11 дней и ночей
Шрифт:
Адела проводила взглядом спину Люсинды и просунула ладонь под халатик. Кожа на животе почти высохла.
– Ты уж постарайся, малыш.
– А куда мы поедем? К тебе на фазенду?
– Надеюсь, ты не против?
– Совсем нет. Я хочу быть с тобой. Приезжай скорей. Она нажала на кнопку и разъединила линию. Адела была не из тех девушек, которые любят часами болтать по телефону, даже если это ей нравилось. Она умела казаться сдержанной.
В гостиной она поставила диск Криса Pea, наполнив пространство гулкой мелодией, поддерживаемой
Сбросив халат и оставшись в одних трусиках, Адела принялась исследовать содержимое платяного шкафа на предмет того, во что бы ей одеться для поездки. Сейчас на улице по-прежнему пасмурно, однако воздух очень влажен, поэтому стоит поискать что-нибудь полегче. Но ведь предстоят еще вечер и завтрашнее утро. А если Венсу, как в прошлый раз, захочется завести ее по дороге в ресторан на ланч? Нет, все надо должным образом продумать.
За два часа идея и в самом деле родилась неплохая.
Адела то и дело прерывала свое занятие танцами на мягком ковре. Надеясь, что Люсинда не станет ее беспокоить понапрасну, она даже спустила трусики.
Танцевать нагишом казалось ей самым естественным занятием.
Крутясь перед большим зеркалом, отражавшим ее гибкую фигурку в полный рост, она представляла себе Венса, наблюдающего за ней с той стороны.
В качестве наряда она остановила свой выбор на обтягивающей кофте синего цвета с глубокими вырезами спереди и сзади, рукава которой прикрывали изящные руки до самых кистей. Кофту дополняла очаровательная воздушная юбочка из белого шелка в черный крупный горох. Юбочка была очень короткой, и потому девушка с особой тщательностью подобрала чулки.
Желая не выходить из образа проказницы Лолиты, она натянула замечательного коричневого оттенка чулки с серебристым отливом, удерживаемые у самого верха стройных ляжек эластичными повязками.
Трусики она решила надеть совсем новые, купленные за безумные деньги на прошлой неделе в Центре. Трусики были восхитительного салатового цвета и имели мелкую кружевную окантовку, придававшую им особую пикантность.
К такому наряду лучше всего подходили те изящные бархатные туфли на высоком каблучке, что идеально сочетались с кофтой.
Черный пояс – на узкую талию поверх юбки и пластмассовый браслет на правую руку – прелестная поделка из Тайланда с настоящими крохотными ракушечками, залитыми разноцветной смолой, подарок Стефании, завершили воскресный костюм. Умница Адела, сообразительная девочка! В таком наряде можно и по городу пройтись, и в ресторан заглянуть, и в машине с интересным мужчиной прокатиться. И всюду он будет выглядеть на ней одинаково вызывающим и соблазнительным: не то девочка, не то шлюшка, не то куколка.
Она как раз закончила подводить пухлые губки кроваво-красной помадой, когда появилась Люсинда с известием о том, что господин Лемингтон прибыл и ожидает ее внизу.
В двадцать два года жить в окружении таких вот светских условностей, при служанке, одной,
Адела упивалась собой, спускаясь по лестнице на первый этаж, где в кресле у погашенного камина – еще только не хватало в такую духоту топить камин! – сидел ее немолодой друг.
– Отлично, малыш! – воскликнул он, лукаво следя за девушкой. – За то время, пока мы не виделись, ты не разучилась сбивать с толку стариков вроде меня.
– А ты все иронизируешь! – Последние ступеньки Адела преодолела вприпрыжку, насколько позволяли высокие каблуки.
– Иди ко мне.
– Что я и делаю.
Венс не встал с кресла, и девушка опустилась рядом с ним на корточки. Она сама взяла его красивую руку английского аристократа и поцеловала слабеющую кожу.
Венс благодарно потрепал Аделу по соломенным волосам.
– Ты по-прежнему не носишь сережек? – поинтересовался он, обнажая маленькое ушко и наклоняясь губами к мягенькой мочке.
– Зачем они мне нужны, когда у меня такие длинные волосы?
Поцелуй показался ей щекотным, она засмеялась и встала.
– Идем?
– Да, конечно, я совсем забыл. Венс взялся руками за подлокотники.
Адела насупилась и остановила его, уперевшись обеими ладошками ему в грудь.
– Может быть, ты этого не хочешь?
Венс поправил очки и на мгновение сделался похожим на умного профессора университета, привлекающего молоденьких студенток своей беспомощностью.
– Я давно тебя не видел, – как заклинание, повторил он. Адела опустилась верхом к нему на колени, и оба замерли в жадном поцелуе.
– А как поживает твоя супружница? – осведомилась девушка, когда они уже сидели в салоне шикарного «кадиллака».
У Лемингтонов был свой шофер, однако Венс обожал сам водить машину. Особенно «кадиллак». «Пежо» и два спортивных «форда» последних лет выпуска он еще мог доверить кому-нибудь другому, но «кадиллак» был его неприкосновенным любимцем. Только Аделе иногда разрешалось им порулить.
– У нее в очередной раз заболела подруга, и она помчалась ее навещать, – отозвался Венс.
Хотя дела семейные не считались у них закрытой темой, он предпочитал не вдаваться в подробности. Подробности отвлекали, а он хотел максимально полно насладиться обществом прелестного создания.
– Можно я покурю? – спросила Адела, уже нажав любимую кнопку, опускавшую боковое стекло.
Венс молча передал ей пачку «кента». По тому, как блестели его глаза, устремленные вдаль улицы, девушка поняла, что сегодня он в настроении, а это, в свою очередь, означало, что ей предстоит насыщенный день, а главное – ночь.
Сначала они по неписаной традиции заехали в небольшой, но очень уютный ресторан на побережье.
Немногочисленные посетители наверняка приняли их за молодого деда и взрослую внучку. Кого-нибудь эта пара, вероятно, даже умилила, являя собой пример единения двух столь разных поколений.