Адаптация
Шрифт:
Еще минуту поглазев на фотографии, он отложил компьютер и потянулся. Пора было приступать к выполнению долга, служебных обязанностей, призвания и прочим пафосным словам, за которыми скрывалась обычная рутина последних лет службы. Покоритель планеты поднялся, натянул ни капли не просохшую одежду и ботинки, укомплектовал карманы, секунду потратил на раздумья: «а не прихватить ли шлем?», но решил не брать лишний груз. Сориентироваться оказалось куда сложнее, чем ему казалось вначале: никаких возвышенностей, строений или дорог поблизости не нашлось. В качестве весьма спорного и временного решения было двигаться просто по прямой, и тут ему либо посчастливится выйти к периметру, либо приблизиться к центру, но в любом
Не прошло и получаса, как лес поредел, а затем и вовсе расступился, открывая выжженную до самого горизонта равнину. Калеб не знал, как давно прошла бомбежка, но граница щита все еще была отчетливо видна: прямая линия, по одну сторону которой раскидисто щетинился листвой кустарник, по другую же — лишь разрозненные пучки травы, только начавшие осваивать зачищенную территорию. Но внимание привлекало отнюдь не намерение природы отвоевать свое, а ряд застывших механизмов, так и не добравшихся до безопасной зоны.
Калеб осторожно подошел к барьеру, вслушиваясь и вглядываясь в незримую преграду, которая все еще могла работать. Да, его послали снять глушитель сигнала, но очень часто система помех встраивается в генератор защитного поля, дабы уменьшить шансы на вторжение и сбить наведение ракет. Вот и сейчас вполне возможно, что оба устройства исправно работали в ожидании давно отступившего неприятеля. Мужчина подобрал камень и бросил перед собой, проверяя свои догадки, но булыжник, спокойно миновав возможную преграду, упал в песок целый и невредимый. С одной стороны, это абсолютно ничего не значило, и лучше развернуться и направиться обратно, но с другой — ему чертовски хотелось рассмотреть обугленные машины.
В итоге любопытство взяло верх, и он, аккуратно вышагивая, преодолел условный Рубикон. В ту секунду, когда казалось, что барьер преодолен, в боковом кармане брюк что — то взорвалось, едва не раздробив колено. Калеб отпрыгнул и, упав на землю, принялся, матерясь, доставать из дымящегося кармана злополучную хлопушку с сюрпризом. К сожалению, ею оказался планшет, почерневший корпус которого мужчина спешно отбросил в сторону. В его снаряжении стало на одну единицу меньше, но, по факту, потеря была куда значимее, чем просто экран с микросхемами: в небытие канули карта и все файлы, да к тому же там была и инструкция по отключению защитного поля. Он на планете всего час, а та уже успела устроить кучу неприятных сюрпризов, и если так пойдет и дальше, то до рассвета ему не дожить.
Хорошенько выругавшись, горе — десантник поднялся, отряхнулся от пыли и, массируя ногу, поплелся к стальному истукану. Железка оказалась не чем иным, как оборонительным роботом давно устаревшей модели. Такие механизмы стояли на вооружении еще до начала войны, а после их просто списали и распродали. Видимо, тогда — то этих «старичков» и приобрели местные жители, которым они так и не пригодились. Колонна из дюжины «солдат» неподвижно застыла, навечно обращенная своими линзами к зеленой, живой стене, за которой могли бы укрыться. Калеб дотронулся до руки двухметровой машины, что напоминала облепленного коробками человека с торчащими шарнирами и поршнями. Было в этой картине нечто печальное: бойцы, созданные, чтобы спасать и защищать, теперь обречены бесцельно стоять, никому не нужные. Возможно, и он станет таким же брошенным и бесполезным, если корабль улетит, а поле так и не будет отключено. Но, в отличии от них, в его груди все еще бьется «мотор», и значит, не все потеряно.
Стальные руины сгинувшего мира не могли дать никаких ответов, впрочем, как и оказать хоть какую — нибудь помощь: оружие выгорело, внутренности давно истлели, а корпус затянулся ржавчиной. Еще лет десять, и от них не останется ни следа, разве что наползут лианы и укроют стражников от дождей и ветров густой листвой — но и это лишь небольшая отсрочка.
Обратно он прошел без непредвиденных сюрпризов: поле никак не отреагировало, но для подстраховки все же пришлось развести руки в стороны, держа шокер в ладони. Оказавшись вновь в царстве жизни и зелени, Калеб вдохнул пьянящий запах цветов, достал из аптечки шприц со стимулятором и воткнул себе в бедро. Вполне заурядная процедура, только на этот раз количество допинга у него было сильно ограничено и следовало отложить оставшуюся пару ампул на экстренный случай. А пока же тело наполнялось энергией, и вот по венам уже тек чистый адреналин, превращая человека в супергероя.
Готовый сдвинуть горы и снять луну с неба, он рванул по направлению к предполагаемому центру окружности. Несмотря на обилие растительности и пересеченную местность, бежать было легко, под ноги не попадались камни или ямы, а упавшие деревья были видны издалека. Действие стимулятора продлится несколько часов, и если повезет, то к тому моменту почти половина пути окажется пройдена. Приделом же мечтаний, пусть и весьма глупых, несомненно стало желание повстречать по дороге Рича. Его капсула не разбилась и полна припасов, которые друг естественно прихватил с собой, а там и нормальная еда, и полная аптечка. Самому же Калебу хоть и частенько доводилось выполнять поручения в одиночку, но без плеча боевого товарища чувствовал он себя неуютно и даже в какой — то степени неполноценно.
Страшно подумать, но, кажется, уже скоро пять лет, как они носятся по галактике и укрощают всевозможных бунтарей. За это время им посчастливилось побывать в самых различных передрягах и выработать систему взаимодействия, отлаженную практически до автоматизма. Именно поэтому порознь эффективность их действий снижалась, и Калеб отчетливо ощущал неприкрытость свой спины. В его душе теплилась надежда, что Ричард тоже его ищет, что увидел падение и вовсю спешит на помощь. И в тоже время холодный разум твердил, что задание превыше всего, и следует пожертвовать всеми другими интересами и заботами, ради главной цели. К нему даже пришла тревожная мысль: а не опередят ли его, и не достанется ли вся слава исключительно Ричу.
Конечно же Калеб не за славой пошел на службу. Будь ему интересна эта особа, то его сапоги топтали бы грязь на передовой, там, где можно проявить себя перед командиром и попасть в новостную ленту. Их же работа тихая и неприметная, и не отображается в сводках побед и свершений. Под такие размышления он выскочил к реке, едва не навернувшись на крутом берегу. Бурный поток ничуть не утих и словно бы бросал вызов, так и маня переплыть на другую сторону. Безрассудство, несомненно, удел храбрых, но мужчина предпочел потерять время и найти более спокойное место: не такое широкое, а в идеале еще и достаточно мелководное. По этой причине путь его продолжился вдоль русла, которое никак не желало становиться более спокойным и превращаться в заливные луга или, на худой конец, пропадать в болоте.