Абандон
Шрифт:
— Ну вот так, — я развёл руками, — а сердце там осталось. Мы еле ноги унесли. Его было слишком мало!
— Тут подробнее, — чувствовалось, что мужик ожидал подобного ответа, но надеялся на друге; его голос звучал раздражённо, — и что, ты так просто расстался с такой вещью? Ты хоть примерно понимаешь её ценность?
— Понимаю… — я грустно опустил голову.
— Фига себе просто так! — вмешалась Соня. Она, кажется, поняла игру и подключилась к ней, — мы трёх стражей развеяли! Трёх! Понимаешь? И ушли живыми!
— Их было больше
— Я насчитала девять, — вздохнула Соня, — и не факт, что это всё…
— Вы идиоты… — сообщил мужик холодным от сдерживаемой ярости тоном, — нафига было соваться сразу туда, а? Не могли начать с более подходящего объекта?
— Да кто ж знал то!.. — попытался возразить я.
— Клинические идиоты, — дополнил мужик. Потом встал со стула, — ладно. Надо править то, что вы накосячили. Планшет сюда! — крикнул он, обращаясь, очевидно, к своим подельникам.
Где-то в темноте грохнула металлическая дверь. Застучали шаги.
К столу вышел боевик, в защитной одежде. Вооружённый — в наплечной кобуре я разглядел рукоятку пистолета. Он положил на стол включенный планшет, после чего обернулся, собираясь выйти.
— Сейчас ты в деталях покажешь на карте, что где происходило, — сказал похититель, — ясно?
Дальнейшее произошло очень быстро. Я действовал на каких-то рефлексах, о существовании которых даже не подозревал. Должно быть, управление перехватила рептильная часть моего мозга, у которой было только одно желание: выжить.
Бася шевелится и моргает. Смотрит на меня. Потом на Соню. Одним изящным прыжком оказывается на четырёх лапах.
Боевик тычет в планшет. Он всё ещё не замечает происходящего. Это даёт несколько мгновений форы.
Бася встаёт на задние лапы.
Боевик, который принёс планшет, что-то почуял. Он тянется к кобуре. Достаёт ствол. У него невероятная реакция.
Но прицелиться он не успевает. Его рука отлетает вместе с пистолетом. Слышится выстрел. Боевик недоумённо смотрит на культю, откуда фонтанчиками начинает бить кровь.
Мужик, который разговаривал с нами, тоже пытается выхватить оружие И тоже не успевает. Его грудная клетка будто взрывается изнутри, заливая стол кровью. Он частями, с хлюпаньем, падает на пол.
Я начинаю ёрзать на стуле, пытаясь ослабить узлы. Мне не по себе. Я вдруг боюсь, что будет, если Бася не остановится?
К моему удивлению, узлы поддаются. Их накрутили слишком много, а у меня узкие ладони. К тому же я сильно вспотел — пот действует как смазка. Я освобождаю руки.
В этот момент с грохотом распахивается дверь, и в помещение врываются ещё трое. Они успевают сделать пару выстрелов, метя в Басю.
"Кошка" двигается так быстро, что глаз не успевает следить.
Одна пуля рикошетит и с чмоканьем втыкается в нижнюю половину бывшего боевика.
Соня сдерживает рвотный позыв.
Секунда — и все три боевика валяются бесформенными
Наступает тишина.
Бася выгнула спину. Лизнула переднюю лапу своим раздвоенным языком. Потом посмотрела на Соню и спросила: "Мр-р-р-р?"
Меня это чуть не доконало. Натурально, я очень хотел снова потерять сознание. Но смог взять себя в руки.
— Выходим. Быстро! — я метнулся к Соне, и начал пытаться распутывать узлы. Выходило плохо.
— В кармане посмотри, — сказала она бесцветным голосом, — кажется, у него нож был.
Я посмотрел на пол. В нижнем куске похитителя всё ещё что-то хлюпало и подёргивалось. Меня передёрнуло. Но я стиснул зубы, опустился на одно колено и залез во влажный от крови карман его штанов. Сначала я нашёл что-то c пластиковой рукояткой и какой-то торчащей из неё штуковиной, металлической наощупь. Вроде слишком маленькое для ножа — но я вытащил предмет. И не смог сдержать улыбку: это был ключ от нашего "Ниссана". Больше всего я боялся, что они бросили машину под Рязанью, а то и хуже: сожгли её. Но, раз ключ здесь, скорее всего, "Патруль" перегнали к месту нашего заточения.
— Скорее, тут может быть кто-то ещё, — поторопила Соня.
Я, спрятав окровавленный ключ, залез в другой карман боевика. Нож там действительно был. И он тоже принадлежал мне!
Погладив рукоятку своей "Крысы", я вернулся к Соне. Перерезал верёвки.
Всё это время Бася спокойно сидела на полу, среди убитых ей боевиков, и приводила себя в порядок с совершенно невозмутимым видом.
Я вдруг подумал, что стал бы делать, если бы это существо вдруг решило полакомиться своей законной добычей… но, к счастью, Соня не дала мне додумать эту мысль.
— Бежим! — сказала она, после чего схватила планшет и активировала экран, удерживая его перед собой как фонарик.
Мы действительно были в подвале. За металлической дверью находилась лестница, ведущая наверх.
— Что с телами будем делать? — спросил я шёпотом, когда мы оказались на верхней площадке.
— Тс-с-с! — ответила Соня, — вдруг кто ещё есть?
Она осторожно толкнула дверь. Та медленно, с лёгким скрипом, распахнулось.
Обычная комната, обычного деревенского дома. На полу — плетёные коврики, у стены — видавший виды диван и дровяная печь.
— Вроде никого, — сказал я.
— Угу, — кивнула Соня.
Словно подтверждая её слова, вперёд вышла Бася и, громко муркнув, направилась к входной двери.
Я подошёл к ближайшему окну. Отодвинул занавески.
Словно камень с плеч: во дворе, рядом с "УАЗиком" похитителей стоял наш "Патруль".
— Ключи надо найти! — заметила Соня; в ответ я ей продемонстрировал свою находку, — круто! — улыбнулась она, и добавила ледяным тоном: — а тела мы сожжём. Вместе с домом.
Я огляделся по сторонам. Дом стоял на отшибе, ближайший участок через дорогу. Удивительно удобное расположение! Впрочем, конечно же, не случайное.