30 минут до центра Чикаго
Шрифт:
— Ах, вам Фимочка посоветовал ко мне обратиться? Да, да, I know him very well, я знаю Фимочку! Фимочка чудный человечек, просто чудный! А вы programmer? Студент? Вы хорошо знаете database? А я — Илюша. Нет, нет! Просто Илюша. Я жду вас, Андрюшенька, завтра утречком, часиков в десять. Вы нас легко найдёте, это на Рэнд авеню… see you tomorrow!
Широколицый, скупой на движения Илюша слегка напоминал священнослужителя: он был одет в свободную чёрную футболку, на которую с плотной красноватой шеи стекала цепочка с деревянным крестом в серебряной оправе, как бы даже не висевшим, а возлежавшим
— Вы же знаете, Андрюша, чтобы нормально тут жить, человеку обязательно нужно иметь social security number… номер социального страхования и получить driver’s license. Без водительского удостоверения не устроишься на работу, не снимешь квартиру, не купишь машину. И, в конце концов, оно нужно to drive a car… Хотя, что я вам рассказываю, вы же знаете! Я так привык талдычить всё это новоприбывшим… Нелегалам, естественно, номер social security получить невозможно. Но я обнаружил в заборе американской системы небольшой… э-э… лазик, в помощь этим бедняжкам. Listen…
Есть в Америке известная компания «Трипл Эй», которая занимается всесторонним обслуживанием водителя на дороге. Отделения компании имеются по всей стране, и её работники по экстренному вызову выедут на помощь практически в любую точку Соединённых Штатов: помогут завести заглохший двигатель, заменят колесо или доставят неисправную машину к ближайшей ремонтной мастерской. Компания предложит мотель со скидкой, продаст автомобильную страховку и подскажет удобный маршрут, а иностранному туристу сделает временные водительские права на английском языке, выступая посредниками между водителем-туристом и органами власти, — естественно, если у интуриста есть действующие права, выданные на родине.
Илюша сообразил, что может использовать возможности «Трипл Эй» и выступить, в свою очередь, посредником между этой компанией и нелегалом-иммигрантом. Илюшина фирма взяла на себя труд «правильно» заполнить для такого человека нужные бумаги и отослать их в «Трипл Эй», не указывая при этом, что желающий получить «туристические права» вовсе не турист, а нелегал, уже долгое время находящийся в стране с просроченной визой. Через определённое время готовые права из ничего не подозревающей «Трипл Эй» приходили по почте на фирму к Илюше, и работники фирмы выдавали их клиенту.
Вероятность попасть впросак у такого «интуриста» невелика: без причины патрульные редко останавливают водителей на дороге — надо только ездить, не нарушая правил. В том же несчастливом случае, если нелегала с «интернациональными» правами вдруг остановит полицейский, «турист» сможет предъявить эти права и сделать вид, что приехал недавно: мол, при нём сейчас нет паспорта его страны, где стоит отметка пограничников о дате въезда в США, — случайно выложил, забыл в гостинице. А так как проверка легальности нахождения в стране обычно не входит в обязанности рядового патрульного (это дело иммиграционной службы), то, возможно, «туристу» и дальше удастся незаконно ездить на машине… до следующей, более настырной проверки.
Полученное таким образом, как бы легальное, удостоверение личности могло помочь чужакам, не имеющим номера социального
Вначале Андрей чувствовал себя неуютно. Часто отрывая глаза от монитора с программой, он оглядывал просторную, шумную комнату. Кроме стола, за который посадили Андрея, в комнате размещались столы ещё нескольких сотрудников, а на подвешенных под потолком телевизорах, бубнивших на испанском и восточно-европейских языках, беспрерывно шли футбольные игры. Вероятно, эти передачи транслировались с интернационального спутника, настроенного на спортивный канал. Приходили какие-то люди. Работники компании беседовали с ними, и до Андрея долетали отрывки этих многоязычных бесед: одна молодая сотрудница, помимо английского, владела испанским, другая — польским, а вертлявый парень — русским и украинским. Только спустя некоторое время Андрею удалось полностью сосредоточиться на программировании — он увлёкся заданием и перестал обращать внимание на происходящую вокруг суету… но внезапно рядом кто-то нахально заорал:
— FBI!!!
Андрей рассердился — он тщательно продумывал конструкцию очередной таблицы, и все его умозаключения сразу же рассыпались от этого крика… Ну что за идиот так глупо шутит! Ему опять пришлось оторваться от экрана монитора…
Вокруг него толпились люди в тёмно-синих костюмах, бронежилетах и касках, с настоящими автоматами наперевес. Девушка, бегло говорившая по-испански, и та, что по-польски, и вертлявый парень, и сам Илюша, которого в этот момент вводили в комнату, уже были в наручниках, а один из спецназовцев, похоже, собирался сделать то же самое с руками Андрея…
— Так вы студент? Как же вы очутились в офисе этой компании за монитором компьютера, если не работаете там и не знаете, чем они занимаются? — несколько раз, на разные лады спрашивали у Андрея в полиции на собеседовании, сначала полицейский в форме, потом другой — в штатском. (По-русски это можно было бы назвать «допросом», но Андрею не пришло в голову такое слово, да и вообще многие слова — и английские, и русские — забились в какие-то потаённые норы, и выковыривать их оттуда стало очень трудно).
— Я там сегодня первый день… всего несколько часов. Меня пригласили разработать для них программу для обслуживания базы данных…
— Вы где-то ещё работаете? — продолжал штатский, записывая (он был особо дотошным).
— Да, — ответил Андрей, — я считаю деньги.
Полицейский удивлённо поднял глаза. Ему, видимо, показалось, что он ослышался, а может, Андрей как-то неверно произнёс последнюю фразу.
— Что? Что вы… считаете? — переспросил полицейский.
Отпустили Андрея только часа через четыре, пообещав, что подвезут к зданию Илюшиного офиса, где осталась припаркованной его машина. В конце концов, объяснениям, видимо, поверили, а, может, успели проверить всё, что он наговорил.