13 уровень

Петриков Денис Юрьевич

В интернате ему вдолбили, что без специального разрешения, рыбалкой и охотой могут заниматься только дворяне.

— Не ссы, зона вокруг города — вне соцконтроля. Удочка не чипованная, не спалят, — отмахнулся дед. — Ты главное, если что-то поймаешь, обратно отпусти.

— Я не могу… И не умею. С меня же баллы спишут, а то и что похуже, — запротестовал молодой человек.

— Слушай старших, я говорю! — буквально взорвался дед, после чего резко подвис.

Видать полез в сетевой нейроинтерфейс заказывать нужные компоненты.

Уно

расстроился. Если старик упёрся, его было не переубедить. Но всё же, что уж душой кривить, возможность выбраться за город выглядела заманчиво и интересно.

* * *

Автопоезд подлетел к перрону словно хозяин мира — властно и стремительно. Плавно затормозив, он остался стоять, ожидая пассажиров. Как и город, вокзал пустовал. Лишь через пару веток, на перроне поездов центрального узла городской конгломерации, суетливо расхаживали несколько разноцветных фигур.

Подойдя к раздвижным дверям автопоезда, Уно приложил контрольный браслет к управляющей панели. На сенсорном табло высветилась карта маршрута. Потыкав в неё пальцем, молодой человек выбрал нужную остановку. Проблем с выбором не возникло: дед объяснил всё чётко.

Получив информацию, панель услужливо вывела запрос:

«Остановка „Аграрная зона 114 километр“. С вашего социального счёта спишется один балл. Подтвердить выбор?»

Выбрав «Да», Уно расстроился. Всего у него имелось 640 баллов, и он старательно копил их на панельку. Пусть гражданину Третьего класса она давала весьма ограниченные возможности, но всё же доступ к сети среди них имелся. А с сетью можно было и покрутиться, например, выставляя разный хлам на обменники и участвуя в аукционах.

Шагнув в открывшиеся двери, он попал в пустой вагон и уселся на неудобном пассажирском кресле. От перспективы попасть за город стало страшно. О живущих за городом людях на свалке болтали всякое. В основном, правда, рассказы попахивали откровенным бредом, но чем чёрт не шутит.

Автопоезд бесшумно тронулся. За окном, ускоряясь, поползли уродливые серые здания и ангары. Следом замелькали рвы и ряды высоких заборов с натянутой поверх них колючей проволокой. Оборвавшись словно жизнь маленького существа, заборы резко сменились нарезанным на лоскуты безбрежным зелёным покрывалом. Тут и там среди посевов виднелись небольшие домики, от которых тянулись нити сливающихся дорог.

Пожирая глазами полную новизны картину, Уно забросал вопросами сам себя:

«Как они здесь живут, интересно? Без газа, электричества и сети? А откуда берут воду? Дед говорил из-под земли. Это вообще, как? Они спускаются под землю, что ли?»

Из спрятанного под потолком динамика раздался неприятный механический голос:

«Вы покидаете зону социального контроля. За пределами городской конгломерации межличностные отношения регулируются самими гражданами. В случае нарушения ваших прав, обратитесь в ближайшую управу, дружину или специализированный пункт сохранения общественного порядка».

В принципе, как это жить

без назойливого внимания охранных киберов, контрольных полей и скрытых камер Уно знал по школе-интернату. Но там за состоянием учеников дотошно следили преподаватели. В случае беспредела, они немедленно принимали жёсткие меры. Здесь же, за городскими стенами за порядком следили сами жители. Как именно это происходит молодой человек не знал, но из разговоров работников свалки выходило, если тебя здесь убьют и в поле закопают, всем, собственно, будет всё равно.

Но тут же, следом, взрослые обсуждали вариант в аграрку переселиться, неизменно приходя к выводу, что глупо это — добровольно отказываться от цивилизации. Не от всей правда, но от весомой её части.

Отвлекая от тревожных мыслей, из межвагонного пространства вышел высокий полицейский кибер. Первым делом испугавшись, Уно сообразил, что человекоподобный робот делает плановый обход на предмет нарушителей. И что ему, вроде бы, волноваться нечего.

Поравнявшись с единственным пассажиром, кибер остановился. Резко повернув тонированный лицевой щиток в сторону молодого человека, он уставился на закутанную в простыню удочку.

— Что это у тебя? — спросил он строгим металлическим голосом.

«Ну зачем я на это всё согласился?» — простонал про себя Уно.

Дураку понятно: чтобы он не ответил, кибер потребует простыню развернуть, после чего конфискует удочку. Далее последует штраф на баллы и увеличение рабочих норм на месяц — другой. И это в самом лучшем случае.

Дед, однако, всё предусмотрел. Стараясь говорить чётко, молодой человек произнёс заученные перед выходом из дома слова:

— Расширенный протокол 17–24. Код доступа fg-53–46-nd-78. Носитель на ближайшие сутки наделён исключительными правами.

Гром не грянул, сирена не заиграла, кибер не перешел в боевой режим. Молча отвернувшись, он продолжил свой путь по вагону.

«Откуда дед всё это знает?» — в очередной раз восхитился возможностям старого синтета Уно.

Хотя понятно, откуда. Дед ведь управляющие сети и программирует, строго говоря.

Автопоезд начал замедляться, после чего плавно остановился. Мигом позабыв про совершенное правонарушение, молодой человек удивлённо уставился на собравшуюся на перроне толпу. Разношёрстно одетая людская масса с корзинами, мешками и рюкзаками волновалась и переминалась с ноги на ногу, нетерпеливо дожидаясь, когда откроются двери.

Голос из динамика настойчиво произнёс:

«Гражданин Третьего класса Уно, „Остановка 'Аграрная зона 114 километр“ достигнута. Вам пора выходить».

Дождавшись пока единственный пассажир подойдёт к выходу, система управления распахнула двери. На молодого человека уставилось множество удивлённых глаз. Благо хоть в чужих взглядах не наблюдалось враждебности.

— Парень, ты из города, что ли? — с недоверием спросил мужчина в рабочей робе.

Его, стоя рядом, настойчиво дергала за рукав девочка лет шести.