14 ночей с монстром
Шрифт:
— Ты уверен, что в наставницы мне стоило определить именно хранительницу? — неуверенно произнесла я.
— Более чем.
— Я в сравнении с ней просто пешка, букашка, которая ничего не знает.
Не знала. Этот контакт с тенью и песком стал настоящим чудом, открывая тайны, о которых я даже не подозревала и не думала. Показывал, как тесно сплетены дрейги с родной планетой и прошлым. Что сумеречный мир — это не просто мир, а что-то вроде загробного чистилища, в котором обедают траминшлаарт — души почивших героев. Они
И моя тень тоже когда-то была тайрифи, жила и любила. Потом и я уйду за грань миров и тоже стану частью другой такой же одаренной. Круг жизни, связанный с самим сердцем Дэрриума и песком.
Дрейг взял меня за руку и повел прочь из зала. Я опять услышала шепот песка, но так и не смогла разобрать ни слова…
Интересно, знали ли нападающие о таком даре песков?
— Ты ошибаешься, — отозвался Элгар. — Я более, чем уверен, что вы должны встретиться и поговорить. И чем скорее, тем лучше.
— Почему?
Мужчина ответил не сразу.
— Как бы странно это ни звучало, но вы с ней очень похожи.
— Похожи? — удивленно переспросила я. — Ты умеешь в виду дар?
Но мужчина словно закрылся от меня, о чем-то сосредоточенно думая.
— Не только дар. Ты сама все увидишь.
Все оказалось немного не так, как он предполагал.
— Ану Диррен просила сообщить, что встреча переносится на утро завтрашнего дня, — сообщила девушка-бионик, стоило нам подойти к стойке.
— Что-то случилось? — сразу напрягся Элгар и я встревожилась вместе с ним.
— Не могу вам сказать. Данная информация мне не доступна, — все так же доброжелательно улыбаясь, сообщила она.
— Хорошо, спасибо.
Мы вышли из здания и замерли на высоких ступеньках.
— Странно, — осматриваясь, тихо произнесла я. — Мне казалось, что такое хранилище должно охраняться более тщательно.
Элгар поднял на меня задумчивый взгляд изумрудных глаз и неожиданно улыбнулся.
— Пусть тебя не обманывают эти девицы. Это последняя модификация биоников, разработанная и дополненная уже нами. Это смертоносные убийцы, каждая из которых в одиночку может уничтожить трансформировавшегося дрейга. И без приглашения и разрешения Микеллы сюда никому не войти. Здание просто заблокирует все входы и выходы.
— Да? — Я обернулась, изучая хранилище. А с виду такое обычное и совсем неопасное здание. — Никогда бы не подумала. Так что нам теперь делать?
— Я сам лично свяжусь с Микеллой и выясню, в чем причина переноса встречи.
— Думаешь, это что-то серьезное?
— Пока не знаю. Но у нас есть практически целый день, чтобы побыть вдвоем.
— И что мы будем делать? — невольно улыбнулась я.
— А что обычно делают в таком случае? — озорно сверкнув глазами, спросил Элгар, который сейчас так сильно отличался от того грозного и жуткого дрейга, с которым я встретилась девять дней назад в самой
— Не знаю. Я никогда не была в подобной ситуации.
И впервые за долгое время мне не надо было куда-то бежать, что-то делать или наоборот бесцельно бродить по пустой комнате из угла в угол. Я могла делать что хочу и не бояться. Невероятное чувство.
— Значит, — беря меня за руку, произнес Форр. — Будем учиться бездельничать вместе.
Быстро сбежав по ступенькам, мы выбрали одно из желтых авто и забрались внутрь.
— Для начала нам не мешает позавтракать и принять душ.
— Позавтракать? Да, отличная идея. Я страшно проголодалась.
— Не мудрено, — отозвался дрейг, вбивая новый адрес. — Сейчас десять утра.
— Сколько? — ахнула я недоверчиво. — Не может быть!
— Время в песках течет незаметно. Именно поэтому тебе было так опасно долго находиться там, — пояснил он, откидываясь на спинку кресла и обнимая меня. — Я уже говорил, что горжусь тобой?
— Ты меня перехваливаешь.
— Отыгрываюсь за те дни, что был вынужден молчать, боясь спугнуть.
— Спасибо, — отозвалась я.
— За что? — щекоча дыханием чувствительную кожу за ушком, промурчал Элгар.
— За то, что был терпелив. Даже не представляю, как было сложно.
— Очень. Видеть тебя, разговаривать и умирать от желания коснуться, прижать к себе. Поэтому и рычал, думал, что это хоть как-то поможет удержаться. Но видеть опустошение и страх в твоих глазах было еще большим мучением. А еще док… Я ведь чуть не убил его, Софи.
Я вздрогнула и осторожно повернулась к мужчине, встречаясь с изумрудным взглядом:
— Но ты этого не сделал.
— Никогда не ревновал. Но ты… на тебе был его запах. И твои глаза оживали при упоминании этого проклятого Сеймура. Ему ты улыбалась, а не мне. Ему позволила поцеловать себя.
— Чарлтон дорог мне. Он один из немногих, кто не отвернулся, когда был так нужен. Я благодарна ему за все.
— И он тебе нравился, — рыкнул дрейг и золотистые чешуйки засияли на скуле.
— Да. Нравился, — не стала отрицать я, оживляя забытые чувства, которые, как оказалось, похоронила в глубине сердца. — Но не так… С тобой все иначе, по-другому.
И замолчала. Не знаю, что еще сказать и надо ли это говорить.
С Чаром все было мягко, нежно и тепло. Никакой безумной страсти и огня, который терзал, стоило Элгару лишь коснуться меня. С Сеймуром я оживала, но с дрейгом заново родилась. Став тем, кем даже не мечтала стать. Той старой Софии, забитой и испуганной, пассивной и жертвенной идеально подходил добрый доктор. Но новой Софи, которая только начинала жить, подняв голову и расправив плечи, нужно было совсем иное.
— Так дальше и будет, — прижимая меня к себе еще теснее, отозвался дрейг и зарылся носом в мои волосы. — Ты так вкусно пахнешь… теперь еще и Дэрриумом.