Абсурд
Шрифт:
Вход в Альтмир.
Сам мир остался на первый взгляд таким же ярким и красочным. Вот только в столице фракции Смерти было очень пусто. Дошёл до центральной площади, где должен был состояться ритуал, там целая куча неписей застыла неподвижно и смотрела в небо. Изображали из себя этакие соляные столбики. На всякий случай тоже посмотрел в небо — ничего там не было. Стало немного грустно. Все встречающиеся мне по пути из города неписи так же смотрели в небо. И вампиры, и личи, и простые скелеты и рыцари смерти — все застыли столбами. Между ними изредка шастали игроки и лазили по их карманам. Так себе развлечение…
На
Я вошёл в портал и очутился недалеко от замка, услышав напоследок:
— Пеереедааваай приивеет Хааоосуу! — она действительно сильно замедлилась. Кошмар, если мощностей системы даже не хватает на богов, то понятно почему неписи вообще зависли. После этого она с таким же замедленным хлопком исчезла. Я даже не знаю, как описать, почему хлопок был замедленным. Такое ощущение было, что он просто растянут во времени, хотя должен быть гораздо быстрее. ДА и исчезала она как-то местами: вначале ноги, затем туловище, потом голова и руки, а последними почему-то пропали волосы. Это мне показалось наиболее странным.
До замка оставалось не так далеко идти, но на пути мне встречались чужие игроки, которые легко расставались с жизнью при помощи заклинания Взрыв головы. Надо думать, что уже целая куча сообщений на форуме написана о моём появлении около замка. И теперь меня не просто проклинают, как тогда, когда было неизвестно моё местоположение, а что-то очень даже может собираться. Возможно к нам всё-таки нагонят пять тысяч игроков и всё встанет.
Ворота кланового замка открывались медленно до невозможности, но в конце концов открылись на ширину достаточную для моего прохода. За воротами меня встречали члены клана. Причём на лицах многих я не увидел привычной радости. Скорее преобладало возмущение и любопытство. Общий вопрос озвучил Бармаклей:
— Ну и как? Стоило оно того?
— Пока ещё не знаю, не разобрался. Но в потенциале это нечто невообразимое, если крылья мне не обломают.
Сирано снял свою шляпу и ехидно сказал:
— А я ничуть не удивлён! Тебе могла достаться только такая награда — непонятная и ещё неизвестно, нужная ли вообще. Хотя ты всегда из непонятной и ненужной хрени умудрялся извлекать пользу и прибыль. Взять хотя бы того же Хрюшу!
— Кстати, по поводу Хрюши: где он? И Степашка, и Филя, и Каркуша? И Безликие, и Спящие, и мастер Гронхельм? Они что…
— Да, Лесовик, они все зависли, как и все неписи. И все перечисленные тобой, и Силестрий, и гномы, и все гарпии. Все неписи и петы сейчас находятся в таком вот непонятном состоянии. Но пойдём в кабинет, там обсудим всё.
— Обсуждайте тут, мы тоже хотим знать, ради чего была игра к чертям разрушена, — раздался голос какого-то неизвестного мне игрока. Другие игроки тоже заволновались и зашушукались, подтверждая сказанное неизвестным.
— Клей, кажется наши игроки распустились, — задумчиво протянул Грумбараш.
— Вы всерьёз думаете, что можете оставить нас в неведении? — раздался всё тот же голос и на сей раз я заметил говорящего и просто взорвал его голову. Ну а почему я должен ему рассказывать
— Ещё есть желающие узнать мои личные секреты? — устало поинтересовался я у соклановцев, и они как-то быстро разошлись по делам.
— Быстро, эффектно и эффективно! Сокращённо: БЭЭ… — заметил Сирано с непонятным юмором. Только Азя легонько хохотнула, за что получила от Сирано благодарный взгляд.
11.10.2022
По дороге к кабинету мне попались-таки на глаза застывшие мастера Гравиусы, отец и сын: они стояли, выгнувшись дугой в спине, задрав лицо к небесам. Складывалось полное впечатление, что они находятся под воздействием наркотиков. Взгляд их был расфокусирован и там не было ни малейших оттенков разума в данный момент. Грустно. Совершенно не хочется увидеть сейчас никого из своих питомцев или тех неписей с кем много общался, если они все в таком состоянии. Всё-таки с этими ювелирами-артефакторами я встречался не очень часто, потому их состояние близко к сердцу не воспринимал. В основном с ними общался мастер Гронхельм, к счастью его мне не пришлось повстречать на пути в кабинет главы клана.
Довольно странное ощущение оставляет на душе вид неписей в текущем состоянии, одновременно и жалко их и вызывает какое-то подсознательное отвращение такой их вид. Не могу объяснить почему, видимо из-за ассоциаций. Всё-таки картинки с наркоманами в такой позе оставили след в моей душе. Хорошо, что я вживую таких товарищей не встречал, а то было бы ещё неприятнее.
Стоп! Но если все неписи вот так зависли, то что стало с ИскИном корабля? Завис он, может ли он защищать по-прежнему наш замок или мы сейчас беззащитны перед возможными набегами игроков. Пусть даже пять тысяч игроков к нам сейчас не придёт, поскольку повесит кластер, но даже три тысячи игроков супервысоких уровней в моё отсутствие могут натворить тут таких дел… Надо будет срочно прояснить этот вопрос.
Тем временем мы все зашли в кабинет Бармаклея.
— Итак… — начал он говорить и отчего-то замолк.
— Ну не томи, рассказывай уже, — глядя на меня чуть ли не влюблёнными глазами, досказал за него мысль Сирано, а остальные поддержали его кивками. Надо сказать, что здесь собрался наш основной костяк из пяти человек6 меня, Бармаклея, ГрумБараша, Сирано и Азябазели. Не было даже Куницыча.
— То, что мне дали, это практически невероятно, потому я даже не знаю, как об этом так сразу сказать.
— Это хоть стоило того? — обвёл Сирано взглядом вокруг.
— Безусловно. Это может стать новым витком развития для всей нашей расы. В реале. Это невероятно.
— Ты хочешь сказать, что тебе дали награду в реале? Награду, которая нереальная, которую сложно вот так с бухты-барахты описать, что-то для тебя одного, но в перспективе для человечества?
— Да, и прекращай свои размышления, а то так и до сути докопаешься и произнесёшь вслух, а я не хочу об этом упоминать в игре и вообще где-либо в сети. И, ребят, это, наверное, моё последнее появление в виртуале, так что сейчас нужно закрыть все вопросы между нами. Я отдаю полностью замок клану. Ещё хочу узнать по поводу состояния ИскИна корабля, жив он там или тоже подвис.