13 уровень
Шрифт:
Так и не встретив на своем пути ни единого человека, Уно добрался до дома. Войдя в подъезд и поднявшись по лестнице на второй этаж, он нерешительно замер перед родной дверью. С той стороны кто-то стоял, он чувствовал это ясно.
Набравшись решимости, молодой человек толкнул дверь. Оказалось заперто. Далее он постучал — громко и продолжительно. Ничего не произошло. Возникла мысль дверь выломать, что было довольно легко. Его сила пробуждённого никуда не делась.
Решив
Пол под задом, как и дверь за спиной тревожно завибрировали. От вибрации Уно проснулся, принявшись крутить головой по сторонам. Что-то изменилось. Мир, точнее маленький его кусочек в виде узкого коридорчика с желтоватым потолком и облупившейся на стенах краской, воспринимался по-новому. Более перспективным, что ли.
Внизу, по-хозяйски, хлопнули дверью. Рассохшиеся деревянные ступени недовольно заскрипели под тяжестью чьего-то тела. Слушая приближающийся скрип, молодой человек подумал до чего же их дом старый. И наверное первый раз в жизни удивился этому факту по-настоящему.
Тем временем в коридор уверенной походкой вошёл высокий темноволосый мужчина в зелёном военном мундире. Статный, с волевым точёным лицом, при виде его Уно невольно захотелось вскочить и вытянуться по струнке. И он бы вскочил, если бы не растерянность от того факта, что незнакомец удивительным образом напомнил ему Алису. Не внешне, конечно. Хотя и внешне тоже.
А после Уно мужчину узнал. На него смотрел «человек с картинки». Вот только сейчас над головой его не было лаврового венка. Пришла спонтанная мысль, что в лавровом венке фюрер смотрелся бы до крайности глупо.
— Ты заставил мою дочь плакать… — остановившись в паре метрах от сидящего на полу молодого человека, спокойным тяжёлым голосом произнёс мужчина.
«Так убейте меня, делов-то», — захотел буркнуть Уно, но не буркнул.
Жить, желательно долго и хотя бы местами счастливо, хотелось больше.
Вместо этого, подняв с пола лежавший рядом меч Антона, он протянул его фюреру.
— Вам просили передать…
— Отдашь его Зелу-Мираду. Если это мохнатое чмо не объявится, то моей дочери, когда ей исполнится двадцать один год. И не вздумай им пользоваться, слышишь? Если решишь убить себя, сделай это менее глупым образом.
Произнеся это, мужчина взял в руки папку, которую довольно бесцеремонно держал под мышкой. Сделав это, он грубо бросил
Всё произошло настолько чётко и быстро, что молодой человек не нашёлся, что сказать. Как не решился он спросить, кто такой этот Зел-Мираду. Да и в целом, он солидно так прифигел, да ещё и спросонья. Строго говоря, только сейчас до него начало полноценно доходить, что он только что общался с могущественным правителем Земли.
Пол задрожал вновь. Напитав энергией антигравы, рядом с домом взлетел доставивший фюрера транспортёр.
Опомнившись, молодой человек взял и раскрыл брошенную ему папку. Приятно пахнувшая дорогой кожей, она словно была доставлена из другого мира — неизвестного и далёкого. Так оно в каком-то смысле и оказалось.
«Приказ о присвоении гражданину ID-27466340964 статуса барона…» — читал Уно и тихо так офигевал.
Если верить красивой, украшенной вензелями, печатями и личной подписью фюрера бумаге, он только что стал дворянином. И не каким-то там пустокарманным баронетом, а полноценным бароном. С соответствующими правами, статусом и солидным куском земли во владении.
Но даже больше первого, молодого человека поразил второй находящийся в папке документ:
«Приказ о зачислении Барона Уно Алито Ратте в Имперскую военную академию, с последующим приёмом на факультет космических исследований, с целью получения профессии: 'Капитан космического судна, исследователь ближнего, дальнего и сверхдальнего космоса».
«Так это, что, выходит у меня фамилия есть?» — поразился читающий бумагу Уно.
Ему, как и его родителям, фамилия была не положена по статусу.
«Наверно присвоили в имперской канцелярии», — рассудил он.
Факт получения фамилии удивил его не менее всего остального — внезапного и удивительного.
Дверной замок за спиной неожиданно щёлкнул.
В этот раз молодой человек вскочил как пружина, отступив от двери на пару шагов. Дверь открылась, на пороге стоял старый синтет. Стоял на своих ногах.
Позабыв обо всём на свете, Уно обрадовался, что дед наконец-то что-то сделал со своим барахлящим телом.
— Ну и где ты шлялся?! Сходил на рыбалку, называется… — проворчал его опекун и наставник в одном лице.
При этом искусственные глаза синтета искрились загадочным и таким человеческим весельем.
«Теперь всё точно будет хорошо», — с непонятной уверенностью рассудил Уно, подумав после, что как же это оказывается приятно — вернуться домой.
Конец первой книги.