Аберрация
Шрифт:
— Что ты имеешь в виду? — уставился на приятеля поляк.
Вместо Счастливчика ответил Береснев:
— За стеной есть достаточно плотные сгустки энергетических полей. Думаю, здешний хроногенератор все еще действует.
— Но стена-то при чем?
— Вероятно, чтобы в зал генератора не проникали посторонние… звери, местные жители…
— Получается, комплекс никем не контролируется?!
— Похоже на то.
— Ага, — вмешался Анатолий, — местные, наверное, отчаялись выключить «Хронос» и быстренько смотались по другим делам,
— Так что будем делать? — спросил Ежи.
— Пойдем искать местное начальство. Доложимся им, мол, мы из параллельной реальности, пришли к вам с предложением прекратить это вселенское безобразие совместными усилиями.
— А если мы никого не найдем?
Оба ученых с надеждой посмотрели на задумавшегося Береснева. «Геккон» стоял перед стеной и рассеянно вертел в пальцах небольшой шар опалового цвета, словно примеряясь, куда бы его прилепить. Затем вдруг неуловимым движением вонзил шар в стену прямо перед собой и отступил на шаг.
Шар секунду или две светился тусклой звездой, потом задрожал и будто всосался в кирпичную толщу. Береснев отступил еще на пару шагов. Бурков открыл было рот поинтересоваться, что он делает, но в этот момент стена дрогнула и пошла мелкими волнами, а еще через несколько секунд оплыла на пол тяжелым пылевым облаком.
— Ни хрена себе! — выдохнул Анатолий, с опаской глядя на Виктора. — Чем это ты ее?
— Дезинтеграция. — Береснев внимательно вглядывался в открывшийся провал. Бурков тоже посмотрел туда. В отличие от других входов, этот не был пустым. Его заполнял мерцающий зеленоватый туман. Несмотря на отсутствие преграды, этот странный туман не пересекал некой условной границы, отделявшей помещение от коридора.
— А это что еще такое? — Счастливчик шагнул вперед и протянул руку к туману.
— Назад! — негромко, но властно сказал Виктор. — Там смерть!
— Слушай, все хотел тебя спросить: откуда ты столько всего знаешь? — прищурился на него Бурков. — Ведь ты же — спецназовец, костолом, суперспасатель и так далее. Это я могу понять. Но откуда у тебя такие глубокие познания о физике времени, о тайм-боксах, потенциальных барьерах реальностей?..
— Ты хочешь поговорить об этом именно сейчас?
— Почему бы нет?
— Это долгий разговор, а у нас не так много времени. — Береснев покосился на Костецки, который будто в прострации уставился на туманную стену. — Но если коротко, я получил информационную и техническую помощь от некоего существа, назвавшегося хардтаймером. Его я встретил во время своих блужданий по изменившемуся комплексу «Хроноса». Об истинных причинах, по которым это странное существо решило оснастить меня своими технологиями, можно только гадать.
— То есть ты его в чем-то подозреваешь? — прищурился Анатолий.
— Я считаю, что оно сказало мне не всю правду. И не назвало свой настоящий мотив. Так или иначе, но я принял его предложение и помощь. Его технологии превосходят земные на несколько порядков,
— Так у вас был контакт с ВР?! — возопил внезапно очнувшийся Костецки. — И вы так спокойно об этом говорите?
— Не ори, Ежик, — поморщился Бурков. — В соседней реальности слышно. Вот это, — он ткнул пальцем в туман, — очень напоминает мне то, что я увидел тогда, во время своего «полета» в иновременье.
— Интересно! — оживился Береснев. — Описать можешь?
Анатолий посмотрел на поляка, и тот согласно кивнул:
— Говори. Теперь можно…
Рассказ Счастливчика не занял много времени. Виктор слушал его внимательно, не перебивая и словно сопоставляя с собственными знаниями. Когда Бурков закончил, «геккон» покачал головой и произнес лишь одну загадочную фразу:
— Тебе здорово повезло, видимо, не зря тебя прозвали Счастливчиком.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился Анатолий, но Береснев не ответил. Он снова подошел к чуть шевелящейся границе тумана, вынул из подсумка на поясе короткий толстый стержень, что-то сделал с ним, и тот с тихим звоном развернулся в сложную объемную конструкцию, напоминающую вложенные друг в друга тетраэдры. Причем каждый последующий как бы упирался вершинами в середины сторон предыдущего.
«Геккон» повертел конструкцию в ладонях и вдруг отпустил. Но она не упала на пол, как ожидал Бурков, а медленно поплыла по воздуху к границе тумана и так же медленно погрузилась в нее. Виктор отступил на середину коридора и сел на пол, поджав по-турецки ноги. Анатолий, подумав, сел рядом с ним, похлопал себя по карманам и вытащил сигареты и зажигалку. Костецки какое-то время продолжал стоять столбом посреди коридора, но все же решил, что «в ногах правды нет» и присел на корточки возле стены.
— Долго ждать? — тихо поинтересовался Бурков минут через пять, выбросив окурок.
— Не знаю, — эхом отозвался Береснев, — аттендер* должен вернуться сам.
— А что он там ищет?
— Опасность…
Виктор внезапно замолчал и напрягся. Тут же в глубине заполненного фосфоресцирующим туманом пространства возникло ярко светящееся пятно, следом раздался тяжкий удар, от которого ощутимо вздрогнули пол и стены коридора, и родился звук — то ли хохот, то ли чье-то шумное дыхание, то ли скорбный вздох.
Береснев вскочил. В его руке Бурков увидел уже знакомый короткий «жезл», открывающий «окна» в потенциальном барьере реальности, а на правом плече «геккона» вдруг снова объявилась зловещая турель с восьмигранным цилиндром.
— Быстро отходите туда! — Виктор махнул «жезлом» вдоль коридора. Там, в десятке метров от людей, воздух вдруг «вскипел» двухметровым веретеном.
— Что случилось? — выдохнул Анатолий, тоже вскакивая и не в силах оторвать взгляда от пришедшего в движение мерцающего тумана. Показалось, что за его непроницаемой завесой двигается нечто огромное и страшное.