Абсолют

Бергер Евгений

— Просто шутка… — виновато ответил малютка Глэйтрон, спрятав руки за спину.

— Шутка? Расскажи, для чего существует молоток?

— Чтобы забивать гвозди…

— Для чего существуют космические корабли?

— Чтобы перемещаться между звёздными системами…

— Вот! А псевдо-продукт нужен для создания обитаемых звёздных систем. Это первый инструмент для созидания… — Всебог подошёл ближе, а затем схватил мальчишку за ворот комбинезона: — Что я тебе говорил?!

— Каждому по способности…

—

Кто ты, Глэйтрон?

— Бог Войны…

— Что ты должен делать?

— Захватывать миры и продвигать интересы Пантеона…

— Вот! — Мегард повернулся к Лэмии, которая всё это время тихо наблюдала за разворачивающейся сценой: — Теперь твоя очередь говорить.

— А, что мне сказать? — нахмурилась богиня.

— Почему ты постоянно отвлекаешь своего брата от занятий? Ты же видишь, что из него получается… — Всебог осёкся.

— И, что же?

— Всё, что угодно, только не бог войны! Лэмия… Я хочу, чтобы вы просто соблюдали правила и выполняли то, что вам уготовано. Разве я многого прошу?

— Глэйтрон — не убийца!

— А это уже не тебе решать. — Мегард начал злиться: — Я создавал его, как Бога Войны! Как свою правую руку. Как «меч», который будет нести знамя Ультиматов через всю галактику… А ты уволакиваешь его с занятий. Пичкаешь всякой ерундой про созидание, которое к нему никак не относится. Скажи, зачем ты вставляешь палки в колеса?

— Потому что, вижу Глэйтрона. И знаю его.

— Это был риторический вопрос. — обречённо вздохнув, Всебог щёлкнул пальцами и псевдо-продукт рассыпался на сотни тысяч искр: — Глэйтрон! Думаю, тебе стоит на некоторое время воздержаться от общения с Лэмией.

— Что?! — богиня была в ярости: — Да, как ты смеешь такое говорить?!

— Лэм. — малютка Глэй с грустью посмотрел на сестру: — Не надо. Я всё понимаю… Я действительно отбился от курса.

— Глэйтрон! Ты не должен…

— Должен. — вздохнул младший брат, и понурив голову, удалился из каюты.

— Видишь? — самодовольно усмехнулся Мегард: — Неважно, кто и как родился. Ультимат — всегда верен своему предводителю и идеям Пантеона. Даже ты не сможешь изменить Глэйтрона, как бы не старалась. Он — БОГ ВОЙНЫ! И точка.

— Он — не твоя собственность! Как и мы с Бореем.

— Собственность? Какое отвратительное слово… Ты ещё совсем юна, Лэм. Ты не понимаешь, насколько жесток и отвратителен свободный мир. Там орудует право силы. Справедливость приравнена к нулю. Там нет законов. Нет, ничего, кроме хаоса и разрушения… Но ты вечно твердишь, что Ультиматы — плохо живут. Что Ультиматам нужна свобода… Чтобы, что? Они продолжали уподобляться необразованным гуминитам, которые до скончания веков бьют друг друга дубиной по голове? Нет, Лэм. Я против.

— Поэтому, ты игнорируешь желания своего сына? Не пробирочного

клона, коих ты натворил не одну тысячу… А твоего РОДНОГО биологического сына!

— Я хочу, как лучше.

— Он сам знает.

— Не знает, Лэм. Никто из вас не знает. Вы вечно спорите со мной… Только у Глэйтрона, в отличии от тебя — хватает мозгов принимать верные решения. А ты… Ты разочаровываешь меня, Лэмия.

— Борея ты уже сломал. Глэйтрона я тебя не отдам!

— Это не тебе решать. — щёлкнув пальцами, Мегард активировал энергетическую клетку вокруг дочери: — Посиди пока тут. Подумай над своим поведением.

— Ни одна стена не удержит меня! Ты это знаешь… — прорычала Лэмия.

— Пускай будет так. — вздохнув, Мегард быстро покинул каюту, оставив юную богиню наедине со своими мыслями.

И сейчас, лёжа на жесткой койке в одном из многочисленных бункеров людей и общаясь с местной воительницей, Лэмия понимала, что отчасти — Мегард оказался прав. Гуминиты, в большинстве своём — действительно были крайне жестокими. А их мир далёк от справедливости…

Но они быстро учились. Быстро понимали суть. Пускай не с первого поколения, но всё же!

Кейн говорил, что людям свойственна надежда. Это такой маленький огонёк внутри их души, который проходит сквозь года и передаётся по наследству.

Надежда на то, что рано или поздно человечество придёт к своей идее утопического мира.

Но это потом…

А пока Лэмия была занята вопросом спасения собственного мира. Если Мегард прав, то оставались считанные дни до точки невозврата.

— Так, давай ещё раз… — Светлана — местный воин-маг, внимательно и с нескрываемым любопытством смотрела на богиню: — То есть, вы умеете перемещаться во времени?

— Относительно. На данный момент, при помощи Гиперсвета мы научились путешествовать только назад во времени и пространстве.

— И, чтобы спасти твой мир… Нужно не допустить смерти твоего отца?

— Что-то вроде того. Сообщение моего старшего брата было ломаным и неполным. Но оно и понятно… Пройти в будущее через миллионы лет — задача не из простых.

— Хорошо. А если у тебя не получится и твоего отца убьют? Ты сразу исчезнешь?

— Никто не знает. Мы мало изучили пустоту.

— Пустоту? — удивилась Светлана: — В смысле… это, какой-то научный термин, или пустота в прямом смысле слова?

— Как научный термин… Весьма загадочный научный термин, который не всегда понимается правильно. Сейчас мы говорим об истинной пустоте.

— Вот это уже интересно! И, что есть истинная пустота?

— По сути, это точка в пространстве, где нет НИЧЕГО. Не материи, не энергии, не различных волн. У моего отца, как-то раз получилось создать пространство и простейшие энергены…