Абсолютные Элементы
Шрифт:
Все вокруг пылало и кружилось, затягивая Софи в этот безумный вихорь. Она знала, что не запомнить все происходящее, и даже не поверит, что это все случилось с ней, если кто-то решит ей об этом рассказать… Сейчас она делила свое хрупкое и маленькое тело с невероятной энергией, не поддающейся контролю. Эта сила могла убить ее за долю секунды, и сжечь город в мгновение ока. Огонь не знает повиновения, его можно лишь усмирить, но не покорить.
Софи медленно приближалась к Димитрию, и демоны трусливо убирались с ее пути, боясь быть сожженными. Огромные уродливые твари, испуганно поджимали хвосты, складывали крылья и разбегались в стороны, а она этого даже не запомнила. Она не помнила, как убила Дороти,
– Дитя, – усталый голос Димитрия ворвался в затуманенное сознание Софи, словно луч света, пронзающий непроглядную тьму. Девушка подошла к нему и, молча положив Перчатки на землю, направилась к Леонарду.
Времени на разговоры у нее не было, ведь где-то позади за ней бежали Патрик и Захария, не собираясь прекращать попытки остановить ее.
– Леонард, – охотница догнала Льва перед Третьими Вратами. – Закрой вход…
Страж развернулся и смерил ее взглядом. Софи внимательно посмотрела в его глаза и вдруг увидела свое отображение в его огромных темных зрачках. Она была вся мокрая от пота, на шее и руках проступили кровавые ожоги, а радужки ее глаз горели, словно расплавленное золото. Присмотревшись, она поняла, что в ее собственных зрачках бурлит настоящий огненный шторм.
– Закрой вход, – повторила она, тяжело дыша и оглядываясь в поисках друзей. Ребята уже были возле Димитрия, а за ними неслась толпа вопящих наполеонов. – Закрывай!
Леонард кивнул и вход перестал пылать, а Врата, которые нечисть успела открыть, захлопнулись с такой силой, что демонов, беснующихся возле порога, разметало во все стороны.
Софи закрыла лицо руками, ощущая новый прилив боли. Казалось, кровь сменилась раскаленной магмой, наполняя тело очередной порцией жара.
– Я…– она задыхалась, чувствуя, как с каждым вдохом горло сжимается. – Я…
Лев сделал шаг вперед и встал перед девушкой, ограждая ее от демонов, а так же Извечных, ловцов и охотников, которые теперь находились в ловушке. Остальные Стражи в мгновение ока оказались рядом и, последовав примеру Леонарда, встали рядом, заключив охотницу в тесный полукруг. Позади нее были только Третьи Врата, место, где она должна быть… Подняв голову, Софи принялась изучать огромные черные створки, украшенный причудливыми кованными завитушками.
Где-то отдаленно слышались какие-то крики, но она не понимала, кто кричит, и не могла разобрать ни единого слова. Волосы полностью облепили лицо, лезли в рот и глаза. Она подняла руку, чтоб вытереть пот и замерла, уставившись на собственную ладонь. Пламя плясало на ее пальцах, извиваясь игривыми язычками. Одежда начала тлеть, на ней постепенно появились прожженные дыры, расползаясь все больше и обнажая кожу. Охотница из последних сил втянула раскаленный воздух и тихо произнесла:
– Я… Я не причиню вреда… Вам… Лишь демонам…
– Леонард, отойди! – Надорвано прозвучал голос Патрика где-то совсем рядом.
– Она ведь… ОТВАЛИ! – Захария так взглянул на Леонарда, что Страж, потупившись, отступил, пропуская парней.
– Софи… Нет… – Из глаз Патрика брызнули слезы, и он закрыл рот ладонью, наблюдая, как пламя разгорается все больше.
Охотница прерывисто дышала, из последних сил удерживая от взрыва то, что не мог сдержать даже Леонард, которому и принадлежала Буква Огня. Она медленно, но верно сгорала, стоя перед ними…
– ПАТРИК! – Зак толкнул друга, выводя его
Ребята подошли к Софи и игнорируя жар, обняли ее, спрятав между собой. Языки пламени жадно перекинулись на них, мигом окутав с головы до ног. Софи пронзительно закричала и внезапно слева от нее, словно пузырек с чернилами, взорвалась Тьма, а справа все залило ослепительным белым Светом.
3 8. И я говорю: «Прощай»
– Тебе нужно поспать, – мягко улыбаясь, сказал Патрик. В его темно-карих глазах проскользнула тревога, настойчиво пробиваясь сквозь нежность и теплоту взгляда. Парень лежал на больничной койке в лазарете тренировочного центра, весь обвитый разнообразными трубками и проводами. По его словам, он совершенно в этом не нуждался, но у медиков на этот счет было другое мнение.
Софи сидела рядом в огромном уютном кресле и отстраненно глядела в окно, пытаясь рассмотреть пейзаж, скрывающийся за пеленой обильного дождя. Смысл слов друга не сразу дошел до нее, они доносились откуда-то издалека и немного искаженно, словно на замедленной пленке.
Мотнув головой, отгоняя сонливость и отрешенность, она перевела взгляд на парня и улыбнулась. Патрик был весьма бледным и уставшим, но даже этот болезненный вид не шел ни в какое сравнение с тем, как он выглядел после того, как их выбросило из Сумрачных Врат на площади Зонго. Тогда он был больше похож на живого мертвеца, который покинул этот мир еще неделю назад, но по каким-то причинам был не в курсе этого и продолжал дышать.
– Еще успею, – сладко потянувшись, охотница подалась вперед и переползла на кровать, уткнувшись носом в мягкое ворсистое одеяло. В то же мгновение она почувствовала прохладную ладонь друга, скользнувшую по ее волосам.
Патрик закрыл глаза и, поудобнее примостившись на подушке, тихо произнес:
– Я так рад, что это все закончилось…
У Софи не нашлось слов, чтобы ответить. События последних двух дней не покидали ее, и стоило лишь закрыть глаза, как перед мысленным взором простирался непроглядный мрак, из которого внезапно вырывалось пламя и окутывало ее со всех сторон. Тело пронизывала острая жгучая боль, от которой хотелось закричать, и это происходило по несколько раз в день. Поэтому, Софи упорно боролась со сном, пытаясь оттянуть момент, когда силы покинут ее и она свалится с ног, позволив страшным событиям вновь захлестнуть ее сознание.
Она ничего не рассказывала Патрику, но он, скорее всего, и сам догадался. Молча взяв его руку, она поставила ее себе под щеку и поуютнее примостилась на краешке койки. Его ладонь приятно холодила кожу, словно вбирая в себя часть бурлящего внутри нее жара. Охотница почувствовала, как напряжение медленно покидает тело, и каждая мышца с облегчением расслабляется.
– Знаешь, а ты самая горячая девушка в моей жизни, – неожиданно произнес Патрик. Его слова прозвучали настолько нелепо, что тихий смешок Софи быстро перерос в громкий хохот. – Что? Я сказал правду! – Парень смущенно улыбнулся.
– Вот ведь тебе не повезло, – охотница встала и, потянув с кресла плед, укрыла им парня.
– Ошибаешься, – не согласился Патрик, покачав головой. – Ты же знала, что…
Тихий, но настойчивый стук перебил его. Дверь приоткрылась, и в палату проскользнул Орфей. Он был одет в черное кашемировое пальто, а в руках сжимал черный зонт. Выражение его лица не поддавалось пониманию, но все же, заметно объединяло в себе невероятную тоску и усталость от всего того, что произошло в последние дни. Под глазами залегли темные круги, кожа отдавала болезненным сероватым оттенком, а бескровные губы дрожали. И что наибольше удручало – янтарные глаза потускнели, утратив привычный озорной огонек, а взгляд и вовсе потух.