367 дней
Шрифт:
— Спокойной ночи, — сказала я, слегка, но благодарно улыбнувшись, и направилась в коридор. Я зашла в комнату рядом с ванной, это была гостевая. Она была другого насыщенного цвета, синяя, практически чёрная с белым трюмо и безупречно белым покрывалом. На белье смешивались белые и синие узоры. Так или иначе, несмотря на тёмные цвета, было довольно уютно, и я нашла это успокаивающим, когда направилась к кровати, стянула лифчик и забралась под одеяло. Несмотря на то, что ранее мне удалось вдоволь подремать, я чувствовала себя более усталой,
Поэтому я заснула.
Сойер был прав, я могу начать выстраивать свою жизнь снова завтра утром.
Глава 5
Сойер
Я мыл посуду, когда заметил, что Слим, встав с пола возле дивана, побрёл по коридору. Любопытно. Я перегнулся через стойку, чтобы понаблюдать за ним. Вполне уверенный, он свернулся под дверью гостевой комнаты, протяжно зевая и давая понять, что он отправляется спать после долгого дня ничего неделанья.
И хотя гигантский зверь обычно спал в ногах на моей кровати, я подозревал, что вместо этого он будет охранять дверь Рии.
Похоже, он поменял свою преданность.
Ну, кто же не захочет защитить прелестную девицу, попавшую в беду?
Как только я положил оставшуюся часть пиццы в холодильник, мой телефон завибрировал на стойке, привлекая моё внимание. Я знал, что это был Баррет, ещё до того, как ответил на звонок. Он быстро отработал свои деньги.
— Ну, что у тебя?
— Не так много, как тебе хотелось бы, — начал он, подготавливая меня. — Я отправил файл на твой имейл. На английском.
— Отлично, изложи суть, — потребовал я, направляясь в гостиную, чтобы сделать ещё глоток, прежде чем тоже отправиться спать. Завтра будет чертовски длинный день.
— Рия Суини, удочерена в возрасте 7 лет, Майком и Элиссон Суини, которым на тот момент было по 40 лет. Бездетные, специалисты в бизнесе и кулинарном искусстве соответственно. Записи о рождении были запечатаны, поскольку это было закрытое удочерение [5]. Рия, к счастью, не подвергалась какому-либо физическому или эмоциональному насилию в детских домах. По крайней мере, ничего не записано. Она училась на 4 и 5. В старших классах играла в лакросс, и у неё были одни длительные отношения с парнем по имени…
— Эрик О ’Нил, — предположил я, так как это имя было первое в её списке.
— Точно. Это он. Спортсмен, футболист. Он отправился в колледж в Калифорнию, что вероятнее и послужило причиной разрыва. Она ходила на какие-то занятия в муниципальном колледже, прежде чем получила работу в приёмной Центра планирования семьи, где и проработала около 6 лет. Она жила в квартире на Мейпл 5 лет, после того, как съехала из родительского дома в 21 год, а потом жила с другим парнем…
— Дереком Джеймсом, — продолжил я.
— Ага. Два года. Потом появился другой парень…
— Тимир Л и, —
— Один год. Полагаю, всё указывает на то, что она решила стать самостоятельной. Из того, что могу сказать, ни один из них не жил с ней на Мейпл. Она вовремя оплачивала аренду. Кредитная история у неё была хорошей. Она получила небольшое наследство от родителей, а также деньги от продажи дома на счёт, но, похоже, коснулась этого счёта, лишь, когда нужно было внести аванс за машину.
— Значит, говоришь, она всё делала правильно.
— По большому счёту. Ничего незаконного. У неё даже нет штрафов за парковку.
— Ладно. Что на счёт её работы и медицинских записей?
— Работа… хорошо. Они всё там держат в архиве. В подобных местах много ответственности. У неё не было предупреждений или записей о повышении. Что касается здоровья… — начал он, листая страницы. — Проверки всегда проходила вовремя, обе: обычные и гинекологические. Принимала противозачаточные в возрасте от 16 до 18, потом прекратила их выписывать.
— Эмоциональное состояние?
— Никогда не наблюдалась у психиатра. Я имею в виду, не то чтобы это показатель, но она никогда не принимала никаких лекарств. Никаких одержимостей. Никаких попыток суицида. И учитывая, как, похоже, размерено протекала её жизнь, скажу, что ничего не указывает на то, что она не в себе. Ничего непредсказуемого, никаких плохих периодов. Она жила хорошей жизнью, а потом… перестала жить ею.
— Что на счёт последних двух имён, что я тебе послал?
— Точно. Э-э. Крис Миллер просто… не знаю, мужик. Это могла быть случайная связь или короткая интрижка. Ничего не могу найти о нём в её старой соцсети, и даже на групповых фото в «И нстаграм ». Определённо, он не был её парнем.
— А последний?
— Ну что тут сказать… я нашёл около 80 Майклов Робинссонов в радиусе 20 миль…
— Ты не мог сузить поиск?
— Вообще ничего о нём в соцсетях.
— Ладно, — сказал я, выдыхая. — Что-нибудь ещё?
— Не то чтобы. Её телефонные записи, ну, обычные. Частое зависание в интернете и практически никаких телефонных звонков. У неё были друзья, с которыми она виделась то тут, то там, но никаких лучших друзей. Она посещала спортзал Шейна. Ходила в кино. Правда, просто обычная девушка.
— Которая исчезла с лица Земли на год.
— От Эшли ещё ничего не слышно?
— Нет. Она дёрнула за кое-какие ниточки в лаборатории, чтобы сделать тесты, но результаты будут завтра. Обычно на это требуется неделя, так что не могу жаловаться, что долго.
— Так ты возьмёшься за дело?
— Бл*дь, если бы я знал, — честно ответил я, закидывая ноги на кофейный столик. — Но я пустил её переночевать к себе домой.
Последовала длинная пауза.
— Ты пустил её переночевать к себе?