А может?..
Шрифт:
— О-о-о, так что же мы стоим? Я давно не рисовал, сейчас вспомню всё, чему меня учили в начальной школе, — рассмеялся брат Нины и прошёл вместе с Амели к дивану. — Вот я как чувствовал, купил альбом и цветные карандаши. — Йен, Нина, Катрин, поможете нам?
— С удовольствием, — улыбнулись ребята, и в ближайшие пару часов объединили все свои творческие способности, в результате чего появились красивые рисунки с изображением медведей, собак, солнца и даже всей семьи Сомерхолдер-Добревых.
Весь день внимание взрослых было приковано
Несмотря на то, что никаких проблем у ребят в сложившейся ситуации больше не возникало, Александр и его девушка задержались в Ковингтоне почти на месяц: их существенно задерживали органы опеки, работавшие над лишением Джейн родительских прав и передачи полного права опеки над Амели её отцу. Но из своего положения он и Катрин вынесли и свои плюсы: пока они не могли забрать малышку в Торонто, у них было больше времени на то, чтобы пообщаться с ней. Поэтому, к началу июля, когда Сандро и Катрин наконец получили разрешение на выезд с девочкой из страны, она уже успела к ним в достаточной степени привыкнуть.
Нина пыталась заставить себя отвыкнуть от Амели, но дистанцировать себя от племянницы всё же не могла, да и не хотела. Поэтому она с неким страхом ждала того дня, когда её брат с его девушкой и Эми вернутся в Канаду.
— Ну вот, а вы боялись, что будет сложно и что Амели вас испугается, — с улыбкой говорил ребятам Йен, когда они вместе ждали объявления регистрации на рейс Ковингтон — Торонто.
— Во многом нам помогли ваши советы, — ответил Александр. — У меня ведь вообще не было опыта общения с детьми.
— Обращайтесь, всегда рады помочь, — рассмеялся Сомерхолдер.
— Обязательно приезжайте к нам, когда выдастся свободная минутка, — попросила Катрин.
— Мы бы с радостью, но теперь уж, наверно, получится не раньше осени, — сказала Нина. — Мы с Йеном этим летом планировали наконец-то осуществить свою мечту и съездить в Бразилию, так что, скорее всего, уедем до конца августа. — А там уже и съёмки восьмого сезона начинаются, и в нескольких эпизодах, наверное, я приму участие. Да и с фондом работы много.
— Ещё раз поздравляем с открытием нового направления деятельности в ISFoundation, — сказал Александр. — Удачи вам, вы, ребята, на благом пути.
— Спасибо, — кивнули Нина и Йен. — Пока мы не можем вырваться в Торонто, приезжайте вы к нам, — предложил Сомерхолдер. — И не одни — зовите Микаэллу и Николая, а я приглашу своих родителей, устроим семейный вечер. Мы очень давно не собирались вместе.
— Замётано, — рассмеялся Сандро, пожав Йену руку. — Где-нибудь поближе к августу и созвонимся, обговорим всё.
В этот момент равнодушный голос из динамиков оповестил пассажиров о
— Сестрёнка, если бы ты знала, как я тебя люблю, — прошептал Александр, крепко обнимая Николину. — Ты каждый раз так помогаешь мне…
— В этом и заключается суть настоящей семьи, — улыбнулась Нина, чувствуя, что сдерживать слёзы становится всё труднее. — Сандро, береги Амели и Катрин. Они у тебя потрясающие. Хотя… Я и так знаю, что они за тобой будут как за каменной стеной.
— Принцесса, приезжай поскорее, — сказал Йен, целуя Амели в лоб. — Мы тебя очень любим.
— Нина, Йен, наверное, мы ещё долго будем благодарить вас за всё то, что вы сделали для нас, — сказала Катрин, обняв ребят. — Знайте, если вам понадобится какая-то помощь, вы можете смело обращаться к нам: мы сделаем всё, что в наших силах.
Сомерхолдер и Добрев с улыбкой кивнули.
— Слушайся маму и папу, — произнесла Нина, погладив Амели по головке.
Поцеловав девочку на прощание, Нина отошла к Йену. Почувствовав её волнение, Йен прижал девушку к себе.
— Счастливого пути, — сказали ребята.
— А вам — отличного отпуска, — улыбнулись Александр и Катрин. — Эми, помаши ручкой.
— Пока! — громко сказала малышка, выполнив просьбу родителей.
— Пока-пока, котёнок, — сказали Йен и Нина. — До встречи, ребята.
Через несколько минут Сандро, Катрин и Амели скрыли в толпе десятков таких же пассажиров, как и они сами. Нина почувствовала, что сдерживать слёзы больше не может и, уткнувшись в грудь Йену, заплакала.
— Я так буду по ней скучать, — прошептала она.
— Ну что ты, малышка, не плачь, — проговорил Сомерхолдер, гладя болгарку по волосам. — Мы увидимся с Эми уже очень скоро. Ну же, котёнок… — шепнул он, немного отстранив девушку и взяв её лицо в ладони, большими пальцами утирая её слёзы. — У Амели всё будет хорошо, а мы, на правах дяди и тёти, будем к ней приезжать так часто, как только сможем.
Нина, поджав губы, на мгновение улыбнулась сквозь слёзы.
— Надеюсь, она нас не забудет.
Йен, как мог, поддерживал возлюбленную, да и сам ощущал нечто похожее: он тоже успел сильно привязаться к Эми, а потому прощание с ней далось ему так же тяжело. Но всё-таки он был мужчиной, поэтому справляться со своими эмоциями ему удавалось лучше, чем Нине.
— Даже не думай об этом, она точно будет нас помнить. Давай просто скажем «спасибо» судьбе за то, что у нас есть прекрасная племянница, и за то, что мы помогали ей сделать первые шаги и слышали её первые слова.
— Да, ты прав, — кивнула Добрев, вытерев слёзы. — Это было здорово.
— Я люблю тебя, — произнёс Йен, едва касаясь губами лба болгарки.
Нина ничего не ответила, а лишь прижалась к брюнету сильнее, положив голову ему на грудь.
— Рядом с тобой мне всегда так легко и светло, — наконец проговорила она.