Ад - это вечность

Бестер Альфред

Когда они вышли из подвала, Пила ожидал еще один сюрприз. Снаружи был яркий дневной свет. Он взглянул на часы. Четыре часа ночи. Он опустил руку в карман и заморгал. От неожиданного солнечного света заболели глаза. Прикосновением руки полицейский направил его в библиотеку. Пил шагнул к скользящей двери и отодвинул ее.

Библиотека была высоким, длинным, мрачным помещением с узким балкончиком, тянущимся под самым готическим потолком. Посредине стоял длинный стол, за дальним концом которого сидели три фигуры - силуэты на фоне солнечного света, бьющего из высокого окна. Пил

вошел в библиотеку, бросив мимолетный взгляд на второго полицейского, стоящего на страже у двери, прищурился и попытался разглядеть лица сидящих.

Разглядывая их, он услышал восклицания, и удивление его возросло еще больше. Вот что он понял. Во-первых, эти люди искали его. Во-вторых, он потерял какое-то время. В-третьих, никто не ожидал найти его в замке Саттон. Примечание: как ему удалось вернуться? Все это он уловил из удивленных голосов. Затем его глаза привыкли к свету.

Одним из троих был угловатый человек с узкой седой головой и морщинистым лицом. Он показался Пилу знакомым. Вторым был маленький крепыш с нелепыми хрупкими очками на бульбообразном носу. Третьей была женщина, и снова Пил удивился, увидев, что это его жена. Сидра была в шотландке и темно-красной фетровой шляпке.

Угловатый человек успокоил остальных и сказал:

– Мистер Пил?

Пил сохранял полное спокойствие.

– Да.

– Я инспектор Росс.

– Мне так и показалось, что я узнал вас, инспектор. Мы ведь, кажется, уже встречались?

– Да, - коротко кивнул Росс и представил коренастого толстячка: Доктор Ричардс.

– Как поживаете, доктор?
– Пил повернулся к жене, кивнул и улыбнулся: - Сидра, а как ты, дорогая?

– Хорошо, Роберт, - безжизненным голосом ответила она.

– Боюсь, я немного смущен всем этим, - любезно продолжал Пил. Кажется, что-то случилось?

Достаточно. Его поведение естественно. Осторожно. Не предпринимай ничего, пока не узнаешь, в чем дело.

– Случилось, - сказал Росс.

– Прежде чем мы продолжим, могу я узнать, сколько сейчас времени?

Росс был захвачен врасплох.

– Два часа дня.

– Благодарю вас.
– Пил поднес к уху часы, затем опустил руку.
– Часы вроде идут, но я как-то потерял несколько часов.
– Он украдкой изучал их лица. Руководствоваться приходилось исключительно их выражением. Потом он заметил на столе перед Россом календарь, и это было, как удар под ребра. Он с трудом сглотнул.

– Не скажете ли вы, инспектор, какое сегодня число?

– Конечно, мистер Пил. Двадцать третье, воскресенье.

Три дня, пронеслось у него в голове. Невозможно! Пил справился с потрясением. Спокойно... Спокойно... Все в порядке. Он где-то потерял три дня. Он прошел через огненную завесу с четверга на пятницу, в двенадцать тридцать восемь ночи. Да, но сохраняй хладнокровие. Здесь ставка побольше, чем потерянные три дня. Однако, почему здесь полиция? Подождем, пока не узнаем побольше.

– Мы искали вас три последних дня, мистер Пил, - сказал Росс.
– Вы исчезли совершенно неожиданно. Мы очень удивились, обнаружив вас в замке.

– А? Почему?
– Да, в самом деле, почему? Что случилось?

Что здесь делает Сидра, почему глядит с такой мстительной яростью?

– Потому что, мистер Пил, вы обвиняетесь в преднамеренном убийстве леди Саттон.

Удар! Удар! Удар! Удары следовали один за другим, и все же Пил продолжал держать себя в руках. Теперь он узнал все. Он колебался в завесе несколько минут, и эти минуты в чистилище обернулись тремя днями в реальном пространстве-времени. Леди Саттон, должно быть, нашли мертвой, и его обвинили в убийстве. Он понимал, что подходит для этой роли, как и любой другой в их компании, понимал это как логически мыслящий человек... проницательный человек... Он знал, что должен вести себя осторожно.

– Не понимаю, инспектор. Вы бы объяснили получше.

– Хорошо. О смерти леди Саттон сообщили рано утром в пятницу. Вскрытие показало, что она умерла от разрыва сердца вследствие потрясения. Свидетели происшествия сообщили, что вы намеренно испугали ее, хорошо зная о ее слабом сердце и желая ее убить. Это убийство, мистер Пил.

– Конечно, - холодно сказал Пил, - если вы сумеете доказать это. Могу я спросить, кто ваши свидетели?

– Дигби Финчли, Кристиан Брафф, Феона Дубидат и...
– Росс замолчал, прокашлялся и отложил бумагу.

– И Сидра Пил, - сухо закончил за него Пил. Он встретился глазами со злобным взглядом жены и все понял. Они потеряли голову и избрали его козлом отпущения. Сидра избавится от него. Это будет ее радостная месть. Прежде чем Росс или Ричардс успели вмешаться, он схватил Сидру за руку и потащил в угол библиотеки.

– Не волнуйтесь, Росс. Я только хочу сказать пару слов своей жене. Не будет никакого насилия, уверяю вас.

Сидра вырвала руку и взглянула на Пила. Губы ее приоткрылись, чуть обнажив острые белые зубки.

– Ты устроила это, - быстро сказал Пил.

– Не понимаю, о чем ты.

– Это была твоя идея, Сидра.

– Это было твое убийство, Роберт.

– Какие у тебя доказательства?

– У нас. Нас четверо против тебя одного.

– Все тщательно спланировано, а?

– Брафф прекрасный писатель.

– И меня повесят за убийство по твоему свидетельству. Ты получишь мой дом, мое состояние и избавишься от меня.

Она улыбнулась, как кошка.

– И это реальность, которую ты заказывала? Ты действительно планировала это, когда проходила через огненную завесу?

– Какую завесу?

– Ты знаешь, о чем я.

– Ты сошел с ума.

Она действительно в недоумении, подумал он. Конечно, я хотел, чтобы мой старый мир остался таким, каким был. Это исключает таинственное Существо в убежище и завесу, через которую мы все прошли, но не исключает убийства, которое произошло до этих таинственных событий.

– Нет, Сидра, я не сошел с ума, - сказал он.
– Я просто отказываюсь быть козлом отпущения. Я хочу, чтобы ты взяла назад обвинение.

– Нет!
– Она повернулась и крикнула Россу: - Он хочет, чтобы я подкупила свидетелей.
– Она прошла на свое место.
– Он сказал, чтобы я предложила каждому из них по десять тысяч фунтов.