AD
Шрифт:
Диане не хватало мужского общества. Она привыкла разговаривать с мужчинами, с женщинами ей становилось неинтересно. Но под мужчинами она подразумевала особей мужского пола вида хомо сапиенс. Нет, она вовсе не была расисткой! Напротив, она считала: неважно, какой у человека цвет кожи. Если этот человек – белый.
Анечка пыталась затащить ее в свою веселую компанию. Там были и девушки, и молодые люди из России. Но слишком молодые. На взгляд Дианы, просто сопляки. К тому же они постоянно закидывались таблетками или курили гашиш. Диане не хотелось связываться с малолетками, которые
После той ночи Диана стала весьма осторожно относиться к ночной жизни Мармариса, к посещению баров и дискотек, налегая в основном на дневные экскурсии. Но вечером тоже хотелось отдыхать, развлекаться, желательно, в компании нормальных мужчин. В этом нет ничего безнравственного, считала Диана, это вполне нормально.
Однажды она приметила в баре интересного мужчину, сидевшего в одиночестве за столиком с бутылкой виски, и сама подсела к нему.
– Добрый вечер! – поздоровалась она. – Good evening!
Мужчина поднял глаза от стакана и кивнул в ответ. Незнакомцу было за сорок, вероятно, ближе к пятидесяти. Его не лишенное приятных черт лицо, явно славянское, отличалось легкой примесью чего-то мордовского. По всей видимости, он был русским.
Диана назвала свое имя.
– Виктор, – ответил мужчина. Внимательно посмотрел на Диану и добавил: – Олегович.
Диане показалось, что глаза у Виктора Олеговича усталые и умные. Хотя, возможно, просто утомленные от постоянного ношения черных солнцезащитных очков. Они лежали на столе, рядом с бутылкой виски.
– Вы не против? – Диана несколько запоздало спросила разрешения присоединиться.
– Будете пить? – ассиметрично ответил мужчина.
– У меня коктейль, – Диана подняла свой бокал.
– К черту, – спокойно отозвался Виктор Олегович. – Наливайте виски.
Диана допила коктейль и подставила свой бокал. Новый знакомый, после секундной паузы, плеснул на два пальца.
Диане хотелось добавить льда и колы, как она обычно делала, но посылать этого серьезного дядечку к барной стойке она не решилась. И вместо этого завела учтивую беседу:
– Как вам Мармарис? Вы тут давно? Не в первый раз, наверное? Я вот в первый. Сегодня была на очень интересной экскурсии!..
– Отвратительно, – ответил Виктор Олегович. Диана продолжала:
– Я уже была на острове Клеопатры. И еще в паре мест. А вы? Ездите на экскурсии? Мне очень хотелось бы поехать в Стамбул, посмотреть на мечеть Айя-София, но, наверное, в этот раз не получится…
– Айя-София… – пробормотал мужчина и мрачно усмехнулся. – Айя-София!
Помолчал с минуту и вдруг продекламировал:
Айя-София – здесь остановитьсяСудил Господь народам и царям!Ведь купол твой, по слову очевидца,Как на цепи, подвешен к небесам. [9]– Очень красиво!
– Это Осип Мандельштам.
– Да? А у нас владельца компании звали Манделыштейн. Он умер. Вернее, его убили. А компания называется «А.Д.», правда, забавно?
– Вы читаете книги?
– Конечно. Но в основном прозу.
– Прозу… интересно… И какую книгу вы
9
Ibid (что бы это ни значило).
«Черт, черт, черт! Не облажаться бы!» – запаниковала Диана. Не хотелось показаться слишком умной. Или полной дурочкой. И в том и в другом случае можно потерять редкого собеседника и, вероятно, компаньона на оставшиеся до отлета дни.
– Эту, как ее, Оксану Неробкую, вот, – смущенно ответила Диана.
И тотчас снова испугалась. А ну как он спросит, как называлась книга! Да еще о чем она! Не признаваться же, в самом деле, что у нее в номере лежит почти дочитанный альтернативный курортный роман Мишеля Уэльбека «Платформа»!
Но Виктора Олеговича полученная информация устроила. Он заметно успокоился.
– Не знаю такую писательницу.
«Уфф!» – Диана мысленно выдохнула с облегчением.
– Так, ничего особенного!
– Айя-София… А вы знаете, чем была Айя-София до того, как турки превратили ее в мечеть?
Диана, конечно, знала. Перед отлетом она прочитала о соборе несколько статей, найденных в интернете. Но не призналась.
– Ой, как интересно! Расскажите, пожалуйста! Виктор Олегович начал вяло, но постепенно воодушевлялся:
– Софийский собор был отстроен в шестом веке, при императоре Юстиниане, и являлся главным храмом восточного христианства. В тысяча пятьдесят четвертом году именно здесь церковь официально разделилась на православную и католическую. В тысяча четыреста пятьдесят третьем году султан Мехмед Второй захватил Константинополь, жестоко расправившись с последними защитниками Восточной Римской империи, и повелел превратить христианский собор в мечеть. После этого к собору пристроили четыре минарета, а фрески и мозаики замазали штукатуркой. С пятнадцатого века до сих пор христиане всего мира так и не вернули себе один из своих главных храмов. В тысяча девятьсот тридцать пятом году просвещенный турецкий правитель Ататюрк сделал в Айя-Софии музей, интерьеры восстановили. Но в две тысячи шестом году мусульмане возобновили проведение в Софийском соборе своих религиозных обрядов.
– Знаете, там еще была интересная история: на парапетах нашли выцарапанные варяжскими наемниками руны. Что-то вроде: «Здесь был Халфдан» и «Здесь был Арни». Это они еще до турок нацарапали. Смешно, правда?
Диана сказала и тут же прикусила язык, подумав: «Ну вот, не удержалась, все-таки сболтнула лишнего!»
Но Виктор Олегович открыто и дружелюбно рассмеялся. И Диана поняла, что с этим человеком может говорить обо всем, что думает, не притворяясь глупой блондинкой. У нее уже несколько дней не получалось ни с кем нормально пообщаться. Поэтому теперь Диану словно прорвало, и речь ее полилась, как речные потоки после убийства Индрой демона Вритрасуры, преграждавшего путь водам. [10]
10
Устойчивый образ и сюжет из ведийской литературы: царь небес, Индра, убил демона Вритру, который сковывал течение вод. «Вритра» значит «препятствие». Демон имел форму змеи.