14 недель

Гаджиала Джессика

Она не была ничем из этого.

В руке у нее был коричневый бумажный стаканчик с темно-красным пятном жирной помады на белой крышке, а на запястье — полдюжины браслетов. В то время как мой стиль постоянно менялся, буквально менялся от одного дня к другому, у Кэсси был очень определенный стиль «стильный кэжуал», который почти всегда включал в себя льняные брюки разных светлых цветов — бежевые, пыльная роза, белый, зеленый шалфей, а затем шелковый или хлопковый, или какой-нибудь другой стильный топ, балетки и множество дорогих и уникальных украшений.

И

если я происходила из очень скромных семей, то Кэсси всю жизнь принадлежала к среднему классу. Так что у нее не было «контактов», как у меня. Может быть, она бесстыдно флиртовала с Сойером и Броком в течение многих лет, когда они ненадолго уходили в отпуск после сверхсекретной военной операции? Конечно. Но она не знала их. У нее не было связи с ними, потому что они знали моего брата так же, как я.

Я подумала, что если и есть шанс, что они возьмутся за такое дело, то только из-за этой связи.

Поэтому мы вышли из магазина и снова заперли двери, я сказала ей, что буду держать ее в курсе событий, когда сяду в свой кроссовер, который я любила, возможно, слишком сильно, потому что он смог внести почти половину стоимости чека в качестве аванса и был примерно в шести месяцах от погашения — чего более молодая я никогда не могла себе представить. Затем я повернула в сторону «Сыскного агентства Сойера», планируя просто ворваться туда без предварительной записи.

Они знали меня достаточно хорошо, чтобы понять, что это в моем стиле.

Глава 1

Тиг

Это была медленная неделя.

И если группа из трех человек, привыкших к постоянной работе и активным действиям, и была чем-то не удовлетворена, то это сидением без дела.

Но именно этим мы и занимались. Мы все были в кабинете Сойера, они вдвоем сидели и пили кофе, а я стоял у окна. Мардж не было, поэтому не было абсолютно никакого предупреждения, прежде чем дверь распахнулась, и там встала женщина.

Сказать, что она была великолепна, было бы преуменьшением десятилетия. Но, опять же, она всегда была красива.

Она была высокой — вся, ноги и торс с круглой задницей и достаточной верхней частью тела, чтобы вызвать интерес у мужчины. У нее была чертовски безупречная кожа смешанной расы, светло-коричневая, с длинными, вьющимися черными волосами и потрясающими ореховыми глазами.

И поскольку она была такой, какой была, она одевалась так, чтобы произвести впечатление.

На ней была обтягивающая зеленая юбка-карандаш и белая футболка с длинными рукавами, достаточно короткая, чтобы между ней и юбкой был виден кусочек кожи. На ногах у нее были какие-то потрепанные зеленые ботинки, а в руке она держала зелено-белый полосатый клатч с пятью серебряными маленькими кольцами на трех разных пальцах и серебряные часы на белом ремешке на одном запястье.

Она одевалась так, потому что зарабатывала на жизнь дизайном одежды.

— О, черт. Вот так неприятность, — сказал Брок, покачав головой с забавной улыбкой на лице.

Он

не ошибся.

Если Кензи и была чем-то особенным, так это неприятностями.

— Кенз, — вздохнул Сойер, уже качая головой в ее сторону.

— Сойер, — сказала она, уже поднимая подбородок, вероятно, понимая, что он не хочет иметь с ней дело. — Мне нужна твоя помощь.

— Вот, бл*ть, — рассмеялся он, покачав головой.

— Почему ты не можешь попросить своих братьев? — спросил Брок.

— Пейн все еще находится в этой нелепой фазе медового месяца с Элси, а Энзо в городе, работает на Ксандера Родса и болтает о той цыпочке Аспен. Они оба достаточно подчищали за мной.

— Они знают, что у тебя какие-то проблемы?

— Разве я сказала, что у меня проблемы?

— Ты сказала, что тебе нужна помощь.

— С каких пор это синонимы одного слова?

— Примерно с того дня, когда ты стала достаточно взрослой, чтобы выходить из дома одной. Ты была просто ходячим, говорящим, горячим, как дерьмо, комочком проблем.

На это ее губы дернулись.

— Я пропущу это мимо ушей, потому что ты назвал меня горячим дерьмом. Но чтобы ответить на твой вопрос, нет. Я не говорила об этом со своими братьями и не планирую. Как и никто из вас.

— Ты в опасности?

— Зависит от того, что ты под этим подразумеваешь.

— Ты знаешь кого-то, кто собирается отметить тебя или убить?

— Послушай, это не…

— Тогда мы не беремся за твое дело.

— Сойер…

— Нет, — сказал он более твердо.

— Брок, — попыталась она, переводя взгляд на него.

— Дорогая, я здесь не главный.

Ее плечи напряглись, а челюсть сжалась. Видите ли, даже если вы знали Кензи только издалека, как я, вы знали, когда она собиралась взорваться. И, видите ли, она была известна своим отношением, будучи достаточно сильной, чтобы справиться с обоими своими крутыми братьями-бандитами.

— Послушай меня, ты, высокомерный ублюдок, — огрызнулась она, подойдя к столу и положив на него руки, наклонилась к нему. — Видишь? Я знаю, что ты меня знаешь. Но дело в том, что я проявляю должную осмотрительность. Поэтому я проверила тебя. И у тебя, Сойер Андерсон, есть одна слабость.

— Детка, если бы ты знала меня, ты бы знала, что у меня нет слабостей.

— О, — сказала она, слегка улыбнувшись. — Видишь ли, забавно, что ты спрашиваешь меня о моих братьях. Потому что, если ты откажешься помочь мне, я собираюсь увидеться с твоими.

Сойер напрягся при этих словах.

Видите ли, она была права.

Баррет был слабым местом Сойера.

Потому что Баррет работал на Сойера и был лучшим, мать его, следователем, с которым большинство из нас когда-либо сталкивались, даже будучи сами в этом бизнесе. Но там, где у него были мозги, ему не хватало физической подготовки. Сойер и Брок десять с лишним лет служили в армии, специализируясь на некоторых черных операциях, которые даже не были занесены в сверхсекретные книги.