о[стро]ва Корфу и Занте; ибо и в последнем, кажется мне,
имеются весьма хорошие для хранения припасов магазейны,
венецианцами построенные. Мои же здесь по сему настояния тогда
только могут быть прямо полезны, когда деланы будут в
подкрепление требований самого Шукри-ефендия, который в тех
требованиях своих будет извещать о причинах своей
неисправности 5. Но при всем том я полагаю, что надлежало бы удержать
при ескадре, вам вверенной, несколько надежных российских
транспортов, дабы в нужном случае доставлять посредством
оных провиант, ибо на точность в исполнении турков при всех
их обещаниях и благонамерений надеяться невозможно.
Начальник сухопутных императорских российских и
оттоманских войск фрегата капитан Мессер и начальник флотилии
лейтенант и кавалер Ратманов, коих вы не согласились принять,
приходили предъявить вам повеления, от моего адмирала
данные, и вместо меня содействовать в начатых уже вами
переговорах и [в] заключении капитуляции с неприятельским гарнизоном.
Я не могу быть равнодушным к сей новой обиде, на которую
они мне в своих рапортах приносят справедливейшую жалобу1,