Адепт. Главы 1-21
Шрифт:
— Полминуты, — лаконично ответила та.
— Эй, а мне кто-нибудь объяснит, что происходит, и в какие шпионские забавы вы тут играете? — не выдержал Хор.
— Все просто, — ответил я, аккуратно подцепляя листком кинжал и оборачивая бумагу вокруг рукояти. — Керисан хочет выжить меня из Академии, а обнаружение им данного "подарка" гарантированно этому поспособствует. Я же хочу не только остаться здесь, но и избавиться от недоброжелателя, поэтому не буду разрушать этот артефакт, а попытаюсь отнести его Фалиано.
— Интересно, как это у тебя выйдет? — поинтересовалась Киса. — Глушилка ведь в движении не работает.
Этот амулет называется глушилкой? Запомним.
— Да
Судя по вытянувшимся лицам Хора и Кисы, обнаружившим вместо меня пустое место, сработало оно идеально. Теперь никто не сможет увидеть артефакт, явно опасный и потому запрещенный для адептов, а я беспрепятственно доберусь до Фалиано. Однако, направившись к двери, я тут же остановился. Интуиция явно советовала мне выбрать другой путь отхода, и я без размышлений решил прислушаться к ней.
— Вот это маскировка! — тем временем восхищенно выдохнула Киса. — Ни малейшего следа ауры! И даже энергию амулетов полностью скрывает!
Усмехнувшись и отодвинув в сторонку удивленного Хора, я подошел к окну и принялся наблюдать за приближением магов. Как я и предполагал, это оказались Керисан с тем же самым неизвестным мне подручным. Им осталось сделать всего десяток шагов до дверей дома адептов, чтобы я мог воспользоваться левитацией и оставить гадов с носом, но Керисан оказался предусмотрительнее. Сказав что-то своему подручному, он один вошел в здание, а его помощник остался на стреме.
— Ну что за непруха! — возмутился я и стал искать способ избежать расставленной ловушки.
Если активацию моей маскировки маги наверняка не заметили (в общаге сейчас пара сотен аур, так что исчезновение одной из них отследить было попросту нереально), то плетение левитации явно не слепой помощник Керисана увидит в момент. И что теперь делать? Карабкаться по стене? Но ведь этот гад сейчас специально отошел подальше и поглядывает на окна, так что развеивание амулета, заменявшего здесь стекла, лишь привлечет его внимание. А дальше мне устраивать с ним дуэль? Гиблое дело, особенно при стольких свидетелях.
— Ты собираешься переждать здесь? — спросила Киса.
Ну уж нет, я не самоубийца. Керисан в любом случае меня обнаружит. Придется воспользоваться планом, отдающим сумасшествием, но если он сработает, мое алиби будет неоспоримым.
— Запомните, я принес книги и снова ушел в библиотеку. Киса, ты в порыве ярости запустила в Хора книгой… Хор, знаешь структуру амулета в нашем окне?
— Разумеется.
— Быстро воссоздай его плетение без капли силы, а я пошел.
Подхватив со стола мою "Историю Академии", я швырнул ее в окно, быстро развеяв амулет в нем, а сам, сильно оттолкнувшись от пола, последовал за книгой. Та летела красиво, распахнувшись во всю ширь и шелестя своими страницами, а приземлялась еще красивее, с немалым шумом, разбрасывая во все стороны мелкие камешки и комки земли, перевернувшись пару раз на бис. Я, успев порадоваться, что весьма точно просчитал траекторию ее полета, сгруппировавшись, рухнул рядом, постаравшись произвести как можно меньше шума. Это мне удалось, тренировки в рассветной школе не прошли зря. Особой техникой работы стопы я сумел избежать переломов (хотя пятки ушиб сильно, третий этаж все-таки!), а потом мягким перекатом перевел инерцию падения в горизонтальную плоскость и на полусогнутых ногах метнулся прочь.
Забежав за угол соседнего здания, я не отказал себе в удовольствии понаблюдать за реакцией подручного Керисана. Тот, подняв книгу, удивленно ее рассматривал, а
Ректор, несмотря на поздний час, обнаружился в своем кабинете. Заходил я в приемную уже без маскировки, поэтому вежливо попросил секретаршу передать Фалиано, что адепт Алекс очень жаждет с ним встретиться. Не знаю, чем там занимался ректор, но он велел подождать и я еще минут пять являлся объектом пристального внимания грымзы, которая с недовольным выражением лица разглядывала обнаженный кинжал в моей руке. Вежливо улыбаясь, я постарался всем своим видом убедить ее в том, что убивать ректора сегодня не планирую. Вроде бы помогло, потому что секретарша тревогу поднимать не стала и лишь продолжила буравить меня взглядом своих карих глаз.
— Пусть Алекс зайдет, — донеслось из ожившего селектора на столе грымзы.
Поднявшись, я перехватил кинжал поудобнее и открыл дверь. Судя по лицу Фалиано, настроение ему кто-то уже умудрился испортить, причем я с удивлением отметил, что в таком состоянии его еще не встречал. Но, заметив меня с кинжалом в руке, ректор удивил меня еще больше. Его лицо буквально застыло в напряжении, а вокруг началось стремительное повышение магического фона. Эта реакция говорила о том, что ректору прекрасно известно назначение и возможности обнаруженного мной артефакта. Стараясь не делать резких движений, я подошел к столу Фалиано, а потом медленно и аккуратно положил кинжал на его поверхность, развернув листок бумаги.
— Вот, — сказал я, отступая на шаг. — Только что нашел у себя под кроватью и сразу решил отнести вам. Не объясните, что это?
Ректор, внимательно изучив мое лицо, позволил себе расслабиться и взял кинжал в руки. Повертев его и поднеся поближе к глазам, он совершенно спокойно ответил:
— Это весьма мощный артефакт из коллекции Ризака. Насколько я знаю, еще вчера он находился там под надежной защитой, а уже сегодня, если верить твоим словам, неизвестным образом обнаружился у тебя под кроватью.
Я отметил это "если верить" и возразил:
— Ну почему же, неизвестным? Здесь как раз все понятно — сегодня днем кое-кто потрудился снять защиту, забрать артефакт и спрятать его в моей комнате.
— И, судя по твоему тону, ты даже догадываешься, кто это сделал? — прищурившись, уточнил ректор.
— Знаю наверняка.
— А доказать способен? — спросил Фалиано.
— Увы, нет, поэтому и не называю имени… которое вы, судя по вашему тону, и так прекрасно знаете.
Ректор улыбнулся краешком губ и отложил кинжал в сторонку. Ну, теперь все зависит только от его решения. Вряд ли Фалиано позволит этому случаю принять широкую огласку, скорее всего, поговорит с Керисаном наедине и тому останется только притихнуть, чтобы не облажаться в третий раз, но если…
— Спасибо, Алекс, — прервал мои размышления Фалиано. — Полагаю, будет справедливым вернуть Ризаку его имущество. Этим я займусь немедленно, а ты можешь идти.
Вот так просто? А где же обещание разобраться с этим случаем подробно? А где заверения проследить за тем, чтобы подобного больше не повторялось? Я стоял и чувствовал себя оплеванным. Нет, я не надеялся, что Керисана после этого случая вышвырнут из Академии, но рассчитывал получить хотя бы небольшую передышку! Видимо, на моем лице мысли были написаны крупными буквами, потому что Фалиано добавил: