24 часа
Шрифт:
На плечо легла рука: Хики, оказывается, стоял рядом, а она даже не почувствовала. Он помахал вслед отъезжающему «лексусу», Стефани просигналила в ответ и скрылась за поворотом.
– А ты молодец, мамочка, – похвалил Джо. – Эта тощая сучка не понимает, что жизнью тебе обязана.
Только сейчас Карен поняла, что трясется.
Хики похлопал ее по спине покровительственно, совсем как муж.
– Ну все, пошли в дом. Сандвич стынет.
Доклад Уилла подходил к концу. В темном конференц-зале слышался тревожный шорох: зрители
– Подобная инъекция заслуживает детального разбора, – проговорил Дженнингс, – хотя, на мой взгляд, польза нового лекарства в данной ситуации очевидна.
Вместо беременной женщины в кадре появился Уилл, играющий в гольф на аннандейлском поле, хорошо знакомом большинству присутствующих. Немного фантазии плюс пара часов монтажа, и зрители увидели, как доктор Дженнингс наносит фантастической красоты удар. Когда под аккомпанемент мексиканской мелодии из "Жестяного кубка" с Кевином Костнером мяч закатился в лунку, из темноты раздалось оглушительное "Bот это да!" (скорее всего Джексон Эверетт не сдержался), а за ним бешеные аплодисменты.
– Завтра на протяжении двух часов я буду на выставочном стенде «Кляйн-Адамс», – объявил Дженнингс. – Я привез с собой образцы рестораза и несколько шприцев со сжатым газом, о которых сегодня рассказывал. С удовольствием отвечу на все ваши вопросы.
На этот раз овации были менее бурными, зато более продолжительными. Сол Стайн поднялся на трибуну и потрепал Уилла по спине. Пожав ему руку, Дженнингс начал отсоединять компьютер, а Стайн терпеливо ждал, пока стихнут аплодисменты. Похвалив презентацию, президент Медицинской ассоциации Миссисипи объявил программу завтрашних семинаров. Уилл уложил ноутбук в кейс и спустился к своему столику.
Толпа поздравляющих тут же подхватила его и понесла из конференц-зала в крытое помещение. Перед глазами до сих пор стояла девушка в черном, но среди улыбающихся коллег ее не было. Без малого пятнадцать минут Уилл пожимал руки и выслушивал комплименты, затем, прежде чем подоспели особо надоедливые болтуны, сбежал к лифтам.
Как во всех отелях-казино, администрация "Бо риваж" постаралась, чтобы гости как можно чаще проходили через целые заслоны игровых автоматов и столов для рулетки. Страшно болели суставы, и Уиллу хотелось только одного: поскорее вернуться в номер и принять ибупрофен.
Дженнингс собирался воспользоваться лифтом для VIP-гостей, но Джексон Эверетт утащил его с собой к обычным. Эверетт держал в руке очередной коктейль, а ромом от него разило не меньше, чем от Джона Сильвера. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, однако тут двери лифта открылись, и из кабины вышла пожилая женщина с целым мешком двадцатипятицентовиков в руках.
– В чистилище их, бабуля, в чистилище! –
Усмехнувшись, старуха побрела в фойе. Затолкнув Уилла в кабину, Эверетт вошел следом, а за ним еще два доктора с бейджами. Двери начали закрываться.
– Подождите! – послышался женский голос.
Резкое движение, и правая рука Уилла заблокировала двери. Он сморщился от боли, а в кабинку протиснулась блондинка в черном.
– Спасибо! – проговорила она и зарделась, будто от быстрого бега.
– Не за что, – отозвался Дженнингс.
Девушка тут же повернулась спиной, оставив Уилла разглядывать гриву а-ля Лорен Баколл. Кабина лифта была обшита светлым деревом и облицована зеркалами, и, посмотрев направо, Дженнингс получил возможность наслаждаться изящным профилем незнакомки. К его удивлению и возмущению, два других доктора откровенно раздевали ее глазами, а девушка, прижимая к груди сумочку, невинно разглядывала пол.
Неужели не чувствует плотоядные взгляды?
– Дженнингс, ты сам ролик монтировал? – поинтересовался один из докторов, лицо которого казалось смутно знакомым. – Или умницу секретаршу заставил?
– Наверное, Карен постаралась, – вмешался Эверетт.
– Нет, сам, это легче, чем кажется.
– Вполне вероятно, – проговорил доктор. – Но откуда время берешь?
– Ну я же не страдаю вредными привычками Джека…
– Ха, и это говорит парень, который изобрел идеальный наркотик для насильников!
Лифт остановился на восьмом этаже, и в кабине повисла неловкая тишина. Мужчины замерли, ожидая, что девушка выйдет первой, однако она не шевелилась. Извинившись, один из докторов протиснулся к выходу. Наглец Эверетт потянулся, будто желая ущипнуть круглую попку, а потом загоготал и вышел за коллегой. Вместо того чтобы отправиться к себе, он повернулся к лифту и ткнул пальцем в Уилла.
– Слушай, пошли с нами в казино! Тебе понравится! А потом, если скучно станет, устроим танцы. Понимаешь, о чем я?
Блондинка будто окаменела.
– Мне нужно позвонить Карен, – заявил Дженнингс, не позволяя Эверетту вдаваться в подробности, – а завтра утром гольф. Давайте, ребята, веселитесь как следует.
– По-другому не умеем, – усмехнулся Эверетт, поднимая и опуская брови в духе комика Граучо Маркса.
Воспользовавшись паузой, Уилл потянулся к панели и нажал на кнопку "Закрыть двери".
– Спасибо, – поблагодарила девушка, когда наконец удалось избавиться от Эверетта.
– На самом деле Джек – отличный парень, просто сегодня немного выпил.
Блондинка кивнула, давая понять, что к подобным вещам давно привыкла. Лифт начал подниматься, и Уилл снова поймал себя на том, что беззастенчиво любуется великолепной фигурой незнакомки. Подняв глаза, он перехватил ее взгляд, густо покраснел и принялся рассматривать носки туфель.
За спиной кто-то откашлялся. Боже, да он совсем забыл про второго доктора! На этот раз лифт остановился на тринадцатом этаже. Коллега Дженнингса вышел, оставив его наедине с блондинкой.
– Какой этаж? – спросила она.