А отличники сдохли первыми... Часть 2
Шрифт:
— Единственное… — Вмешалась Виктория, убрав тонометр. — В некоторых единичных случаях, люди просто погибали от острых симптомов болезни — кашля, лихорадки, кишечных расстройств… Их иммунная система, образно выражаясь, предпочла убить хозяина, нежели сдать контроль над ним заражённой микробиоте.
— Слава, я смотрю, неплохо поработал за эти три дня… А вы смогли с ним связаться? Там же в тоннелях теперь так просто не пройти… Алина вам рассказывала, кто там теперь тусит?
— Да мы и сами видели… В центральном районе теперь, с одной стороны, свободно… Центровые почти канули в небытие.
— Насчёт Дзержинки понимаю. Там теперь, наверное, ещё один улей. — Я кивнул и покосился на Алину — она с интересом прислушивалась к разговору, так и не отпуская мою руку. — А что с Крытым? Его же октябрята захватили, так?
— Так, да не так. — Кит покачал головой. — Они атаковали укрепления с применением самодельной взрывчатки. И рядом с рынком в цирке разнесли «зверинец» центровых — жор, собранных для игр на выживание. Вкоторых вы участвовали. И разрушили своды тоннелей рядом с ним. Вячеслав Викторович считает, что в зверинце в это время был носитель плотоядного штамма, передавший свою микрофлору остальным жорам в цирке. Она оказалась более приспособлена к новым условиям, где обычной пищи стало резко меньше… И теперь область его распространения растёт.
— И эти красноглазые твари пролезли там в тоннели. И, по ходу, сожрали всех октябрят в Крытом. — Закончил я за него, и Кит согласно кивнул. — А что, центровых правда всех вынесли?
— Нет… На речном вокзале ещё базируются остатки банды. Мы узнали, что их пленники там в борделе подняли восстание. Несколько наших отрядов уже выдвинулось для оказания поддержки. И октябрята тоже понесли страшные потери, если верить данным разведки. Из-за своих ошибок в цирке. И из-за вашей с Алиной диверсии. Возможно, там сейчас у них в Смирновском ущелье передел власти в самом разгаре. А может о них уже можно забыть.
В нашем разговоре повисла пауза — мне давали время на переваривание новостей. Но молчание прервал тихий шепот Алины:
— Прости, пожалуйста, что я тебя этими таблетками накормила… Ты был такой красный, прямо малиновый… Я подумала, что надо же что-то делать… Вдруг инсульт… У меня дедушка так умер…
Я снова отметил, что она начала обращаться ко мне на «ты». Честно говоря, мне больше нравилась предыдущая версия. Но, после всех наших приключений…
— Как я говорила, — перебила мои размышления Виктория, успокаивающе похлопав девочку по руке, — именно из-за этой передозировки Кир был первое время в обмороке. Это позволило нам успеть эвакуировать его из тоннелей до того, как он сам бы оттуда ушёл… Куда-нибудь… Это, и плюс твоя поспешность, Алина. Так что не за что тебе извиняться. Ты, фактически, спасла Кира от весьма незавидной участи.
Девочка, наконец-то, совсем успокоилась, вытерла опухшие глаза и перестала постоянно шмыгать.
— А что вы сделали, чтобы я тут сейчас с вами разговаривал? Неужто сляпали лекарство вот так на коленке за три дня?
— Не думаю… Не знаю… — Виктория нахмурилась и потёрла лоб. — Все три дня, после знакомства с информацией от Вячеслава Викторовича, мы экспериментировали. Сначала пытались перелить вам кровь
— Пересадка микрофлоры? Это как?
— Поверьте, лучше вам не знать… В общем, так как у нас не было ни времени, ни ресурсов для проведения полноценных экспериментов — мы пока так и не поняли, что именно помогло. Может быть, ваш совокупный иммунитет и остатки, так сказать, родной микрофлоры всё-таки самостоятельно одолели инвазию после отдыха. Как и раньше.
— То есть пока что вы не особо продвинулись в решении этого вопроса? — Я перевёл вопросительный взгляд на Кита.
Он пожал плечами:
— Но теперь мы хотя бы движемся на пути к решению, а не просто тратим наше время и ресурсы, топчась на месте в окружении врагов. Вячеслав Викторович работает день и ночь. Экспериментирует на, так сказать, живом материале — на тех жорах, которых заманивает к себе. И с ним остались некоторые освобождённые вами студенты. С грамотными ассистентами работа идёт ещё быстрее.
— А мистер Шеппард, когда получил свободу перемещения, привёл в порядок многое из того лабораторного оборудования, которое есть у нас. С которым мы сами понятия не имели, что делать. — Кажется, впервые за всё время знакомства я увидел, как Виктория немного улыбнулась. — Он участвовал в разных биологических экспериментах на орбите в качестве техника. И многое из того, что тут можно найти, ему оказалось знакомо.
— То есть, можно считать, что миссия выполнена. — Резюмировал я вместо них.
— В любом случае… Пока отдыхайте. Алина, и тебе я бы тоже советовала. — Виктория снова стала донельзя серьёзной. — Ты тут третий день сидишь почти без сна. Я сейчас пришлю Василису тебе на замену. Тебе нужно поспать.
— Иди-иди… А то точно станешь как бледная поганка. — Не дав девочке выразить протест, я похлопал её по руке. — Никуда я от тебя теперь не убегу.
Хихикнув, она всё-таки согласно кивнула и, немного помедлив, отпустила мою руку и вышла за дверь следом за остальными ребятами.
Я расслабился, закрыл глаза и прислушался к ощущениям. Ни одна рана не воспалилась. Многие чесались под повязками, указывая на скорое заживление. Мышцы немного ломило от перенапряжения, но боль явна была в стадии угасания. И самое главное — ни одного голоса в голове, кроме моего собственного.
В дверь тихонько постучали.
— Василиса, заходи, гостем будешь!
Темноволосая девчушка открыла дверь, поздоровалась и закатила за собой следом столик с обильным обедом из тушёнки, консервированного овощного рагу и пачки крекеров.
— Спасибо… — Получив от меня пару печенек, она примостилась рядом на стул и тут же начала их лопать. — Я ефё хотела фкавать фпафибо ва папин кофелёк…
— Прожуй, а то подавишься. Алина передавала уже. На здоровье. Если увидишь учёного, который мне его передал — Славу, тоже не забудь его поблагодарить. Это он его сохранил.
— Ага… Там профто ефё вот чего было. — Девочка, торопливо жуя, полезла в карман и достала сложенный в четверо тетрадный лист. — Я не внаю, фто это. Подумала, мофэт это фто-то вавное…