Абандон 3
Шрифт:
– Очень романтично, – съязвила Соня.
Павел рассмеялся в ответ.
Я хотел сказать, что «Круизёр» считается довольно надёжной машиной. Но благоразумно промолчал – чтобы не сглазить.
Локация 2. Урановый рудник Лангер Генрих, Намибия
Поначалу я не понял, почему Павел остановил машину. Подумал, что он просто решил отдохнуть – это было бы логично, мы ведь скоро сутки как на ногах. Спать хотелось невозможно, но я держался. В отличие от Сони – которая спокойно дремала,
Только когда сопровождающий вышел из машины, в неверном, сером свете зарождающегося утра я разглядел что-то в песке, неправильной формы, будто клякса.
Я вышел вслед за Павлом.
На песке валялись какие-то осколки. А ещё я заметил, что в воздухе отчётливо пахнет гарью. И не такой, которая бывает от костра – а плохой гарью, как на техногенных пожарищах.
– Что это? – я указал на «кляксу» на песке.
– След от взрыва снаряда, – ответил Павел.
– Вот как? Ты тоже военный, да?
– Давно отошёл от этого дела. Неинтересно мне, – он устало вздохнул, – обычно подработки такого дерьма не предполагают. Но сейчас, конечно, уже поздно давать заднюю. Да и платит Ступень достойно.
– И что это может значить? – спросил я.
– Ничего хорошего. Но поживём увидим. Надо двигаться дальше.
Когда мы подъехали к административному городку бывшего рудника, уже рассвело.
Всюду были следы недавнего боя. От зданий уцелели только некоторые капитальные стены, остальное или было разрушено прямыми попаданиями снарядов или ракет, или выгорело. Кое-где ещё поднимался дымок.
А ещё на песке лежало довольно много мёртвых людей. Их национальную принадлежность определить было сложно: тут были как европейцы, так и коренные африканцы. Очевидно, все они погибли в бою.
Странно, что при таких раскладах не наблюдалось никакой тяжёлой военный техники. Только пара подбитых и выгоревших пикапов.
Павел ходил среди тел. Пару раз наклонился, проверил карманы, но, ничего не обнаружив, досадливо поцокал языком.
Соня ходила за мной испуганной тенью. Но молчала. Раньше бы она наверняка расплакалась – но мы уже пережили достаточно для того, чтобы держаться.
– И что это может значить? – спросил я.
– Интересно, – неожиданно ответил Павел со странным выражением.
– Да уж… – сказал я.
– Нет, правда, – продолжал наш провожатый, – я пытаюсь восстановить картину случившегося. По всему выходит, что вот эти ребята, – он кивнул в сторону лежащих возле пикапа трупов, – судя по всему пытались напасть на тех, кто оборонял комплекс. Их было примерно поровну, если посчитать, что хотя бы трое-четверо оставались внутри зданий. И… похоже, они перебили друг друга.
– Но чем? – удивился я, – я думал тут танки были! Они же снесли городок!
– Да нет, – улыбнулся Павел, – современное ракетное оружие. Пусковые установки довольно компакты. А делов могут наворотить… впрочем, сам видишь.
– Разве такое вообще бывает? – вмешалась Соня.
– Вообще нет, – Павел пожал плечами, – обычно
– Может, победители скрылись? – спросил я, – ушли в пустыню?
– Не—а, – Павел покачал головой, – вот смотри, – он снова показал в сторону подбитых пикапов, – следы ведут только сюда. Вот они приехали. Если бы кто-то уходил пешком или уцелел – была бы хотя бы одна колея или следы в другом направлении. С утра не было ветра, следы не могло занести.
– Тоже верно… – согласился я.
– Думаю, что те, кто здесь был – это ваша силовая поддержка, – сказал Павел, – мне намекали, что тут буду серьёзные ребята. Видимо, это они и есть. А вот кто нападал… не скажу. С виду вроде наёмники. Но из какой конторы – даже предположить не могу.
– И… что мы будем делать? – растеряно спросила Соня.
– Откуда я знаю? – Павел всплеснул руками, – я должен был доставить вас сюда в случае неприятностей. Плана «Б» нет. Если у вас есть какой-то способ связаться со своими – то самое время это сделать.
– Твоя правда.
Я достал смартфон. Активировал спутниковую связь и дождался, пока загорится значок приёма.
И тут же на экране появилось сообщение:
«Отбой Лангер Генрих. Любыми путями в столицу. Если нет – то в ЮАР через границу. Там встретим».
Я поколебался секунду. Потом набрал: «Мы уже на месте. Следы боя. По оценке сопровождающего, нападающие и те, кто оборонялся, перебили друг друга. Прямой угрозы не наблюдаем».
Ответа пришлось ждать довольно долго. Больше минуты. Наконец, на экране появилось сообщение: «Попробуйте достать сердце». Я ждал, что поступят ещё какие-то разъяснения. Например, что делать дальше. Но нет. Экран мессенджера оставался пустым.
– Нам нужно время, – сказал я, когда вернулся к Павлу.
– Сколько? – спросил он, поглядев на восходящее Солнце.
– Сложно сказать. От часа до суток.
– Сутки – плохо. У нас провизии нет. Только вода. Тяжело будет, – Павел вздохнул, – так что постарайтесь уж поскорее. А я пока, пожалуй, посплю – пока жара не установилась. Не охота жечь горючее ради кондиционера.
– Хорошо, – кивнул я и подозвал жестом Соню.
– Что? Что Эльвира сказала? – нетерпеливо спросила она, когда мы отошли на достаточное расстояние от «Круизёра».
– Сердце доставать.
В ответ медведь хищно улыбнулась.
Рудник – это не отдельно стоящее здание. Это целый огромный комплекс. Сам разрез. Урановую руду тут добывали открытым способом, соответственно, был карьер, а ещё площадка для техники – не все самосвалы вывезли. Наверно, это было связано с тем, что часть парка было неисправно, а чинить на месте не было финансовой или логистической возможности. Поэтому машины просто законсервировали, что в условиях здешнего климата было вполне оправдано. Плюс техническое сооружения, поточные линии, дробилки, склады и административный комплекс, где мы уже были.