А может, в этот раз?

Бреттон Барбара

– Я здесь с декабря, Рик, а ты за все это время ни разу не дал о себе знать. Почему в таком случае не до­ждаться, пока я не поднялся бы в воздух?

– Речь идет о безопасности. Джо удивленно приподнял бровь,

– О чьей безопасности? Твоей?

– Нет, – ответил друг Джо, который мог бы быть королем. – О твоей.

– Наверное, можно было бы найти другой путь и дру­гого парня. Я приехал сюда, чтобы получить твой рассказ, а не твою дочь.

– Марина в большой опасности.

Ей жизненно необхо­димо бежать в твою страну.

– Тогда я возьму ее с собой, – сказал Джо. – Я поселю ее в своей квартире. Если хочешь, я могу поместить ее в пансион для благородных девиц, но только не застав­ляй меня на ней жениться.

– Ты – моя последняя надежда.

– Я не хочу быть ничьей последней надеждой. Ты что, не помнишь? Я пью слишком много пива, курю слишком много. Я напыщенный, самоуверенный сукин сын, к тому же…

– Неженатый.

– Разведенный.

Черт, шесть лет прошло, могло бы уже и перестать болеть.

– Обстоятельства сложились для тебя не лучшим об­разом. Я все это очень хорошо понимаю, но факт остается фактом: когда-то давно я спас твою жизнь, а теперь прошу спасти жизнь моей дочери. По-моему, вполне справедливый обмен.

– Надеюсь, ты не для этого меня сюда привез?

– Сделай то, что я прошу, и я буду твоим должником всю оставшуюся жизнь.

Джо схватил старого друга за плечи:

– Полетим вместе! Бери дочь, бери свою корону и скажи «прощай» этим краям. Та страна, которую ты лю­бил, канула в Лету. Ничего не вернуть. Подумай о себе.

– Я не могу. Все, о чем я тебя прошу, это присмотреть за Мариной, пока не рассеются тучи. Я потерял ее мать в этой гражданской войне и не хочу потерять своего един­ственного ребенка. Ты должен меня понять как никто другой…

Мужчины молчали. Казалось, сказанные ими слова об­ретали плоть. Джо вытащил из кармана пачку сигарет и предложил другу закурить.

– Смертоносные штуки.

– Такова жизнь. Беспощадная вещь.

Для Джо слова эти были выстраданной истиной. Он сполна прочувствовал беспощадность жизни несколько лет назад одним ясным летним утром.

Колесо попало в яму на дороге, машину подбросило, и Джо, очнувшись от воспоминаний, повернулся к жене.

– Не смотри на меня, – сквозь зубы процедила де­вушка. – Мне это не нравится.

– И мне не особо по вкусу то, на что я смотрю.

Джо сказал правду. Непонятно было, как у двух таких ярких и красивых людей, как Рик и его покойная жена, могла родиться столь невзрачная дочь. Тусклые каштано­вые волосы, абсолютно прямые. Ни в овале лица, ни в форме губ и носа не было ничего запоминающегося. Ма­ленькая, не больше пяти футов роста, она была одета в защитного цвета штаны и мешковатый бежевый свитер. Трудно было воспринимать ее как женщину, скорее она выглядела как непослушный ребенок, нуждавшийся в хоро­шей взбучке.

Господи, неужто эта девочка – его жена?

– Безбожник, –

прошипела она, – скажи, сколько мой отец заплатил тебе, чтобы ты на мне женился?

– Деньги не в цене в Форт-Ноксе, дитя мое, я оплатил старый должок.

– Ба! Неужто снова та снежная лавина? Это было бог знает сколько лет назад.

– Весьма милая история. Не хочешь ли послушать ее, детка?

– Да я лучше землю стану есть.

– Напрасно. В ней есть все, чего не хватает современ­ным романам: захватывающий сюжет, обилие приключений, в меру сентиментальности и счастливый конец. Мальчик король спасает ребенка из Бруклина от неминуемой смерти во льдах на лыжной трассе в Колорадо. Все будут рыдать, уверяю тебя.

– Я – исключение.

– Это лишь потому, что ты уже слышала эту историю раньше.

– Я не хочу больше разговаривать.

– Я тоже.

Через десять минут таксист подвез их к зданию на За­падной Семьдесят второй улице, где у Джо была квартира. До того как Джо успел вытащить бумажник, девушка вы­скользнула из машины и рванулась наперерез движению, едва успев увернуться от автобуса. Надо было держать ухо востро с этой девочкой. Скинув туфли, она помчалась вниз по улице. Джо пустился в погоню.

Когда-то он был чемпионом школы по бегу, и теперь прежние навыки оказались кстати. Едва не сбив с ног двух пожилых дам, изящно миновав женщину с коляской, он все же врезался в парня, читавшего журнал возле киоска. И тут Джо потерял разбег, пытаясь разглядеть привлекшую его внимание обложку журнала «Тайм». В какой-то момент ему даже показалось, что на него смотрит его первая жена.

Держись, Мак-Марпи. Ты уже потерял жену номер один и теперь рискуешь потерять жену номер два, если не прибавишь ходу.

Марина уже почти добежала до Центрального парка, когда Джо нагнал ее.

– Пусти! – завопила она, отбиваясь от него своими маленькими грязными ножками. – Чудовище! Скотина!

Джо перехватил ее поперек туловища, стараясь спасти от пинков жизненно важные органы.

– Если ты не заткнешься, я… Девушка завопила пуще прежнего:

– Меня держат против воли! Помогите!

Бедняжка не понимала, что находится в Нью-Йорке. Две женщины о чем-то пошептались, но, когда парень в тенниске остановился понаблюдать за представлением, по­спешили ретироваться.

– Мы женаты, – сообщил ему Джо, вскинув упираю­щуюся девушку на плечо. – Молодожены.

Парень кивнул так, будто объяснение показалось ему исчерпывающим, и пошел своей дорогой.

На Манхэттене такой номер не сошел бы ему с рук. Джо понимал, что его новая жена на этом не остановится. Стоит ему на минуту оставить ее одну, как она повторит попытку. Ни побриться спокойно, ни зубы почистить…

– Ты не сможешь держать меня пленницей вечно, – прошипела девушка, продолжая колотить Джо по спине.