#20 восьмая
Шрифт:
— Лёш, так что ты хотел? Ты же не просто так звонишь мне.
— Оль, скажи, а ты не могла бы дать мне телефон того самого парня, который работал в детективном агентстве… «Альфа», кажется, называется? Ты встречалась с ним лет шесть назад, если я правильно ориентируюсь в датах твоих романов.
Возникла длинная, неприятная и неприязненная пауза.
— Андреев, а он тебе зачем? — сухо спросила Оля.
— Хочу навести справки.
— О ком?
— Об одной знакомой.
— И всё?
— И всё.
— Угу… — Оля помолчала, явно что-то обдумывая. — Ну, ладно, хорошо, записывай. Его, как это ни
— Андрей Андреев? — пошутил я.
— Нет, Андрей Исаев. Мобильный… — дальше Оля продиктовала мне цифры. — Единственная просьба, если Исаев спросит, откуда у тебя его телефон — а он обязательно спросит — то ты…
— Я буду нем, как Рыбы, — немедленно обнадёжил её я придуманной ею же шуткой. Но Романова даже не улыбнулась.
— Вот именно, — подчеркнула она. — Ты не скажешь ему. Ну, пока, Андреев.
Она отключилась. Раздумывать над тем, чем конкретно «зацепил» Олю этот Андрей Исаев, мне было, мягко говоря, ни к чему. Посмотрел на часы. Прикинул, что в Москве сейчас около десяти вечера. Мысленно извинился перед неизвестным мне полу-тёзкой и набрал его номер.
— Да! Я вас слушаю. — Исаев взял трубку при первом же гудке.
Тон был вызывающим, но вот его голос… Никогда не слышал такой бархатный тембр. Переварив первый шок, я представился. Кратко объяснил, что мне нужно. На вопрос, откуда телефон, отделался общей фразой, что знакомый порекомендовал, а какой — неважно. Исаев выслушал меня, не перебив ни разу. Потом ответил:
— Алексей Михайлович, вообще-то информацию о самой Ларионовой я могу дать вам ровно через три часа. Для этого вам будет нужно в течении этого же времени перевести деньги на счёт агентства «Альфа». Номер счета и реквизиты есть у нас на сайте. Далее, если вы после получения первичных данных захотите расширить задачу, например, получить подробное досье на объект, то сумма возрастёт троекратно, а вам придётся подождать дня три-четыре.
— Понял.
— Раз поняли, тогда я жду подтверждение о переводе суммы.
Неведомый мне Исаев отключился, а я открыл компьютер. Перевёл в «Альфу» ровно две штуки баксов, скинул Исаеву подтверждение, что сумма пошла. Заодно, проверил входящие, написал ответы всем своим менеджерам, перепулил пару писем непосредственно Эрлиху. Не зная, как ещё убить время, просмотрел фокасты, откорректировал планы продаж, начал рассчитывать бонусы. Через три часа, когда я уже окончательно извёлся, мой телефон взорвался звонком.
— Алексей Михайлович? Это Исаев. Информация о Ларионовой Елене Григорьевне. Готовы её выслушать?
— Безусловно, — в тон Исаеву ответил я, стёк вниз по стулу и положил ногу на ногу. — Стреляйте, Андрей Сергеевич.
— Тогда начнём с самого простого. Елена Ларионова родилась в Москве, 11 ноября 1985 года. В 2002 году закончила московскую специализированную школу № 1287 с углублённым изучением английского языка. Далее поступила в Российский Государственный Университет нефти и газа имени Губкина. Вышла с красным дипломом, но от аспирантуры отказалась. Первое место работы — дистрибуторская компания «Ирбис». Устроилась туда сразу же после университета. Занятно, но ровно через шесть месяцев была назначена на позицию замдиректора по партнёрам. — Исаев сделал паузу, давая мне возможность спросить, а с чем, собственно говоря, связано повышение. Но я и так
— Дальше, — потребовал я.
— Дальше? — Исаев фыркнул. — Ну, а дальше, что вы, видимо, тоже уже знаете, — насмешливо продолжил он, — дальше Ларионова Елена Григорьевна продолжает трудиться в той же самой компании и в той же самой должности. Открытых нареканий нет. Более того, её даже поощряли не раз.
— Вы это как узнали? — удивился я.
— Элементарно. Я взломал внутренний портал «Ирбис». Выдернул из новостных лент их отдела кадров даты ежегодных собраний. Так я вышел на фотографии, где награжденные руководством позируют вместе с грамотами, вымпелами и прочей атрибутикой, выделяющей их работу. Не знаю, в курсе ли вы, но в «Ирбис» работает порядка пяти тысяч человек. Но — все два года, что Ларионова работает в этой компании, она была единственной, кто получал награды каждый год. И на мой взгляд, эта ситуация неестественная.
— То есть вы считаете, что её не за что награждать? — холодно осведомился я.
— Нет. Я считаю, что у Ларионовой сложились очень хорошие отношения с её руководством.
«Это у неё с Кристенссеном сложились “очень хорошие” отношения», — с досадой подумал я, начиная прозревать истину ...
Дело в том, что в современном цивилизованном мире (за исключением КНДР с их расстрелом нерадивых подчинённых) есть только две формы поощрения служащих: европейская и социалистическая. При европейском подходе вам регулярно дают бонусы, повышение в должности или компенсацию. При комсомольско-социалистическом раз в год на общих собраниях (представляющих собой два часа тягомотных речей и фуршет из разряда «пиво-чай-бутерброды») вам вручают очень «ценный», и, главное, очень «полезный» подарок: кубок с крышкой, кусок оргстекла «под хрусталь» с надписью «за успехи». А прибыль, полученную от вашей работы, руководство кладет себе в карман. И если я, директор по продажам, хоть что-нибудь понимаю в бизнесе, то Ларионова не получила ни копейки за «фальшдоки» под №№ 27/15, 322/42 и 088.
«Или — получила?»
— Андрей, а вы смогли разобраться, как была куплена квартира Ларионовой на Ленинском проспекте и есть ли у Елены Григорьевны машина, дача и прочее? — задал я Исаеву очень простой и конкретный вопрос.
— А вы зрите в корень, — фыркнул он. — Нет, у Ларионовой нет ни водительских прав, ни автомобиля. Из собственности у неё только квартира на Ленинском, дом сто пять. Кстати, не новостройка. Квартира приобретена на её имя пять лет назад. Не спрашивайте, как я это узнал. — (Видимо, Исаев опять какой-то сайт взломал, сообразил я.) — Но взнос за квартиру был сделан не с личного счёта Ларионовой.
— А оплату за квартиру не мог произвести её отец, который работал в Газпроме? — подумав, спросил я.
— Не мог. Абсолютно точно. Потому что в ПАО «Газпром», в должности вице-президента по разработке стратегических месторождений действительно работал Ярослав Аркадьевич Ларионов. Но он умер за год до покупки этой квартиры.
— Подождите, вы не ошибаетесь? — насторожился я. — Может быть, это был Ларионов Григорий Аркадьевич?
— Да нет, я не ошибаюсь. Так что Ларионов Ярослав Аркадьевич Ларионовой не отец, а…