14 недель
Шрифт:
Это было похоже на план.
— Хорошо, — согласилась я, чувствуя, что вынуждена слегка наклониться вперед и прислониться лбом к его сильной груди, что было совершенно не похоже на меня, но мне почему-то казалось правильным прислониться к нему.
— Хорошо, — согласился он, его рука на секунду задержалась на моей пояснице, прежде чем его губы прижались к моему виску, и он отодвинулся. — Мы уходим, — сказал он комнате, немного без необходимости. Я была уверена, что все они знали, что мы собираемся уйти, чтобы заняться этим. И мне было все равно, когда рука Тига потянулась к моей, его сильные пальцы проскользнули между моими, скрутились и крепко сжались.
—
— Этому ублюдку это с рук не сойдет, — сказала Алекс, качая головой. — Я собираюсь найти его.
— Детка, это была Кас и ее… — Сойер начал возражать.
— Нет. Нет, не была. То есть, она была, но то дерьмо, которое они сделали, было любительским. Камеры наблюдения, разгромленный магазин, это не требует изящества. Эти видео, загрузка, требования, это дерьмо сложное. Этой работой занимались «фермеры», и тот, кто это сделал, чертовски хорош, и я хочу его найти.
— Просто для ясности, — вклинился Брок, растягивая губы в улыбке, — ты хочешь найти его, потому что хочешь его уничтожить, или потому что хочешь создать для него фан-клуб?
Выражение лица Алекс сказало все.
— Я еще не решила, — призналась она.
— Ладно, как хочешь, детка, — сказал Сойер, помахал всем рукой и направился к двери.
Все остальные тоже вышли, попрощавшись на улице. Мой взгляд остановился на полицейском участке, и Брок толкнул меня плечом.
— Не волнуйся. Я поговорю с Лойдом. Иди домой со своим мужчиной.
С моим мужчиной.
Я наклонила голову, чтобы посмотреть на него, по-настоящему увидев его таким, возможно, впервые. Моим. Он был моим.
— Пойдем, — призвал он, потянув меня к своему внедорожнику и помогая мне забраться внутрь.
И поскольку мой разум был на месте, а я не из тех, кто будет шарахаться, гадать и изводить себя по пустякам, когда можно просто перейти к делу и встретиться с ними лицом к лицу, когда мы выехали на дорогу, я спросила.
— Что это? — Его взгляд на секунду переместился в мою сторону, брови сошлись вместе. — Ты и я. Я подумала, что могу подождать пару недель, чтобы понять, каковы твои намерения, или просто спросить.
Он не ответил сразу, свернул с дороги, затем остановился у своего здания, припарковался, затем повернулся на своем сиденье, чтобы уделить мне все свое внимание.
— Я не хотел нагружать тебя слишком многим, учитывая все, что происходит с Кас, поэтому я не все прояснил с самого начала. Но это наше с тобой дело, оно к чему-то идет. Могу ли я гарантировать, что мы всегда будем ладить, что мы не будем ходить по кругу из-за разных вещей? Нет. Могу ли я обещать, что это приведет к браку, детям и счастливой жизни? Опять же, нет. Но что я могу сказать, мне нравится то, что я вижу, Кенз. Мне нравится твой дух. Мне нравится, что ты заботишься о себе. Мне нравится, что ты не нуждаешься во мне, но хочешь меня, несмотря ни на что. Мне нравится твоя преданность и бесстрашие. Мне нравится, что ты тверда как черт, но таешь для меня. И, хотя я думаю, это само собой разумеется, мне чертовски нравится, что именно я могу попробовать тебя на вкус и войти в тебя. Это куда-то ведет. И когда я вижу будущее с кем-то, я серьезно, как дерьмо, вкладываю в него все свои силы. Так что я на этом этапе. А ты где?
Хорошо, у меня внутри все расплавилось от его заявления. Я решила
Он также был прав; я не нуждалась в нем. На самом деле, я надеялась, что в моей жизни никогда не будет дня, когда я буду нуждаться в каком-либо мужчине. Я была целостной, даже когда была одна, и я была благодарна своей матери за то, что она никогда не позволяла мне думать, что я только половинка, ищущая свою вторую половинку, которая бы меня дополнила. Но, несмотря на это, поскольку я была целой, мне было чем поделиться с кем-то еще. Мне было что дать.
И я хотела дать это Тигу.
— Я собираюсь свести тебя с ума, и разглагольствовать, и бредить, стучать по твоему полу, и немного украсить твою квартиру, — предупредила я, ухмыляясь. — Я буду нуждаться в этих твоих растираниях ног по крайней мере пять раз в неделю. Ты действительно удивил, показав мне это умение. И я собираюсь таскать тебя на все свои семейные мероприятия и в целом быть немного занозой в заднице и требовательной.
Это было предупреждение.
И его улыбка была достаточно широкой, чтобы согреть его глаза.
— У меня нет иллюзий на твой счет, Кенз. Я все вижу, и я хочу тебя. Мне не нужно гребаное предупреждение. Я хочу знать, что ты собираешься попробовать.
— Я попробую, — согласилась я, чувствуя, как внутри у меня все бурлит, понимая, что, согласившись, я окажусь глубже, чем привыкла. Потому что я никогда раньше не встречалась с таким мужчиной, как Тиг. Я никогда не знала человека, который всегда знал, что думает, и бесстрашно выражал это. Я не знала человека, которому искренне плевать, что о нем думают другие. И уж точно я никогда не встречала человека, который относился бы ко мне так хорошо, как он относился ко мне почти с самого начала. Хотя я никогда не нуждалась в его заботе обо мне, мне искренне нравилось знать, что он хочет этого, что это не какая-то обременительная обязанность, которую он не хочет брать на себя.
— Хорошо, теперь, когда все улажено, давай поднимемся наверх и снимем эту одежду.
И, в общем, я не могла найти никаких недостатков в его плане.
Я следовала за ним, пока он проходил через свои нелепые, но успокаивающие системы безопасности, пока мы поднимались по лестнице. Когда он стоял спиной ко мне, моя рука подошла к поясу галстука и развязала его, затем расстегнула пуговицы на рубашке и выскользнула из лифчика.
— О, я забыл спросить…, — начал он, когда мы оказались в гостиной, и наконец, повернулся ко мне, когда я перекинула его рубашку через плечо, оставив меня только в туфлях на каблуках, которые убивали мои ноги. — Е*аный Христос, — прорычал он, как только повернулся, его глаза были глубокими и горячими, когда он буравил меня взглядом.
— О чем ты хотел меня спросить? — спросила я, пытаясь удержаться от ухмылки чистого женского удовлетворения. Его глаза медленно вернулись к моему лицу, глядя в пустоту. — Возможно, ты хотел спросить, почему ты все еще полностью одет? — предположила я, придвигаясь ближе к нему, и его рубашка выпала из моих пальцев.
Его улыбка стала дьявольской, обещая показать свою признательность в многочисленных кричащих оргазмах. Если и был способ сделать своего мужчину счастливым, так это сексуально шокировать его до смерти.