Ада Даллас
Шрифт:
Подъезжая на машине к казармам, я не мог отделаться от воспоминания о том, что недавно перевозил в багажнике. Впрочем, подобные мысли теперь приходили мне в голову всякий раз, едва я садился в машину, но до сегодняшнего дня мне удавалось без труда отделываться от них. Полиция пока ничего не пронюхала. Однако ждать оставалось недолго.
Усилием воли я заставил себя думать о предстоящем деле.
Когда я подъехал, мои люди только начали собираться. Я приказал им прибыть к пяти часам, а сейчас было четыре тридцать девять. Уж лучше я подожду их, чем они меня.
Расположившись за своим письменным столом, я развернул утреннюю газету из Нового
Там должно было состояться вручение государственному секретарю петиции "Долой Аду!" И с Адой будет покончено.
Но автоколонне не суждено было даже приблизиться к Батон-Ружу.
Без двух минут пять я вышел из казармы. Мои люди уже собрались и построились. Они прекрасно понимали, что коль скоро я назначил сбор на пять часов, значит, и работа начнется не позже. Ровно в пять я начал инструктаж, а несколько минут спустя мои парни расселись по патрульным машинам, которые одна за другой направились туда, где им надлежало быть.
А быть им следовало в Ла-Пласе, расположенном в тридцати милях к северу от Нового Орлеана, – час езды по шоссе, ведущему к аэропорту, – где предстояло развернуться событиям.
Последней вышла моя машина. Я ехал один. Вскоре я остановился у телефона-автомата около безлюдной в этот ранний час бензозаправочной станции и позвонил в Новый Орлеан.
– Привет! Мы начинаем, – сообщил я. – У тебя все в порядке?
– Да.
– Отлично. Давай сверим часы. – Я рассмеялся. – Сегодня к вечеру дело будет сделано.
– Надеюсь. Желаю успеха.
– Пустяки, – ответил я, попрощался, повесил трубку и вернулся в машину. Я разговаривал с Адой.
"Оказав ей эту услугу, я вторично спасу ее", – мелькнуло у меня в голове. Да, еще была комбинация с Томми, хотя она и закончилась не так, как предполагалось, поскольку в наши планы входило лишь напугать его. Как только Томми, начнет заводить машину, должен был сработать взрыватель, нагнав на него страху. Однако произошла какая-то ошибка, и все получилось иначе. Тем не менее Ада добилась своего, и лучше ей не забывать, чем она мне обязана. Сейчас, когда она стала губернатором, у меня порой появлялось подозрение, что она не прочь от меня отделаться. Вот уж этого-то я никогда не допущу; ей ни за что не удастся порвать со мной. Да и она пока без меня не может обходиться; в этом она снова удостоверится сегодня. По Флоридскому бульвару я выбрался на шоссе и поехал со скоростью миль пятьдесят в час, не больше. Я мог не спешить.
Ночь ушла, но утро еще не наступило. Из окна машины я видел, как светлеет небо, хотя звезды по-прежнему казались желтыми и яркими; с полей вдоль шоссе тянуло свежестью; навстречу неслась бесконечная, прямая, как стрела, бетонная лента дороги, на которой время от времени попадались машины. Я очень люблю вот такое время – ни день, ни ночь. И ты один во всем мире, и мир принадлежит тебе. Такое чувство испытывал я в то утро. Мне было хорошо еще и потому, что меня ожидало приятное дельце, бедром я ощущал приятную тяжесть револьвера, который вот-вот предстояло пустить в ход.
Мы намеревались сегодня добыть петиции "Долой Аду!". А как только они окажутся в наших руках, с движением против Ады будет покончено. Подписи были заверены нотариусами во всех избирательных участках. Теперь их предстояло вручить секретарю штата. Но как только мы завладеем этими петициями, все будет
В начале седьмого я добрался до Ла-Пласа, представлявшего собой всего-навсего четыре бензозаправочные станции на каждом из углов дорожного перекрестка. Проехав еще мили три-четыре по новоорлеанскому шоссе, я свернул налево на проселок и остановился позади небольшой дубовой рощицы. Там уже расположилось человек пятнадцать моих полицейских; одни стояли у машин, другие сидели в них, распахнув дверцы. Я вышел из автомобиля и направился к ним. Увидев меня, они хотя и не приняли стойку "смирно", но подтянулись. Это были мои надежные и проверенные люди. Не чета всяким там чинушам из отдела по связи с общественностью.
– Ну как, порядок? – спросил я. Я сразу заметил, что ребята почувствовали себя свободнее. Догадались, что я всем доволен.
– Так точно, господин полковник.
– Вот и прекрасно. Теперь нам остается сохранять спокойствие и ждать. Вы знаете, что от вас потребуется.
– Так точно, господин полковник.
– Как настроение? – ухмыльнулся я.
Ребята осклабились.
– Хорошее... Прекрасное... Все в порядке... – послышалось с разных сторон.
– Ну и хорошо, а то ведь, возможно, вам сегодня предстоит небольшая работенка. Не исключено, что я дам вам маленькую тренировку.
– Вот это здорово! – воскликнул Пэкстон, высокий рыжий полицейский из молодых. Он шлепнул себя по кобуре и повторил: – Вот здорово!
– Да, но я ведь сказал возможно. Не думайте, что так оно обязательно случится. Пока вам просто надо быть в готовности.
– Так точно, сэр!
Я возвратился в Ла-Плас. У бензозаправочных станций в юго-восточном углу перекрестка уже скопилось порядочно машин. Все это были автомобили старых моделей, покрашенные, с белыми колесами и двойными выхлопными трубами; некоторые стояли без капота. Здесь собрались члены "Лиги молодежи штата Луизиана" – собрались, надо сказать, вовремя. Я остановился у бензозаправочной станции через дорогу. Меня не должны были видеть беседующим с ними. Однако я не мог удержаться, чтобы не проверить по радио, все ли у них в порядке.
– Чарли Йоук вызывает Экс-рея! Как меня слышите? Прием.
Экс-рей был старшим среди членов "Лиги" – участников операции, собравшихся в своих машинах у станции с другой стороны дороги. Его приемник был настроен на ту же волну, что и мой радиопередатчик. Он тут же ответил и подтвердил, что все готово.
Итак, все в порядке, сказал я себе. Мои солдаты могли начать в любую минуту. Мои солдаты... Было время, когда я командовал отличным батальоном в Германии. А теперь возглавлял банду сопляков в машинах, взятых со свалки. Что ж, ничего другого я не имел, и мне предстояло выжать из них все, что можно.
Правда, план был совсем не плох. Его разработал Сильвестр, Ада уточнила детали со своими подонками, а мне предстояло руководить боевыми действиями. План реальный. Ничего не скажешь.
Несколько позже я связался по радио с двумя патрульными машинами.
– Чарли Йоук вызывает Эйбла и Дога! Как меня слышите? Прием.
– Эйбл вызывает Чарли Йоука! Слышу превосходно. Прием.
– Дог вызывает Чарли Йоука! Слышу отлично. Прием.
Обе машины находились к югу от меня.
– Начинайте операцию "Блокирование", – распорядился я, и полицейские подтвердили, что мое распоряжение принято. Мне оставалось лишь ждать. Машину свою я поставил у самой обочины шоссе с тем, чтобы без задержки помчаться в нужное место.