1894. Часть 2
Шрифт:
– Садись сзади, "эстет". Поехали смотреть изумительное древнее гавайское умение катания на волнах.
– Принцесса катается на доске?
– Все канаки катаются на доске, но Виктория - само совершенство.
– В женском платье это невозможно!
Гусев промолчал. Через пару минут они добрались да океанского пляжа, где десятки канаков уже забегали в воду со своими досками. Принцесса обернулась к подъехавшим русским
– Вова! Представь себе Англию, их купальные костюмы. Представил? С каким восторгом посетители пляжа следили за "хрупкой фигуркой", покоряющей волны вблизи туманного Альбиона, - рассмеялся Ершов.
– Такова культура этой страны. Здесь нет ничего аморального, - Гусев как будто извинялся за принцессу.
– Да. Эта культура нравится моим крестьянам и твоим казакам. Для тех, кто чувствует себя на побывке - это рай. Но тем, кто строит планы здесь обосноваться, бесконечные любовные похождения жены могут не понравиться. Кстати, те, вторые, хотят привезти жен из России. Ко мне уже подходили с просьбами, - засмеялся Ершов, - Поехали в город. Ты не знаешь, где тут можно купить доску?
– Возьми мою. Длинная доска из дерева вили-вили, так называемая "оло". Тебя свободно выдержит. Только поздно нам начинать учиться. Я это сразу понял. Виктория, конечно, меня жалела, когда она учила меня, то врала про мой врожденный талант. И тебя, я смотрю, принцесса зацепила?
– помрачнел Гусев.
– Нет. Секс с Клаудией чудесен. Умна, чувствительна и, я думаю, способна любить. Я почти женат. Да-а. Так ты говоришь, принцесса внезапно возжелала научить старого зануду-солдата кататься голышом на доске? Так, как она привыкла это делать с канаками.
Гусев в раздражении отвернулся:
– Если честно, то меня бесит эта привычка Виктории. Канаки поедают её взглядами.
– Зато ты не можешь сказать "раздевают взглядами", - неудачно пошутил Николай, и, увидев лицо Володи, добавил, - Дружище, не злись. Уверен, она не спит с канаками.
– Ты. Ты! Не смей говорить о ней, как о ..., - задохнулся от возмущения Гусев.
– ... о шлюшке?
Гусев ударил Ершова коротким, жестоким ударом. Николай упал, оказавшись в полной власти своего друга. Гусев нанес второй удар, лишь в последний момент остановив его.
– У неё отлично получилось! Я никогда бы не поверил, что нас кто-то может поссорить, - грустно сказал Ершов.
– Что же мне так не везет с бабами?!
– Лиза с тобой два года. Она хоть один раз посмотрела в сторону другого мужика? Стоит Франческе только начать кокетничать с тобой, и Лиза вспыхивает, как спичка. А как она страдает, что не может родить тебе
– Что ты их сравниваешь? У Лизы три класса образования, а Виктория знает три языка, сочиняет стихи, поёт, закончила Сорбонну, - не сдавался Гусев.
– С чего бы это, такой утонченной дамочке внезапно влюбиться в "старого солдата, не знающего слов любви"?
– улыбнулся Ершов.
– "... но когда я впервые увидел донну Вику, я почувствовал себя утомленным путником, который на склоне жизненного пути узрел на озаренном солнцем поле нежную, нежную фиалку". Ты не поверишь, но всё именно так! А ты циничен и подозрителен.
– Ты путаешь меня с Серегой? Это он - циник, а я - романтик! Разочарованный жизнью, но романтик.
– Что бы ты про Викторию ни говорил, а я рискну, попробую. Тянет меня к ней. Неудержимо тянет, - признался Гусев.
* * *
Представитель госдепа на Гавайях Джон Стивенс пригласил Ершова к себе, фактически вызвал.
"Проверка на вшивость: будет к нему новый премьер бегать по первому вызову или проявит гонор. Он еще у меня, не дай бог, отчета потребует, а то и инструкции начнет выдавать", - недовольно подумал Николай.
Конфликтовать Ершов не стал, но перенес встречу на более позднее время, объяснив это графиком своей работы. Стивенс встретил Ершова сухо.
"Дипломат должен быть гибким, хитрым и лицемерным, но не таким прямолинейным", - с недовольством фыркнул "про себя" Николай.
Плохое настроение Стивенса, как выяснилось, было вызвано неприятностями на крейсере.
– Вы отказались ремонтировать течь корабля, в результате капитан хочет посадить крейсер на мель, чтобы тот не утонул. Это огромная потеря для флота США.
– Во-первых, такой ремонт возможен только в сухом доке. Во-вторых, удар о грунт окончательно погубит корабль, течь станет катастрофически большой, - заявил Ершов.
– Вы предлагали пройти три тысячи миль. Две недели четыре помпы, установленные у бизань-мачты, работают без перерыва. К работе привлечен весь экипаж. Это не работа, это пытка. Капитан попытался набрать канаков для работы на помпах, никто не захотел.
– Я слышал. Он предлагал работать за два доллара в день. Нужно было предложить пять, - недовольно скривился Ершов.
– Согласитесь, мистер Ершов, предложенный вами переход крейсера в США, это гибель корабля. Помпы могут сломаться, от шторма увеличится течь.
– Крейсер "Бостон" крайне неудачен, он устарел ещё до того, как вступил в строй пять лет назад. Низкая скорость, плохая мореходность, полное парусное вооружение, недостаточная броневая защита, неудачно расположенная артиллерия - всё это следствие того, что подряд отдали фирме "Джон Роуч", не имевшей никакого опыта.