Адепт
Шрифт:
— Я оставлю его здесь, — прошептал Дэвид, подойдя на цыпочках к кровати и поставив чашку на маленькую тумбочку.
Девушка под одеялом зашевелилась и испустила глухой стон. Рука исчезла.
— Сьюзен, — снова позвал Дэвид.
Он положил ладонь на спеленатое тело и слегка потряс Его рука замерла.
— Убери ее, — внезапно послышался ясный голос, в котором не было и тени сна.
Изнутри белого кокона высунулись пальцы и отогнули край одеяла. Следом за ними показались голубые глаза. Они внимательно смотрели
Сьюзен еще больше отогнула одеяло, открыв обтянутые хлопком плечи. Она лежала, свернувшись клубком и выгнув спину. Ладонь Дэвида находилась где-то в области ее левой груди.
Он быстро отдернул руку.
— То же самое парни делали, когда я училась в колледже, — сказала Сьюзен.
— Я думал, это плечо, — смущенно пробормотал Дэвид.
— Угу, — хмыкнула американка без особой убежденности
Он отступил от кровати и попятился к двери.
— Я подожду снаружи, — пробормотал он, кивнув на кофе.
Сам Дэвид уже полностью оделся — на нем были темные брюки и кремовая рубашка без галстука.
— Который час? — Сьюзен потянулась к кружке.
— Начало седьмого, — ответил Браун. — Прежде чем отправиться в офис, я хотел кое-что обдумать, с твоим участием. — Он запнулся. — Я хотел сказать — буду рад, если ты мне поможешь. Кстати, как самочувствие?
Сьюзен приподнялась на локте и сделала глоток. Она отставила чашку и потрогала распухшую щеку.
— Отлично, — произнесла она. — Дай мне несколько минут, и я в твоем распоряжении. Ванная комната свободна?
— К твоим услугам. Думаю, одежда должна уже высохнуть.
Он хотел выйти, но Сьюзен его остановила.
— Умираю с голоду, — сказала она. — У тебя есть какая-нибудь еда?
— Когда оденешься, сходим в кафе на углу. — Он взглянул на часы. — Оно уже открылось.
Пока Сьюзен была в душе, Дэвид вытащил ее одежду из сушилки. На футболке еще осталась кровь. Капли немного выцвели, но по-прежнему выглядели жутковато.
Дэвид проскользнул в пустую спальню и стал рыться в стоявшем напротив дешевом гардеробе. Здесь хранились старые вещи разной степени изношенности. Он нашел темно-синюю шелковую блузку и подержал ее на руках, прикидывая размер. Она была все еще упакована в пластик, в котором ее доставили из химчистки. Дэвид застелил постель и разложил на ней просохшую одежду вместе с блузкой.
На подушке тоже осталось несколько капель крови. Дэвид перевернул ее на другую сторону.
Он сидел в гостиной, когда Сьюзен переоделась и вышла из спальни. Ее волосы еще блестели от воды. Американка надела блузку, которая оказалась как раз.
— Чья это вещь? — поинтересовалась Сьюзен. — Мамы? Сестры? Или подруги?
Он ответил:
— Бывшей подруги. Она не стала ее забирать, а поскольку у нее уже хранится примерно четыре процента общемировых запасов одежды…
Американка пожала плечами.
— Выглядит совсем неплохо. Потом я
Дэвид сокрушенно покачал головой.
— Увы, с ним все кончено, — сказал он и со вздохом показал на спинку стула.
Сьюзен взяла испачканную футболку, осмотрела и повесила на место.
Дэвид следил за ее движениями.
— У тебя усталый вид, — заметил он.
— Просто ты еще не видел меня без макияжа, — криво усмехнулась Сьюзен. — Трудно выглядеть блестяще двадцать четыре часа в сутки. Наверно, у тебя нет карандаша для глаз?
Дэвид покачал головой.
— Я имел в виду не это. Просто я за тебя очень беспокоюсь.
Сьюзен пожала плечами, но ее улыбка потеплела.
— Не волнуйся, еще двенадцать часов сна, и я буду как огурчик, — сказала она.
— Да, я чувствую примерно то же самое, — отозвался Дэвид. — В смысле сна, а не макияжа, — добавил он.
Американка рассмеялась. Она взяла пустую чашку из-под кофе, которую прихватила с собой из спальни, и слегка покачала ею в воздухе.
— Можно еще одну порцию?
— Конечно. — Он поднялся с места. — Так же, как раньше?
— Только без молока. — Сьюзен заметила лежавший на диване черный саквояж, и ее голос изменился. — Это то, что я думаю? Та самая вещь?
Дэвид прошел в кухонную часть гостиной и взялся за кофейник.
— Та самая, — ответил он через плечо.
На лице американки появилось странное выражение — казалось, саквояж неудержимо тянул ее к себе, и в то же время она боялась к нему приблизиться.
— Я хочу на него взглянуть, — сказала она наконец.
Дэвид вернулся к дивану и протянул ей свежий кофе. Он сел рядом с черной сумкой, расстегнул молнию и вытащил из нее тяжелый деревянный ящик.
Сьюзен подошла и присела на подлокотник. Она не спускала глаз с ящика. Положив руку на плечо Дэвида, американка наклонилась вперед, чтобы лучше все рассмотреть.
Ларец выглядел как красивая старомодная коробка для сигар, только большего размера — примерно как дюжина увесистых журналов, если положить их стопкой друг на друга. Ящик был изготовлен из темного палисандрового дерева с идеальной полировкой и очень тонким волокном. В тусклом свете его поверхность казалась покрытой черным лаком.
Дэвид переставил саквояж на пол и положил ящик на диван. Он был около десяти сантиметров в высоту, абсолютно гладкий со всех сторон, если не считать маленькой кнопки наверху.
Дэвид нажал на кнопку и откинул крышку.
Внутри лежал еще один ларец.
В открытом виде первый ящик выглядел еще лучше. Он был выдолблен из цельного куска какой-то светлой блестящей древесины. Дерево тщательно выскоблили и отполировали изнутри, оставив стенки не больше пальца в толщину. Но на дне этого роскошного хранилища лежало нечто совершенно не подходившее ему по качеству и виду.