Ад
Шрифт:
— Куда, а далеко? Так с радостью, — порывался Глеб проверить блокпосты.
— Размечтался, к Любке! Заждалась, а ночь спать не давала…
— Гарцевала? Только я за порог, как она прыг-скок — нашла нового ухажёра!
— А чтоб вас… Хотя не при веди Господь! И храни… Иди! Добром прошу — уйди!
— Уже — считай: нет меня, — испарился Глеб.
— Ненормальные! Шальные оба, аки пули! — пожурил их про себя подполковник, не скрывая радости, его затея удалась благодаря спецназовцу.
— А
— Скажешь тоже — заждалась тут одного дурака!
— Вона как! И чё? Умнее не могла найти?
— Да не на привозе — пока приценишься, а выбирать уже некого, и было бы из кого…
— Я тоже соскучиться успел! Надеюсь, не опоздал — не разлюбила ещё?
— Такого лихого героя, а сам говоришь постоянно: лиха беда начала…
Глеб валился с ног, но на поцелуй его хватило — и только-то.
— Эх… — вздохнула тяжело Люба, уяснив тяжёлую бабскую долю: ждать, надеяться и верить в счастье, которое сколь близко столь же и недоступно. Примостилась рядом с Глебом, ощущая телом его тепло. И так стало хорошо, что лучше и не надо — казалось, быть не может.
— Рота, побьём! — ворвался к ним в землянку…
— Семён… — уставился на него спросонья Глеб красными глазами.
— Отчим, — присовокупила Люба.
— Прохлаждаетесь, когда дел полно и по горло! А нужны мне сами позарез! Бери в руки обрез или чё там у тя… — уставился в свою очередь подполковник на "Вал". — Вот так штука!
— Жаль, патронов нет…
— Как — нет! Найдём! Для тя, хошь в пекле достанем!
— Не понял! Шутка юмора?
— Правда-матка… Имеется "Винторез".
— Винт!?
— И болты…
— Вы чё собрались конструировать, недоделкины? — не могла взять в толк Люба, о чём повели речь мужики.
— Он скорее Самоделкин, — просияла улыбка на лице Глеба.
— Да уж кем только не был в прошлом, а нынешнем здесь — начал с Бульбаша, а закончил Отчимом на свою голову!
— Отправляемся с караваном — я со своими людьми?
— Угадал — и через блокпосты…
Пора и впрямь заняться теми, кто покинул поселение по инициативе Глеба.
— Я с тобой и на этот раз не сбежишь, а и не отвертишься!
— Уже понял: хрен соскочишь…
— Кхе-кхе… — кашлянул Семён. — Я тут вам не помешал?
— А разве что-то было уже, а я не в курсе?! — уставился вопросительно Глеб на Любу.
Та в ответ послала воздушный поцелуй.
— Неужели не почувствовал?
— Не мог очерстветь в конец…
Глеб наиграно заглянул в штаны.
— Дурак… — не сдержалась Люба.
— Ну и шуточки у вас, молодёжь, — поспешил Семён на выход от них, ловя и дальше на слух споры меж влюблённой парочкой.
Они выпускали пар.
— Милые бранятся —
Глеб командовал отрядом, в то время как Люба находилась рядом и с тем же успехом руководила им. Посмотреть и впрямь было на что, отсюда столько любопытствующих взглядов.
— Ну не выставляй ты меня идиотом! Не делай дурака! — процедил сквозь зубы Глеб.
Люба нервировала его, перебарщивая с чувствами, не ведала меры. У неё это было впервые и всё диковинку. Вот и вела себя неестественно — диковато.
— Давай условимся так… — стремился Глеб вразумить её. — Ты командуешь в доме, а здесь я — и командир этого отряда! Ты же, если хочешь оставаться и дальше при мне — подчиняешься беспрекословно!
— Ну, гляди, сам предложил, потом пеняй на себя! И не вздумай избегать меня дома — не позволю — заставлю силком!
— Это она про супружеский долг? — не удержался Семён.
— Вот где Отчим…
— Товарищ медсестёр! Тьфу! Отставить — медсестра! — исправился комендант. — Не забывайтесь — соблюдайте устав! То бишь субординацию!
— Как скажешь, гражданин начальника-сам…
— Люба… — вмешался Глеб, но толку — всё без толку.
— Одно слово — баба… — пожурил её на словах подполковник в продолжение. А внутри себя улыбнулся. Она являлась отрадой всего поселения. И без неё стало вдруг тихо и спокойно — даже скучно. — Счастливчик…
Глебу так больше не казалось. Он уже сомневался: стоило ли ему поддаваться чувствам.
— Угодил, так угодил…
— Ты про что? И кому — мне? — забыл он про Любу, что та сейчас при нём и не отпускает ни на шаг.
— И какого… в разведку взял!?
— Ах, так! Вот ты как, и заговорил!
— Цыц…
— Ты на меня не цыкай! И не пугай — пуганая я!
— Заметно…
— Чего сказал, а ну повтори?
— Дома разберёмся!
— Буду ждать с нетерпением нашего с тобой туда возвращения, — напомнила Люба на уговор.
— Товарищ мы…
— Чё?
— …Люба!
— Даже больше не подруга? А ещё недавно возлюбленной называл!
— Имей совесть — заткнись!
Люба опешила. Она и впрямь открыла рот, а ничего в ответ сказать не получилось — надулась. Всё лучше, чем могло последовать в её исполнении. Обиделась.
— Уж кое-что, но не совсем то, — отметил Глеб, не стремясь разряжать нервозную ситуацию. Подался вперёд, покидая спутницу…жизни на иных бойцов отряда.
Та не отстала.
— Мне не требуется телохранитель! И демаскируешь меня!