Аберфорт
Шрифт:
— Чтобы ни случилось, ничего не говори о том, что произошло сегодня. Я тебя запрещаю! Ты меня понял? Это важно, сын, очень важно. Позволь мужчине защитить свою семью.
Но я промолчал, боясь ответить и не сдержать обещание.
— Сын, — сказано это было с такой болью, что я был вынужден кивнуть.
— Прошу тебя, сын, просто молчи и ничего не говори, позволь своему старику разбираться с последствиями. Позаботься о своей сестре и… не суй свой нос в это дело, ни в коем случае не суй и не пытайся копаться в этом грязном белье.
—
Этим людям хватило всего пары минут, чтобы задать пару формальных вопросов, прежде чем они схватили отца, тела трех ублюдков и исчезли, оставив меня и мою сестру одних. События текли у меня перед глазами, но они то ускорялись, то замедлялись. Слова людей сливались в неразборчивую чепуху, а лица смазывались в бледные пятна, различия которых я определить не мог.
Но вот, я словно очнулся, и взгляд снова зацепился за сестру.
— Сестра! — крикнул я, кинувшись к Ариане.
Только подбежав к ней, к маленькой девочке, свернувшейся калачиком, я услышал…
Глава 7
Дальнейшие события развивались для меня настолько быстро, что я не замечал, как пролетают дни. Жизнь последние четыре года была медленной, нерасторопной, очень непохожей на жизнь людей XXI века. По сравнению с моей жизнью до трагичного случая с сестрой, я впал в некую прострацию, что совершенно не украшало мою жизнь.
Сначала арест отца, потом проблемы с Арианой, которые оказались более серьезными, чем я даже мог себе представить. Нет, физически восстановить тело было пустяком, особенно после исцеления заклинаниями, хоть эффект и был незначительным, но критические места с серьезными ранениями оно поправило. Заклинания закрыли многие мелкие раны, а зелья и быстрый визит в Мунго быстро справились со сломанной рукой и другими повреждениями, кроме одного — психологического и магического. И этой самой проблемой стала фобия, животный страх сестры — страх перед магией. Насколько иронично это звучит? В семье, где каждый ее представитель является магом, где каждая вторая проблема решается взмахом палочки, появился такой ребенок.
И самое ужасное в том, что именно эта травма осталась с ней после исцеления всех внешних признаков, вгоняя ее в жестокие рамки и буквально изолируя от общества, частью которого она являлась. Проблема была серьезной, настолько, что проявления магии в пределах видимости Арианы иногда вызывали у нее приступы животного страха и магической истерики.
Мать тоже очень резко восприняла арест отца и закрылась в себе, обо мне и вовсе забыли. Сейчас мать проводила практически все время с Арианой, но назвать это общением я могу только с большой натяжкой.
Я понимаю, что такое решение самое оптимальное из всех возможных, но… черт возьми… мне тоже плохо. На душе скверно, а у меня нет никого, с кем бы я мог просто поговорить. Возможно, выход был в поиске друзей в магической деревне, где мы, собственно, живем, но я боюсь, что меня просто не поймут. А вот дружить с маленькими детьми… я просто не хочу.
Насчет Альбуса… а что насчет моего брата? Поступив в школу, он словно исчез, присылал письма раз в несколько месяцев, а так он полностью забыл о семье, а на письма, которые
Отец… чертов лицемер… чертова магическая полиция… чертовы детишки… Все сложилось паршиво, настолько, насколько это вообще возможно. Уже сейчас нам пришло письмо с извещением, оно было адресовано матери, а она его сразу сожгла, даже не дочитав до конца. Письмо было с печатью. Печатью магической полиции — Аврората. Если мать сожгла письмо, то ясно одно: оно явно не содержало благих вестей.
Даже не знаю точно, чего я еще ожидал, ведь помимо того, что самого отца у нас забрали, так еще и удар по репутации. А в такое время, да еще и в таком обществе… ситуация вырисовывалась неблагоприятной для нашей семьи.
Насчет Арианы… все было крайне туманно. С того самого момента проявление магии при ней вызывало магическую истерику, а некоторые истерики сопровождались опасным магическим выбросом. Лично я не знаю, что можно с этим сделать. Конечно, времени прошло немного, а люди могут и не пережить стресс за пару дней или недель, как и дети. Нужно время и забота… но поможет ли это? Нутром чую, что страх этот не простой.
Временами я говорил с сестрой, немногословно, больше слушал, в некоторых моментах она закрывалась, но видно, что шанс на исцеление есть. Но вот проблема со страхом магии… Я вижу, она медленно отходит от потрясений, но именно проблема с магией вызывала у нее приступы паники.
Не знаю, почему такой животный страх появился у сестры, но кажется мне, не обошлось без магии. Ведь магия, к сожалению, не имеет разума и не имеет цели защитить или убить пользователя этой силы. Она просто может выполнить желания и потребности существа, если таково его желание и намерение.
Что могла воплотить магия, когда ее пользователь со всей душой отвергает ее? Ведь именно из-за волшебства соседские негодяи напали на нее.
Что я могу извлечь из этого? Мне, а точнее Ариане, нужна помощь магического специалиста, который умеет на хорошем уровне работать с разумом других людей, а может, и не только разумом. Талант к этой науке есть далеко не у каждого волшебника, а еще и последствия всего этого безобразия. Насколько мне известно, любой менталист относится к своему сознанию как к стерильной комнате, он работает только с определенными фиксированными проблемами, не смотрит воспоминания клиента. И это не потому, что ему не интересно узнать, что там скрывает человек, но если так делать, можно неосознанно приплести чужое к себе. Да и само искусство работы с чужим сознанием — очень и очень деликатная работа.
Это свое собственное сознание человек может очень хорошо настраивать под свои потребности и нужды, ведь ты работаешь с самим собой, и почти каждый волшебник имеет основу организации своего сознания и его защиты. Против себя идти очень сложно, ведь у одного человека нет несогласия с мыслями своего «я», кроме больных на голову людей.
Всех нюансов я знать не знаю, но очевидно одно — работа с разумом другого человека полезна для выявления чужих секретов, но и опасна тем, что можно непоправимо навредить человеку. Навредить, кстати, можно и себе, ведь ты не только читаешь его память, но и его эмоции, его мировоззрение и тому подобные нюансы. А это не просто картинки и набор текста, а каша, перемешанная из эмоций, мыслей, переживаний и действий человека.