Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2
Шрифт:
не взята, а состоит в блокаде, а господин адмирал и
вице-президент Адмиралтейств-Коллегий Григорий Григорьевич Кушелев
пишет ко мне об оных двух или трех батальонах их взять,
в Мальту ли доставить или употребить, где полезнее, то и
почитаю, ежели можно будет, осмелиться употребить их при эскадре,
мне вверенной, частию для содержания Корфу, а с достальными
помогать Италии и неапольскому королю, по его ко мне письмам,
о которых особым письмом объяснить
Федор Ушаков
P. S. Не доложите ли вы государю императору от себя: в Корфу нужно
содержать войска по крайней мере три тысячи, а не менее 1.
Федор Ушаков
Требование английских начальников морскими силами в
напрасные развлечения нашей эскадры я почитаю — не иное что,
как они малую дружбу к нам показывают, желают нас от всех
настоящих дел отщепить и, просто сказать, заставить ловить мух,
а чтобы они вместо того вступили на те места, от которых нас
отделить стараются. Корфу всегда км была приятна; себя они
к ней прочили, а нас под разными и напрасными видами без
нужд хотели отдалить или разделением нас привесть в
несостояние.
Однако бог, помоществуя нам, все делает по своему —
и Корфу нами взята, теперь помощь наша крайне нужна Италии
и берегам Блистательной Порты в защиту от французов,
усиливающихся в неапольском владении.
Прошу уведомить меня, какая эскадра есть и приуготовляется
в Тулоне, англичане разными описаниями друг против друга
себе противоречат и пишут разное и разные требования.
В Тулоне или один или два большие корабля есть да разве
еще два или три фрегата — и то сумнительно, теперь вся сила
их, сколько есть, большею частию в Анконе, да и та ничего не
значит. Сир Сидней Смит без нашей эскадры довольно силен.
С английским отрядом при Александрии, не имея и не зная
нигде себе неприятеля, требования делают напрасные и сами
по себе намерение их противу нас обличают.
После взятия Корфу зависть их к нам еще умножится,
потому и должно предоставить все деятельности мне производить
самому по открывающимся случаям и надобностям. К господину
сир Сиднею Смиту я писал, что теперь не имею на эскадре
провианта, и многие суда требуют починки и исправления, да
и встретившиеся теперь обстоятельства и необходимые
надобности к выполнению эскадрами отделить теперь корабли и
фрегаты от меня никак не позволяют; также объясняю, что в
Тулоне эскадры французской нет или не более
количества, да и те, уповаю, блокированы будут господином
Нельсоном.
Ежели осмелюсь сказать — в учениках сир Сиднея Смита
я не буду, а ему от меня что либо занять не стыдно. Ежели
я узнаю, что будет надобно, и того я не упущу. Копию с письма.
моего сир Сиднею Смиту при сем прилагаю *.
Федор Ушаков
Почтеннейшее письмо вашего высокородия от 9 февраля имел
честь получить, за благоприятство и дружбу вашу покорнейше
благодарю; уведомить честь имею: крепости в острове Корфу
от французов нами сильными деятельностями и большой частию
штурмом взяты. Я охотно желал бы выполнить ваше
расположение о присылке судов от эскадры, мне вверенной, но разные
обстоятельства меня приостановили. Провианта на эскадре, мне
вверенной, совсем ничего нет и надежды не предвижу скоро
получить оный. Суда, которые, с провизиею пошли из
Константинополя, как доходят ко мне сведения, иные разбились от штор-
мов, другие, поврежденные, возвратились, а некоторые в малом
числе пришли сюда, что привозят к нам, то все и издерживаем
и вновь ожидаем; притом эскадра, мне вверенная, в то зимнее
время, бурливые и беспокойные погоды, при блокаде Корфу
была в движениях и половина эскадры была послана в
Венецианский залив, и ходила в отдаленность оного искать
французских кораблей, выходивших из Анконы с десантом в Корфу.
Французские корабли, расстроенные крепкими ветрами и узнав
деятельность нашу о поиске нашем, поспешно бежали в Анкону
отсюдова. Один 74-пушечный корабль, чрез долгое время здесь
бдительно нами удерживаемый, делав многие пробы к своему
побегу, напоследок, при крепком ветре, весьма в темную ночь
прорвался сквозь наши корабли и ушел; теперь находятся
в Анконе четыре французских корабля. Эскадра наша в
Венецианском заливе противными ветрами весьма долго
удерживалась и возвратилась сюда недавно, жестокими бурями весьма
расстроена, а из турецких фрегатов, с нею бывших — на одном
все мачты сломлены, а на другом сломлена фок-мачта. Половина
эскадры, мне вверенной, от великих бурь и штормов в такой
расстройке, что требует исправления килеванием, а с другой
половиною эскадры — с четырьмя кораблями, тремя или четырьмя
фрегатами, — имею я предписание высочайшим именным указом