Адмирал Империи 42
Шрифт:
Профессор Гинце заметно вздрогнул, когда вспомнил своих мучителей. Он понимал, что обещания Шепотьева о легкой смерти могли быть просто уловкой, но старик уже не мог сопротивляться и подчинился силе. Гинце своим видом отчетливо демонстрировал, что в данный момент просто хочет поскорей забыться вечным сном и, наконец, перестать испытывать мучения и боль.
— Я согласен, — тихо сказал Густав Адольфович, свесив в бессилии голову и уже почти теряя сознание.
— Быстро, Божко, Кирсанов, прикладывайте свой перстни к замку, пока старик еще дышит! — почти закричал Шепотьев,
Он же первым и прислонил свою печатку к одному из трех отверстий, которое тут же загорелось синим цветом. Министры подскочили и сделали то же самое — второе и третье отверстия активировались.
Охранники подволокли почти безжизненное тело Гинце к замку контейнера. Шепотьев взял его обмякшую руку и поднес к центральному считывающему устройству.
— Соберитесь, Гинце, и, черт возьми, постарайтесь успокоиться, иначе система безопасности замка примет ваши действия за неестественные и насильственные, — сказал первый министр, осторожно прикладывая ладонь старика к устройству. — Думайте о чем-нибудь приятном…
— Я буду думать о вашей скорой кончине, если позволите, — отозвался в ответ Гинце, — это для меня самое приятное из всего, что может быть…
— Превосходно, пусть будет так…
Датчики замка отреагировали на генетический код главы корпорации «Имперские Кибернетические Системы», и к великой радости Шепотьева и остальных зона вокруг отверстия теперь тоже вся засветилась. Система замка заработала, таймер был включен, даже послышался какой-то щелчок внутри, но потом снова наступила тишина.
— Да чтоб вам всем провалиться в преисподнюю! — начал орать в бешенстве Юлиан Николаевич. — Кто придумал эти проклятые замки, эту нимидийскую броню контейнеров, которую ничем нельзя разрезать?! Что теперь-то не так? Мы же все сделали правильно!
— Даже я, простой космоморяк и то знаю в чем причина твоей неудачи, — усмехнулся кто-то за спиной первого министра.
Шепотьев быстро обернулся и увидел перед собой сложившего руки на груди капитана-командора Черноморского флота. За спиной офицера находилась дюжина штурмовиков по нашивкам — «морпехов» из 10-ой «линейной» дивизии вице-адмирала Красовского, которые сейчас охраняли императора и правительство, которые в аврально режиме были, как и казна, перевезены с планеты в Кронштадт.
— Капитан-командор, кто вы, и что вы и ваши люди здесь делаете? — строго спросил Шепотьев, пытаясь предать себе важный вид. — Вам кто вообще разрешил заходить в имперское хранилище?!
— Меня зовут Винсент Моро, и на данный момент приказом вице-адмирала Красовского я являюсь комендантом данной космической крепости, — ответил тот, ничуть не стушевавшись перед высокопоставленным сановником. — В мою задачу входит охрана госудраря-императора и его двора, поэтому я имею право находиться в любом помещении жилого комплекса крепости, и если понадобится, даже в опочивальне нашей прекрасной княжны-регента. Если честно я бы предпочел быть сейчас именно там, но вынужден лазить по этим сырым темным ангарам вслед за вами… В очередной раз пытаетесь стать еще богаче, господин первый министр?
— Как вы со мной разговариваете?! Я глава
— Не ори, — по-простому прервал его Моро. — Это ты будешь выяснять с Птолемеем, кто из вас настоящий глава. Спины гнуть перед тобой будут слуги, но точно не я…
— Вы говорили о том, что знаете причину, почему замки контейнеров не открываются, капитан-командор, — неожиданно вставил слово толстяк Божко, пытаясь разрядить обстановку. — Не могли бы вы, уважаемый господин Моро, поведать нам о ней?
— Нет ничего проще, — улыбнулся Винсент, которому польстило такое вежливое к нему обращение. — Активировать замок могут только перстни прежних легитимных министров. Перстни снятые или полученные насильно, хоть и перекодированные — уже бесполезны… Твой перстень, — Моро смотрел на Божко. — сработает, как и ключ нашего первого министра… А вот третий, — Винсент посмотрел на Кирсанова, — похоже, что можно выбрасывать на помойку.
— Да, но он снят без применения насилия, добровольно его прежним владельцем, — возразил тот.
— Значит, какое-то насилие все равно присутствовало, — пожал плечами капитан-командор. — Мы же не знаем, как именно это произошло. А вдруг к горлу прежнего владельца в это время был приставлен нож. Система распознала страх и деактивировала печатку — вот и весь ответ…
— Значит, все потеряно, — Шепотьев устало опустился на пол и обхватил голову руками. — Ведь открыть контейнеры возможно только тремя ключами.
— Лейтенант, — Моро обратился к одному из своих штурмовиков, — выведите людей господина первого, как он себя называет, министра, из хранилища под конвоем…
Лейтенант мгновенно выполнил распоряжение, все телохранители Шепотьева были мгновенно разоружены и под охраной гуськом направились к выходу. Когда солдаты удалились, Моро заговорил снова.
— Не все потеряно, господин Шепотьев, — сказал он, весело глядя на осунувшееся лицо Юлиан Николаевича. — У меня есть третий ключ.
— Что?!
— Верней не у меня, а у одного человека в этом комплексе.
— Неужели?! — Шепотьев вскочил на ноги и вперил взгляд на капитана-командора. — Говорите, кто он и я щедро награжу вас! Назовите любую сумму, и она будет вашей, как только мы откроем первый же сундук!
— Вы считаете меня таким простаком? — ухмыльнулся Винсент. — Меня не интересует определенная сумма, я желаю войти с вами в долю… Нас здесь пятеро, значит, мне законно принадлежат 20% ценностей из каждого открытого сундука.
— Вы действительно не такой глупый, каким кажетесь на первый взгляд, — зло улыбнулся Шепотьев. — Как вы еще живы, с вашей-то дерзостью и наглостью? Все эти министры, которые здесь находятся, не имеют права на какую-либо долю, а один из присутствующих, — первый министр кивнул с сторону Гинце, — вообще скоро покинет этот мир и империалы ему ни к чему. Но я принимаю ваши условия — пятая часть контейнера будет вашей, слово первого министра. Так, где же ключ? Говорите скорей, у нас мало времени!